В СМИ анонсировали встречу президента РФ Владимира Путина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ и обсуждение возможности перехода к полному безвизовому режиму между двумя странами, а в качестве первого шага — ввод режим свободного передвижения между Сахалином и префектурой Хоккайдо. Подобного рода переговоры — это перманентный процесс длинною в 17 лет (первая встреча была с Ёсиро Мори была в 2001 г.), заявила корреспонденту ИА REGNUM доцент кафедры статистики РЭУ им Г. В. Плеханова, к. э. н Ольга Лебединская.

«Процесс идёт, страны сближаются, но медленно. Чем больше у Японии с Россией будет торгово-экономических и политических связей, тем прочнее будут отношения и быстрее подписание мирного договора. Все разговоры в большей степени с стороны Японии были связаны на спорные не все четыре, а только два острова Японии — Хабомаи и Шикотана.

Россия может предложить Японии возможность практически единолично осваивать острова, но юридически все четыре острова останутся за Россией. По результатам январской встречи двух лидеров конкретных договоренностей достичь не удалось. Возможен некоторый прогресс в данных отношениях с учётом того, что Трамп анонсировал возможность разрыва своего двухстороннего договора», — полагает эксперт.

Для Японии важны несколько моментов: обеспечение доступа к ресурсам (сахалинские проекты и деревообрабатывающие производства), доступ к рынкам сбыта (электронное и электрооборудование, автомобильная продукция), обход торговых барьеров и нейтрализация негативного эффекта растущего курса иены для экспортеров (автомобилестроение), использование дешевых ресурсов для местного производства как с целью расширения локальных продаж, так и для экспорта в третьи страны (автомобилестроение). Может быть одним из самых важных моментов стал тот факт, что российское направление японские инвесторы начали рассматривать как привлекательный рынок, а не только как источник ресурсов

«Для России — это развитие ДФО, важен приток инвестиций в энергетику, средне‑ и высокотехнологичные отрасли промышленности, в частности, в нефте‑ и газохимической отрасли, машиностроении, включая автомобилестроение и производство автокомпонентов. Кроме того, открываются перспективы сотрудничества в высокотехнологичных инновационных областях, в частности, в медицине и фармакологии.

Оценить эффективность подобных проектов с точки зрения статистики достаточно сложно, так как крупнейшие в российско-японском сотрудничестве сахалинские проекты финансируются через кредиты, в результате эти капиталовложения отражаются только в общей структуре инвестиций в составе прочих вложений. Поэтому структура прямых инвестиций из Японии не отражает фактического отраслевого распределения проектов», — считает Лебединская.

Но уже сейчас в товарной структуре российского экспорта в Японию более 80% приходится на поставки минерального топлива (газ, нефть и продуктов ее перегонки). Помимо этого РФ экспортирует алюминий и изделия из него, древесину и изделия из нее, древесный уголь, драгоценные камни, драгоценные и черные металлы, каучук, резину. Из Японии Россия ввозит автомобили и запчасти, реакторы, котлы и оборудование (более 77% импорта на эту продукцию), электрооборудование, фотоаппараты, пластмассы, изделия из черных металлов. Однако, несмотря на введенные санкции, японские компании продолжают инвестировать в российские проекты.

«Так, в декабре 2016 г. был подписан пакет документов на сумму в $2,5 млрд. Основные сферы японских вложений в России: топливно-энергетический комплекс, добыча полезных ископаемых, производство автомобилей и запчастей, сельское хозяйство. В настоящее время в России действуют около 270 компаний с участием японского капитала. Стратегической сферой российско-японского экономического сотрудничества является топливно-энергетический комплекс.

Основное внимание уделяется сахалинским нефтегазовым проектам, реализуемым на условиях о разделе продукции. Так, в проекте «Сахалин-1» доля японского консорциума Sodeco составляет 30% («Роснефть» — 20%). Mitsui и Mitsubishi владеют 12,5% и 10% акций компании «Сахалин энерджи» — оператора проекта «Сахалин-2» (у Газпрома — 50% плюс одна акция)», — пояснила эксперт.

Развитие двусторонних отношений России и Японии всегда было достаточно противоречивым. Так, с января 2019 г. резко, сразу на 40,5% Япония сократила закупки нефти из России. (до 450 тыс. тонн), а импорт сжиженного природного газа (СПГ) упал на 7,6% (до 617 тыс. тонн).

«Таким образом, можно сделать вывод, что большого прорыва в российско-японских отношениях от встречи на полях G20 думаю ждать не стоит, но позитивные моменты, безусловно, будут», — высказала свою точку зрения.

Как сообщало ИА REGNUM, пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков заявил, что переговоры президента РФ Владимира Путина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ состоятся в рамках саммита Группы двадцати (G20) в Осаке.

Читайте также: В Кремле сохранили интригу вокруг встречи Путина и Абэ в Осаке