Одержать победу на Халхин-Голе Советскому Союзу было далеко не так легко, как иногда представляется — в действительности в течение трёх из четырёх месяцев конфликта шансы были не определены. Как передаёт корреспондент ИА REGNUM, об этом 26 июня заявил доцент МАрхИ Андрей Смирнов на круглом столе на тему «К 80-летию событий на Халхин-Голе. Уроки для современности».

Знак «Участнику боев у Халхин-Гола». Монгольская Народная Республика (1940)
Знак «Участнику боев у Халхин-Гола». Монгольская Народная Республика (1940)
© ИА REGNUM

«В массовом сознании господствует представление о Халхин-Голе как о блистательной победе советского оружия — почти всё с самого начала было замечательно», — заявил Смирнов.

«Но давайте отдавать себе отчёт, что из четырёх месяцев, в течение которых проходил конфликт на Халхин-Голе, с середины мая до 20 августа — в течение трёх из четырёх месяцев конфликта чаша весов колебалась, и шансы советской стороны на победу были отнюдь не однозначны», — подчеркнул эксперт.

Он отметил, что был ряд моментов, когда поражение грозило советской стороне. Примером могут послужить бои на горе Баян-Цаган.

«В начале июля японцы попытались окружить советскую группировку на Халхин-Голе, переправив войска на западный берег реки, выйдя по этому берегу в тыл советской группировке и захватив единственную переправу, которая связывала советскую группировку на восточном берегу», — указал Смирнов.

«Эту попытку удалось отразить, но отнюдь не так, как описано в мемуарах маршала Жукова. Разгром японцев на горе Баян-Цаган был не одномоментным актом, результатом не одного лишь удара подошедшей танковой бригады. Это был результат трёхдневных боёв, очень кровопролитных из-за отсутствия налаженного взаимодействия между пехотой и танками», — продолжил он.

По его мнению, итог сражения корректнее при этом описать не как разгром японских сил, а лишь вытеснение противника на восточный берег.

В свою очередь 9 июля провалилась попытка советского наступления на восточном берегу, а в ходе японского контрнаступления 12−13 июля советская группировка едва не была вынуждена вернуться обратно на западный берег, чтобы не оказаться отрезанной от переправы.

«Причиной этого долгое время не очень удачного развития событий для советской стороны на Халхин-Голе было стремление советского командования действовать фронтальными ударами, которые наименее эффективны и наиболее затратны. Атаковать всегда — без должной подготовки», — указал Смирнов.

«Только когда около 20-х чисел июля из Москвы от наркома Ворошилова поступило прямое указание прекратить заниматься неподготовленными наступлениями и искать решение проблемы не на фронте, а на флангах, где стремиться создать ударные группировки для окружения противника — только тогда в штабе первой армейской группы Жукова началась подготовка того самого знаменитого наступления на Халхин-Голе, которое началось 20 августа и в первых числах сентября закончилось окружением и разгромом», — пояснил он.

Помимо прочего, следует помнить, что в первое время боёв в воздухе безраздельно господствовала японская авиация.

«По сути, только лишь в июле за счёт сосредоточения дополнительных сил и присылки с запада лучших лётных кадров советскому авиационному командованию удалось достичь равновесия в воздухе. А господство по-настоящему завоёвано так и не было. Просто у японцев стали заканчиваться истребители и лётчики. Их ресурсы были очень ограничены, тогда как советская сторона подбрасывала всё новые и новые силы авиации», — заключил Смирнов.

26 июня в пресс-центре REGNUM состоялся круглый стол на тему «К 80-летию событий на Халхин-Голе. Уроки для современности» с участием учёных и политологов из России и Монголии.