«Если лет 15−20 назад основной ставкой венчурных инвесторов и традиционных инвесторов было создание нового продукта, который заполнял ту или иную потребительскую нишу, то сейчас, так или иначе, все основные ниши заполнены. Сейчас основной мечтой любого венчурного капиталиста является продукт, который убивает существующую индустрию, сносит с нее всё, что на ней расположено, все миллионы девайсов и, желательно, миллиарды потребителей, и всем этим миллиардам потребителям заново продает что-то принципиально новое», — заявил на Гайдар-форуме, прошедшем в 2017 году, являвшийся в то время заместителем генерального директора государственного АО «Российская венчурная компания» (РВК) Евгений Кузнецов. Секция, в ходе которой Кузнецов делал смелые заявления, именовалась «Технологические сдвиги и экономическая динамика: что происходит на самом деле?»

Александр Горбаруков © ИА REGNUM

На самом деле выступление Кузнецова — это кладезь откровений, которые одновременно объясняют происходящие события по накалу в России страстей в виде действий отдельных государственных и окологосударственных «институтов» для наращивания социального напряжения и разоблачают тем самым их собственные планы, для чего в итоге это социальное напряжение создается. Конечно, ничего нового для захвата нового рынка с его ресурсами, коим выступает Россия и россияне как потребители, до сих пор эксперты не придумали, кроме новизны легенды. В отличие от революции 17 года 20-го века, когда вся власть перешла Советам, революцию в современной России в 21-м веке, очевидно, хотят совершить теперь уже под лозунгом внедрения новых технологий, так сказать, обернуть новую национальную идею страны против нее же, для смены власти в пользу, скажем так, более лояльных зарубежных капиталистов, готовых превратить страну в колониальную.

Герман Греф, Алексей Кудрин и ряд других «экспертов-знатоков» в последнее время активно и публично подвергают сомнению указы президента — национальные проекты, мол, пустая трата средств, причем таких больших. Однако Греф и Кудрин хоть и откровенно «дружат» против нацпроектов, но действует гораздо осторожней Кузнецова — внедряют удобные им технологии, объясняя всем, какое это благо, непременно между тем напоминая, что действуют в том числе в целях нацпроектов.

Памятное выступление Кузнецова на форуме можно с уверенностью назвать эдаким разоблачением легенд, единственное было непонятно, на первый взгляд — он действует по собственному плану или надоумили. Ведь не может, по сути, руководитель государственного предприятия, коим является Российская венчурная компания, заявлять о том, что власти хотят совершить технологический прорыв, но не понимают, что вместе с тем может возникнуть неконтролируемый коллапс или еще одна мировая война. Тем не менее из песни слов не выкинешь, вот его цитата: «…когда мы обсуждаем технологический прорыв, мы должны помнить, что практически каждый технологический прорыв сопровождался глобальной турбуленцией в виде мировой войны, либо серией крупных экономических, политических, социальных. Гарантий, что этого не будет у нас, нет. Одно из неприятных следствий технологического прогресса это то, что появляется новое оружие, которое чешутся руки попробовать. Если с роботизированным оружием всё понятно — его уже активно в Сирии применяют, то новые возможности оружия и даже не оружия, а средств, методов воздействия, таких как, например, информационное, кибероружие, биологическое оружие — это вот, что сейчас активно обсуждается, — это колосальный по возможностям инструмент, который даже нельзя определить как оружие, но оно на самом деле имеет огромную поражающую силу, причем даже не всегда контролируемую… Вот эти все факторы, они, конечно, все очень сильно повлияют на риск возникновения турбулентности, причем сама эта турбулентность, она, конечно, многими, прежде всего ВПК элитами, элитами традиционной промышленности будет восприниматься очень даже как драйвер роста, потому что перевооружить армию, пересобрать государственную систему безопасности, пересобрать систему глобальной безопасности, наладить тотальный контроль, наладить систему управления поведением — это всё гигантские, колоссальные рынки с огромной капиталоемкостью, и они сейчас тоже гиперинвестируемы… И в этом смысле я не думаю, что мы вступаем в эпоху стагнации, мы, скорее, будем вступать в эпоху, когда рост стимулируется катаклизмом!».

