Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков снова удивил своими комментариями по поводу новой стадии переговорного процесса по заключению мирного договора с Японией. Наверное, в нашей стране, а тем более в Японии, уже не осталось людей, кто не осознавал бы, что мирный договор подразумевает в первую очередь передачу Японии Курильских островов — в нашем понимании Малой Курильской гряды (острова Шикотан и Плоские/Хабомаи), в японском — и Большой Курильской гряды (Кунашир, Итуруп) тоже. Вообще, получается какая-то аномалия, близкая к абсурду: руководство Японии открыто и напрямую связывает мирный договор с получением «северных территорий», а наше отделывается неясными пожеланиями, чтобы, по словам В. Путина, «превратить острова из яблока раздора в нечто, что будет сближать наши народы». Но это тот случай, когда, как говорится, «нельзя быть вечно чуть-чуть беременной» — надо определить отправные, реперные точки — у кого в итоге окажутся эти острова, чей суверенитет будет на них распространяться. Тогда и станет ясно, что президент России подразумевает под этим «нечто». А пока непонятно, и лишь стимулирует тревогу такой словесной эквилибристикой.

Дмитрий Песков
Дмитрий Песков
Антонова Дарья © ИА REGNUM

Д. Песков, видимо, хотел так объяснить суть начинающегося этапа, чтобы ничего не сказать, и это ему удалось, даже более того — он ещё больше напустил тумана. «Речь не идет о том, — заявил он, — отдавать или не отдавать острова», — добавив, что дипломаты обеих стран ведут «скрупулёзные и очень терпеливые, спокойные переговоры», и предупредил, что промежуточные итоги разглашаться не будут.

Честно говоря, общественность мало интересует тональность переговоров или общая атмосфера на них — это всегда вторично, а тем более со сдержанными и вечно улыбчивыми японцами, главное всё же — содержание. Нам-то уж точно нервничать не стоит, пока острова всё же находятся в наших руках.

В дипломатической практике загодя, перед их началом, определить предмет переговоров — это аксиома, иначе для чего же собираться вместе, преодолевая большие расстояния ?! Недаром большинство договоров в первой своей статье фиксируют сам предмет договора, очерчивают рамки, о чём он. Поэтому хочется напрямую спросить Д. Пескова: так в чём же тогда суть, стержень переговоров, если не в островах? Разве есть более острая тема после того, как В. Путин пошёл на поводу у С. Абэ и своим согласием к обсуждению распечатал этот сосуд с ядовитым содержимым, всколыхнув эмоции как в России, так и в Японии? Можно поставить вопрос и по-другому: фигурирует ли тема передачи островов, или она, как и требовала российская общественность, исходя из многочисленных опросов общественного мнения, наконец-то снята с повестки дня? А, если всё же продолжает обсуждаться, то как это соотносится с волеизъявлением граждан России?! Хотя это единодушие даёт нашим переговорщикам прекрасный аргумент для закрытия темы на длительную перспективу, если не навсегда. Если же японцев другие составные части мирного договора не интересуют — что ж, значит, будем жить без него, как жили и раньше. И не стоит драматизировать и внушать нам, что отсутствие мирного договора спустя 74 года (!) после окончания войны — «ненормальное явление» (В. Путин).

Владимир Путин и Синдзо Абэ
Владимир Путин и Синдзо Абэ
Kremlin.ru

Получилось, что Д. Песков хотел сказать поменьше, а получилось очень даже немало. Иногда ситуация может выглядеть красноречивее, когда о ней молчат или уходят от объяснений. Мы сейчас не гонимся из поверхностного любопытства за раскрытием деталей переговоров на промежуточных этапах или по периферийным статьям, хотя некоторые из них, как, например, японское рыболовство в нашей экономической зоне, имеют, безусловно, огромное практическое значение. Изменит ли мирный договор японский хищнический лов рыбы, почему-то разрешённый даже в наших территориальных водах (!) вокруг Малой и Большой Курильской гряды спецсоглашением по рыболовству от 21 февраля 1998 г. — это отдельный вопрос. Нам сейчас хотелось бы знать, в чём же суть общей, установочной части переговоров по мирному договору, входит ли в неё тема Курильских островов и в каком виде.

Видимо, всё же входит, но под несколько иным углом, если обратиться к ранним высказываниям Кремля, которые ушли на дно и были перекрыты последовавшими общественными эмоциями. Напомню: Д. Песков изначально пояснял, что надо будет в отношении компромисса по островам найти ответы на «мириады вопросов», например, «каков будет суверенитет над островами (т. е. допускается, что не на 100% российский — В. М.), как острова будут эксплуатироваться, какие виды деятельности будут на них осуществляться». Но если острова остаются под непреложным российским суверенитетом в его общепризнанном международно-правовом понятии, то почему мы должны согласовывать с японцами, как они будут нами эксплуатироваться, как мы их будем развивать? Нелогично. Сотрудничать — да, но согласовывать нашу деятельность на нашей территории?! А ведь там ещё и военные стоят — 18-я пулемётно-артиллерийская дивизия с ракетными комплексами «Бал» и «Бастион» — мы что же их статус и функции тоже начнём согласовывать с Токио? Звучит абсурдно.

