В мае 2019 года президент Кении Ухуру Кеньятта пропал из поля зрения общественности на целых 10 дней. Граждане Кении даже выразили притворное беспокойство, разместив в Twitter объявление о пропаже человека с хэштегом #FindPresidentUhuru (#НайтиПрезидентаУхуру). В объявлении о пропаже помимо описания внешности также было указано, что последний раз Ухуру видели в Пекине. Пресс-служба кенийского правительства попыталась успокоить своих граждан, сообщив, что господин Кеньятта «медитирует» в своё кабинете. Многие говорят о том, что у президента началась паника после того, как ему не удалось получить новый китайский кредит на строительство нового участка амбициозной железной дороги в Кении, говорится в издании The Economist.

КНР в Африке
КНР в Африке
Иван Шилов © ИА REGNUM

Читайте также: Foreign Policy: Граждане США теперь готовы поддержать военные преступления?

Мистера Кеньятту можно простить за то, что он обиделся. Щедрость Пекина в отношении Африки иногда кажется безграничной. В сентябре 2018 года Китай пообещал африканскому континенту ещё $60 млрд помощи и кредитов. Председатель КНР Си Цзиньпин пообещал, что Китай предоставит финансирование «без каких-либо политических условий». Например, ранее президент Танзании Джон Магуфули возмутился тем, что Запад выдвигает «странные условия» финансирования, требуя от Танзании не арестовывать лиц нетрадиционной сексуальной ориентации. Магуфули заявил, что «Китай — это настоящий друг», поскольку не выдвигает предварительных политических условий. Дружба с Китаем сослужила Танзании хорошую службу. Додома получила более $2 млрд кредитов с 2010 года, согласно оценкам экспертов китайско-африканской исследовательской инициативы в Университете Джонса Хопкинса. В 2013 году Китай согласился предоставить $10 млрд на строительство в Танзании крупного порта Багамойо. У Кении дела обстояли ещё лучше. Кения стала одной из первых африканских стран, присоединившихся к китайской инфраструктурной инициативе «Один пояс — один путь». С 2006 по 2017 год Кения получила не менее $9,8 млрд, став третьим по величине получателем китайских кредитов в Африке.

Президент Кении Ухуру Кеньятта
Президент Кении Ухуру Кеньятта

Господин Кеньятта, должно быть, посчитал, что его железнодорожный проект, на который он сделал крупные политические ставки, получит новое китайское финансирование. Строительство железной дороги в Кении — это один из самых громких китайских инфраструктурных проектов в Африке. Пекин уже выделил $4,7 млрд для финансирования строительства первых двух участков железной дороги. Участок протяженностью почти 500 км между портом Момбаса и столицей Найроби запущен и работает. Строительство второго участка почти завершено. Кения предполагала, что Китай раскошелится ещё раз и выделит $3,5 млрд, которые необходимы для строительства предпоследнего железнодорожного участка. Если Китай стремится создать разветвлённую железнодорожную сеть, чтобы соединить африканские месторождения полезных ископаемых с портами Индийского океана, то зачем он прекратил финансирование строительства железной дороги на полпути?

Некоторые африканские лидеры подозревают, что Китай предоставляет странам гораздо большие кредиты, чем те могут выплатить, чтобы захватить национальные стратегические активы после их банкротства. Часто указывают на пример с портом Хамбантота на Шри-Ланке. После того как проект провалился, китайская государственная фирма взяла порт под свой контроль. Хамбантота — это отличное место для размещения китайских военно-морских судов, патрулирующих Индийский океан. Однако эксперт Дебора Бротигам из Университета Джона Хопкинса считает, что пример с портом Хамбантота — это исключение из общего правила. Бротигам проанализировала данные о более 3 тыс. зарубежных проектов, финансируемых Китаем. Оказалось, что Хамбантота — это единственный случай, когда Китай наложил арест на актив для покрытия долга.

Порт Хамбантота
Порт Хамбантота
Deneth17

Тем не менее африканские лидеры напуганы. Диалог с КНР становится всё острее. В этом месяце, 7 июня, Магуфули на неопределенный срок приостановил строительство в Багамойо, отказавшись от требований китайского партнёра, согласно которым Китай мог арендовать порт Багамойо на 99 лет, а Танзания обязалась бы запретить развитие портов в других частях Танзании.

Обеспокоенность тем, что Китай стремится превратить Индийский океан в «китайское озеро», может поставить под угрозу политический капитал, который Китай наработал за прошедший период. С тех пор как Кениата пришёл к власти в 2013 году, государственный долг Кении вырос почти втрое. В 2018 году МВФ повысил риск долгового кризиса страны с низкого до умеренного. Если Кения объявит дефолт, Китай рискует столкнуться с обвинениями в свой адрес.

Нерешительность Китая также может быть связана с неудачами, связанными с предыдущими проектами. Железная дорога между Джибути и Аддис-Абебой, завершенная в 2017 году, обошлась китайской государственной страховой компании Sinosure в $1 млрд убытков. Коррупция и бесхозяйственность увеличивают расходы КНР. Иногда проекты не оправдывают первоначальные расчёты. Например, ожидалось, что порт Багамойо будет обрабатывать больше контейнеров, чем Роттердам — крупнейший грузовой терминал ЕС.

Читайте также: Asia Times: Япония должна раскаяться в нарушениях прав человека

Железная дорога в Кении столкнулась с критикой с самого начала. Из-за коррупции стоимость строительства одного километра железной дороги оказалась вдвое дороже, чем в среднем по миру. Пропускная способность железной дороги составила всего 40% от первоначальных расчётов. Поэтому Китай решил принять меры предосторожности. По словам советника президента Кении, когда Кеньятта и его делегация прибыли в Пекин в мае этого года, они были неприятно удивлены. В Пекине кенийской делегации устроили тщательный допрос, в том числе в отношении коррупции. У Кеньятта спросили, не собирается ли он проводить референдум по изменению конституции, а также планирует ли он вновь баллотироваться в президенты (Кеньятта должен уйти в отставку в 2022 году). «Всё это походило на разговор со Всемирным банком», — заявил один из помощников кенийского президента.

Железная дорога в Найроби
Железная дорога в Найроби
(сс) Andrew Thomas

Однако мистер Кеньятта вернулся из Пекина не с пустыми руками. Он согласился экспортировать авокадо в Китай и получил средства на строительство центра по обработке данных и дороги, соединяющей пригород Найроби с аэропортом. Такие скромные сделки тоже заслуживают внимания. При этом сдвиг Китая ближе к западным стандартам кредитования является шагом в правильном направлении.