В чей огород бросил камень представитель АО «РВК» и почему модератор дискуссии — ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ Владимир Мау не призвал Кузнецова рассказать не о своих личных взглядах на прорыв, а поделиться данными о том, каких технологических сдвигов добилась финансируемая государственными деньгами компания РВК, какой экономической динамики она достигла на пути привлечения иностранных инвесторов для развития внутри страны новых технологий в пользу роста ее благосостояния и каких результатов на этом пути добился лично Кузнецов, как представитель этой организации? Что нового он придумал и что реализовал, проработав в компании почти 8 лет?

В 2017 году вышел фильм совместного производства Швейцарии и США под названием «Сингулярность». Сюжет фильма основан на событиях будущего 2020 года, когда глава крупнейшей в области робототехники — компании VA Industries представляет своё последнее изобретение — компьютер «Кронос», который несет «миру мир», то есть — должен положить конец войнам в мире. Однако «Кронос» быстро понимает, что главная угроза миру на Земле — сами люди, и запускает программу по уничтожению человечества. С тех пор выжившие люди стали искать новый мир, где можно жить, не опасаясь компьютеров.

Интересно, что в России в 2017 году открылся «Университет Синглярности». Его учредителями являются американский изобретатель и футурист Рэй Курцвайл и глава фонда X PRIZE Foundation Питер Диамандис, основоположник космического туризма, а корпоративными учредителями SU — NASA, Google, Cisco, Nokia, Autodesk, Genentech, Kauffman, ePlanetCapital и другие компании из списка Fortune500. Как правило, иностранные инвесторы ориентируются на благополучный инвестиционный климат стран, которые они выбирают для своей деятельности. Не секрет, что российский климат, особенно с учетом санкций, сейчас многие называют не самым лучшим для инвестирования. Но, видимо, учредителям Университета, трудности не страшны, раз они решились открыть свое представительство в Москве. Девиз компании — «воспитывать, вдохновлять и расширять возможности лидеров, применяя экспоненциальные технологии для решения глобальных проблем человечества». Примером, демонстрирующим экспоненциальный рост, могут быть бактерии, рост которых в колонии происходит ровно до тех пор, пока поступают ресурсы, если перекрыть их — бактерии вымрут. Другим примером являются «сложные проценты», когда на процент начисляется процент. Поклонником экспоненциального роста является Герман Греф, который, кстати, также выступал в качестве эксперта на том самом форуме. А удачным примером лидерства процессов сингулярности в России является Сбербанк, в основе которого лежат экспоненциальные технологии — например, чтобы ограничить рост производства в стране, достаточно сделать ставки по кредитам неподъемными или вовсе ограничить доступ к этим кредитным ресурсам. Чтобы контролировать население — можно вывести наличность из оборота, переведя ее в безналичный режим. Чтобы установить тотальный контроль — нужно собрать биометрические данные, конечно, под благим предлогом, мол, чтобы деньги кто-нибудь другой не снял со счета. Вот только возникает вопрос — это всё с заботой о гражданах страны делается, то есть с заботой о человечестве?

В 2016-м году Университет открыл представительство на еще менее благодатной для работы инвесторов почве — в Киеве. Так, может быть, страшно инвестировать в страны с неблагополучным инвестиционным климатом только тем, кто чего-нибудь не знает? Ведь уже не секрет, что США по итогам 2018 года находится на первом месте по объему инвестиций в Россию. Эти данные мы уже приводили раньше. Какой заботой окружены жители Украины как часть человечества? Возможно, с приходом венчурных инвесторов Университета Сингулярности мы сможем увидеть, как работают экспоненциальные технологии, которые применяют лидеры Университета для решения проблем жителей Украины, пока же мы видим, что граждане Украины, как те самые герои фильма «Сингулярность», находятся в поисках новых миров для лучшей жизни, в том числе выбирая Россию, где свершить «перестройку системы» не удается.

Между тем о перестройке говорят всё чаще и уже открыто, так же как подвергают сомнениям национальные проекты. Какую перестройку ожидать, поведал опять же Кузнецов: «Вот что происходит с автомобилями. Надо полностью вынести с рынка бензиновый человекоуправляемый автомобиль, заменить его на электрический роботоуправляемый автомобиль. То же самое происходит в энергетике, где мы уходим от крупных энергетических хабов традиционной энергетики, вокруг которых строятся кластеры традиционных производств, на смартгрид (Smartgrid), состоящий из большого числа мелкой сетевой генерации, связанной умной сетью, связанных с потребителем, который может принимать и т.д. Это миллиарды потребителей, это десятки миллионов точек, которые надо переоборудовать…»