Село Малокурильское, o. Шикотан
Село Малокурильское, o. Шикотан
СтаниславС

Мне могут поставить в упрёк паникёрские настроения «на ровном месте», но не надо забывать японскую поговорку о предусмотрительности: «Бери зонтик раньше, чем промокнешь». Поэтому вспомним — ведь в своё время (27.04.2017) на пресс-конференции в Японии В. Путин говорил о желательности наладить «совместную хозяйственную деятельность на островах», «отработать механизм взаимодействия», заключить для этого некое «межправительственное соглашение», определяющее особый правовой режим, и новую совместную схему управления на островах (правда, так и непонятно, каких именно). Генеральное консульство Японии в Санкт-Петербурге не без инструкции из Токио в своём пресс-релизе тут же поспешило дать своё уточнение: «На четырех северных островах». И опровержения со стороны нашего МИД почему-то не последовало… Заметьте — у населения Курил не поинтересовались, а нужно ли ему какое-то новое правовое устройство, равно как и в целом «совместное освоение островов». Наоборот — оттуда идут чёткие заверения, что при должном внимании федеральных властей и руководства Сахалинской области, при последовательном воплощении в жизнь специально принятой правительством РФ долгосрочной программы развития Курил, местные люди, предприниматели и сами смогут наладить там такую жизнь, которую хотят. У нас-то ведь свои планы на развитие островов, а у японцев другие, несовпадающие. Так что смешать масло с водой не получится, какой бы эмульгатор в виде совместных правовых схем и административных механизмов не изобретали за столом переговоров оторванные от жизни чиновники.

Для чего же, спрашивается, на российской территории продавливать, искусственно вводить небывалый, особый двусторонний правовой режим? Отвечаем: это надо для умиротворения самолюбия японцев, которые в противном случае фактически соглашались бы с суверенитетом России, с распространением российского законодательства и административных норм на эти территории, которые японцы считают своими. Не надо быть учёным-правоведом, чтобы уже заранее предсказать, что из такого размещения «на двух стульях» на практике ничего путного не получится, какие бы красивые, звучные и наукообразные фразы не выходили из-под пера фантазёров с обеих сторон. Как говорится: «Написали на бумаге, да забыли про овраги — а по ним ходить».

Фирс Журавлев. Чиновник. 1884
Фирс Журавлев. Чиновник. 1884

Москва хочет ввести в оборот совершенно беспрецедентное, небывалое для нашей страны понятие в государственном устройстве, какой-то ограниченный, а правильнее сказать — исковерканный, вывернутый наизнанку суверенитет. Кого Москва хочет обмануть: сама себя, японцев или российскую общественность? Ведь что такое «совместное хозяйственное использование с особым правовым статусом», как, по сути, не подготовка к плавной передаче этих территорий Японии?! Иначе зачем вообще нужно заниматься такими мертворожденными прожектами?! Да и Токио не согласилось бы на такой выверт, если бы не видело в нём рациональное зерно для себя, приближающее его к заветной цели. Там альтруистов, которые бы рвались обустраивать острова для русских, пока не наблюдается. Недаром обещания премьера С. Абэ, данные уже два года назад для того, чтобы произвести привлекательный популистский эффект и расположить в пользу Японии наших граждан, так и буксуют. «Работает» из плана С. Абэ только одно — посещение японцами могил своих родственников на Курилах. Вот это и пусть с нами согласовывают, а не наоборот.

Может быть, именно на эту стезю и переключились сейчас переговорщики с обеих сторон, выстраивая «терпеливо и спокойно» в тиши кабинетов новый промежуточный неформальный статус островов, чтобы не будоражить их жителей, да и всю российскую общественность резкими телодвижениями? Тогда не придерёшься к уверениям Д. Пескова, что вопрос об «автоматической передаче» островов сейчас не рассматривается. Кремль, видимо, в согласии с Токио решил сманеврировать, несколько «ослабить вожжи» напряжения и возмущения в российском обществе, и переставить шахматные фигуры, начать партию с конца — проработать вначале с японскими партнёрами юридический и административный механизм плавной, постадийной и неброской фактической передачи островов за ширмой их «совместного хозяйственного освоения». А вопрос об окончательном и должным образом оформленном получении Японией государственного суверенитета над островами отложить на более поздний этап, когда страсти улягутся. Кстати, именно такая последовательность и была заложена во времена Б. Ельцина в тактику передачи островов, разработанную тандемом из тогдашнего министра А. Козырева и его убеждённого дарителя российских территорий, заместителя министра Г. Кунадзе.

Заявления по курильской теме российских официальных лиц становятся все лаконичнее, но отнюдь не более успокаивающими. Уж если гнаться за лаконичностью, то существует одна волшебная фраза, снимающая все вопросы: «Тема сохранения в полном объёме суверенитета России над Курильскими островами (а именно: Плоские/Хабомаи, Шикотан, Кунашир и Итуруп) по мирному договору не подлежит обсуждению». Но она по-прежнему не звучит и это по-прежнему настораживает.

Читайте ранее в этом сюжете: Дальше, пардон, «темнить» о Курилах уже неприлично