Публичная «борьба в грязи» почетного патриарха новосозданной Православной церкви Украины Филарета с главой ПЦУ митрополитом Епифанием и константинопольским патриархом Варфоломеем начинает вызывать отвращение. Но не только. На заре XX века попытки формирования самостоятельного украинского государства с самого начала сопровождались активными усилиями по созданию «независимой» украинской Церкви, что вылилось в «липковский раскол» и принятие Директорией Украинской Народной Республики 1 января 1919 года «Закона об автокефалии Украинской православной церкви и ее высшего правительства». После этого Директория поручила своему послу в Турции Александру Лотоцкому просить Константинопольский патриархат признать автокефалию этой структуры.

Петр Порошенко и патриарх Варфоломей
Петр Порошенко и патриарх Варфоломей
Иван Шилов © ИА REGNUM
Объединительный собор Украинской православной церкви. Президент Пётр Порошенко, митрополит Епифаний и экзарх Эммануил на Объединительном соборе
Объединительный собор Украинской православной церкви. Президент Пётр Порошенко, митрополит Епифаний и экзарх Эммануил на Объединительном соборе
The Presidential Administration of Ukraine

Конечно, само по себе активное участие государства в церковном строительстве — не какое-то исключительное явление для православного мира, да и для католического тоже. Древняя Церковь начиналась с того, что император Константин поддержал отцов Первого Вселенского собора против ариан. Вопрос в том, с какими умонастроениями это делается и какие результаты выходят, ибо «по плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые» (Мф 7: 16 — 18). В прошлом году константинопольский патриарх Варфоломей, решивший пойти на предоставление автокефалии будущей ПЦУ, объяснял это желанием уврачевать раскол в украинском православии, где существовали каноническая Украинская православная церковь Московского патриархата и непризнанные Украинская православная церковь Киевского патриархата и Украинская автокефальная православная церковь. При этом симпатизирующие Фанару авторы отмечали тогда, что «слабость Константинопольского патриархата заключается в том, что его не поддерживает и не защищает мощное государство, так как он находится в Стамбуле». Но в этом и его «сила, поскольку ни одна из других православных Церквей и стран не подозревает Константинопольский патриархат в содействии вмешательству других государств, что делает его признанным арбитром в спорах между православными Церквями».

Здесь присутствовал скрытый намек на то, что УПЦ МП, пребывающая в единстве с Русской православной церковью, якобы выполняет чуть ли не «кремлевские инструкции», которые ей передают из Москвы. То ли дело Фанар — ведь он же в Стамбуле! Однако тот факт, что Константинопольский патриархат, действительно, находится в стесненных обстоятельствах, будучи географически расположенным в мусульманской Турции, вовсе не означал, что он действует независимо и его не поддерживают «другие государства». Свои симпатии к действиям Варфоломея по Украине открыто выражали американские дипломаты, даже публично (как, например, посол США в Греции Джеффри Пайетт) «защищали» его от России. Хотя, безусловно, главным инструментом Константинопольского патриархата являлась администрация президента Украины и лично Порошенко. Бывший глава украинского государства сам получал из рук Варфоломея томос об автокефалии, который сейчас почетный патриарх Православной церкви Украины называет «ненастоящим». В недавнем интервью украинскому порталу «Главком» Филарет поделился некоторыми интересными подробностями. Они заставляют задуматься о том, играл ли Фанар в интересах Украины в ее нынешних границах или нет.

Вселенский патриарх Варфоломей I подписывает томос об автокефалии Православной церкви Украины
Вселенский патриарх Варфоломей I подписывает томос об автокефалии Православной церкви Украины
Адміністрація Президента України

Во-первых, заявил почетный патриарх, «мы получили от Константинопольского патриарха томос, но не такой, который ожидали». Он ниже статуса таких Церквей, как Румынская, Элладская, Сербская, Русская, Болгарская, Польская или Албанская, которые «полностью независимы», а «так называемая Православная церковь Украины от него зависима». Эта «полузависимость» на церковном уровне может быть перенесена на восприятии украинского государства в целом. Во-вторых, в уставе ПЦУ содержится положение о том, что членами ее являются православные граждане, которые проживают в пределах Украины. Поэтому если в результате каких-либо действий территория Украины начнет уменьшаться, то и Православная церковь Украины автоматически начнет уменьшаться. При этом Константинопольский патриархат себе подстелил соломку: он уже получил в Киеве в ставропигиальное управление Андреевский храм, «были планы и на Львов, чтобы и там была ставропигия». Подобная политика Константинопольского патриархата означает, что даже в случае распада украинского государства на несколько частей он имеет все шансы сохранить свою вновь приобретенную собственность. Конечно, ему придется снова договариваться с новыми властями, но в любом случае Фанар в отличие от ПЦУ не повиснет там в воздухе.

Пойдет ли развитие ситуации на Украине в этом направлении или нет, покажет время. Однако уже сейчас публичная борьба между Филаретом и Епифанием — Варфоломеем, в ходе которой раскрываются некрасивые подробности истории создания Православной церкви Украины и ее взаимоотношений с украинским государством, играет на руку греко-католикам. На фоне вываливания грязного белья, пусть спорной каноничности, но все-таки православными иерархами, украинские униаты выглядят лучшими христианами, чем их собратья из ПЦУ, в глазах слабо разбирающегося в нюансах религиозной жизни на Украине внешнего мира.