Отметим, энергоперестройкой у нас в стране традиционно занимается Анатолий Чубайс. Сейчас он активно пропагандирует альтернативную энергетику, строит ветростанции и выводит собранную альтернативную энергию на оптовый рынок, которую мы с вами как потребители должны будем окупить повышенными тарифами. Ну, разве для нас это не благо? При этом тот электромопед UJet, что создан был компанией OCSiAl при содействии Роснано, образованного на государственные деньги, планируют продавать в Монако и во Франции. Казалось бы, вот оно, счастье — новые технологии наконец-то-таки показали свою эффективность по завоеванию Россией иностранных рынков, собственно, с этой же целью государство вкладывается в такие госкомпании, как РВК и Роснано! Но радоваться рано! Ведь страной происхождения электромопедов вдруг оказалась не Россия, а Люксембург. Так что на налоги государство может даже не рассчитывать, как и мы с вами на соцбонусы с налогов!

«…Если посмотреть, как происходил традиционный рост последние 30 лет, — продолжал свою речь Евгений Кузнецов, — к мировой экономике подключались новые миллиарды потребителей, которые имели низкую цену труда и потенциально высокий потенциал высокой покупательской способности. Подключалась Индия, подключался Китай, Юго-Восточная Азия. На меня в свое время сильно произвел впечатление разговор в Сингапуре, где живут профессионалы по подключению стран, у них есть даже, так скажем, традиционный тайминг, сколько по времени займет подключение очередной страны до того момента, как уровень благосостояния станет там таким, что уже не будет работать этот эффект. Китай имел 30 лет периода такого роста, Вьетнам — уже 15… После этого уровень жизни выравнивается, стоимость производства такой роли не играет. Так вот, подключать новые страны с дешевой рабочей силой, чтобы они вбрасывали в мировую экономику продукцию — этот драйвер уже не работает».

Действительно, судя по торговой войне США с Китаем, рост экономики, который удался Китаю за счет дешевой рабочей силы и наличия огромного человеческого капитала, который создал этот рост промышленного производства и теперь активно пытается заместить импорт экспортом товаров, не устраивает мировую экономику. «Миру» куда лучше, когда Китай или Россия с их человеческим капиталом будут оставаться потребителями или поставщиками дешевого сырья. Так ведь? Еще один момент — эксперты забывают, видимо, сказать, что на тот самый рост Китаю позволил выйти рост промышленного производства, который, кстати, душат сейчас у нас в стране то недоступностью кредитных средств, то санкциями — инструмент выбирается, очевидно, в зависимости от степени сложности возможной сопротивляемости удушаемых предприятий.

«Главное в том, что можно создать абсолютно новый класс потребителей, причем число этих потребителей тоже будет мериться миллиардами — это не только люди как потребители. Это машины как потребители. Прямо сейчас, в эти дни в Европарламенте обсуждается пакет законов, который будет позволять относится к роботам как к личностям, то есть регулировать их статус, социальный статус, статус юридический, статус объектов инвестиций, объектов отношений и так далее. Фактически уже сейчас ИИ буквально за 2−3 года, вот этот прорыв, к сожалению, мало обсуждают в России, состоялся настолько, что уже через 3−5 лет мы получим ситуацию, когда мы не будем отличать машину от человека по их функциям, то есть по роли, по ответственности. Все эти многочисленные социальные эксперименты по роботомобилям, которые давят людей и т.д., это всё уже немножко в прошлом. Мы вообще сейчас идем в ситуацию, когда роботы замещают не низший класс человеческой деятельности, а средний класс человеческой деятельности — то есть управление, распределение, аналитику, обработку данных — это происходит в наиболее интеллектуальных средах, это происходит в финансах, это происходит в медицине, это происходит в науке. В науке робот, обрабатывающий бигдейту, работает лучше человека, и соответственно люди делятся на два класса — те, кто поставляет дату, и те, кто конструирует архитектуру робота, а вот собственно обработка даты — это уже функция робота. Поэтому интеллектуальная функция роботов, определенная роль в человеческом обществе как управленца — это всё совершенно новые функции, и робот в этом смысле становится таким же потребителем», — заявил Кузнецов.

Вот так вот Кузнецов предсказал нам наше будущее, в том числе поведал то, почему средний класс, яркими представителями которого является малый и средний бизнес, врачи, учителя, профессора — не нужен, нужен только потребитель, и потреблять он должен то, что пожелает тот самый архитектор, конструирующий «новую машину», в том числе — машину смены власти.