Практика патентования генов, ранее запрещённая Верховным судом США, скоро может быть восстановлена, несмотря на весь тот ужас, который когда-то внушала сама идея такого патентования. Писатель Майк Крайтон выступил против генных патентов в своём романе Next, вышедшем в 2006 году. Обеспокоенность Крайтона относительно предоставления исключительных юридических прав на использование информации о человеческом теле носит принципиальный характер: «Вы не можете запатентовать снег, орлов или гравитацию. Нельзя, чтобы вы получили право патентовать гены. Тем не менее в настоящий момент одна пятая часть наших генов уже находится в частной собственности». Видные учёные выступают против патентования генов, поскольку считают, что подобная практика может ограничить перспективные медицинские исследования, пишет Файе Флам в статье для издания Bloomberg.

Генетический код
Генетический код
U.S. Department of Energy Human Genome Program

Читайте также: American Conservative: Гражданам США не стоило бы доверять Пентагону

По мнению некоторых учёных, если одна компания разрабатывает генетический тест на выявление того или иного заболевания, то патент на соответствующий ген может ограничить исследовательские возможности других учёных, занятых поиском новых методов генной терапии.

Финальная битва состоится в Конгрессе. Новый законопроект может отменить решение Верховного суда, принятое в 2013 году. Один из самых видных критиков нового законопроекта является лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине и бывший глава Национального института рака Харолд Вармус. Учёный считает, что законопроект «погрузит нас в трясину патентных претензий и юридических препятствий, которые будут мешать нормальному научному обмену».

Харолд Вармус
Харолд Вармус
Nlm.nih.gov

Ещё в конце XX века патентование генов не вызывало особых споров. В то время, объясняет профессор Школы будущих инноваций в обществе (SFIS) Роберт Кук-Диган, для всех было ясно, что выдача патента на использование конкретного гена эквивалентна патенту на изобретение, связанного с генами, например на способ получения инсулина или гормона роста человека из генетически модифицированных организмов.

Затем ситуация изменилась. Патентообладатели, которые имели права на один генетический тест, получили более широкие права на будущие исследования или методы лечения на основе одного и того же гена. В конечном итоге в 2013 году Верховный суд США постановил запретить патентование естественной ДНК. Решение суд принял на основе дела компании Myriad Genetics, специализирующейся на молекулярной диагностике. Компания Myriad Genetics запатентовала последовательности двух генов — BRCA1 и BRCA2, ответственных за появление рака груди и яичников.

Исследователи Myriad Genetics обнаружили последовательность гена Myriad Genetics, ответственного за появление рака молочной железы. Это позволило Myriad Genetics выявлять генетические мутации, которые повышали риск возникновения рака молочной железы. Однако, как и в большинстве научных исследований, работа учёных из Myriad Genetics была тесно переплетена с работой других исследователей.

В начале этого десятилетия Американский союз защиты гражданских свобод (American Civil Liberties Union, ACLU) стал протестовать против патента Myriad Genetics на последовательности генов BRCA1 и BRCA2, а в 2013 году Верховный суд США принял решение отозвать патенты Myriad Genetics. В итоге компания Myriad Genetics сохранила свои позиции в бизнесе, но при этом другие лаборатории получили возможность разрабатывать собственные генетические тесты для определения риска появления рака молочной железы. Исследователям удалось добиться прогресса в данной области, теперь тестирование рака молочной железы может включать в себя до 28 генов.

Майк Крайтон
Майк Крайтон
Harvard Gazette

Читайте также: Asia Times: Китай нанёс ответный удар в рамках торговой войны с США

Основным недостатком генетических исследований в целом является отсутствие ясности в отношении того, какие генетические открытия являются патентоспособными. Предлагаемый законопроект, обсуждаемый в настоящее время в Конгрессе, призван решить эту проблему. Но этот законопроект может зайти слишком далеко, если вновь вернёт нас в ситуацию, имевшую место до 2013 года, когда никаких ограничений практически не было.

Законопроект, если он будет принят, приведёт к тому, что патентование генов вновь ограничит научные исследования. Патентование генов — это не тот ужас, о котором писал Крайтон, однако нельзя сказать, что гонка за патентами — это двигатель научных прорывов в области генетических исследований. Если законодатели действительно хотят помочь, они должны внести больше ясности, а не ограничивать научные исследования.