20 февраля 2019 года Владимир Владимирович Путин выступил с традиционным обращением к Федеральному собранию. В определенном смысле это юбилейное — пятнадцатое — обращение лидера страны к народу и государству. Как водится, оно охватывает все значимые аспекты, ввиду многочисленности которых сформулировано выступление в значительной степени общими словами, что требует их осмысления и даже некоторого «перевода на простой русский язык».

Kremlin.ru
Послание Президента Федеральному Собранию

Если коротко, в предстоящие шесть лет Россия намерена кардинально снизить интерес к Западу, практически полностью оставить попытки наладить диалог с США, стратегически повернуться на Восток, глубоко модернизировать Евразийский экономический союз с расширением взаимной интеграции с китайским проектом «Пояса и пути» и преимущественно сосредоточиться на решении сугубо внутренних вопросов. Среди которых главными заявлены: решительное стимулирование рождаемости, снижение вдвое уровня бедности, а также углубленная цифровизация государства и экономики.

Если еще короче, то фактически президент России продемонстрировал намерение сохранить ранее сформированную и стабильно реализуемую на практике линию на реформирование государства в сторону достижения своего рода Социализма 2.0. Последнее кажется парадоксальным, учитывая якобы капиталистическую модель хозяйствования и обширный блок, посвященный развитию частной инициативы. Однако подробный анализ речи лидера страны приводит именно к такому заключению.

Хотя текст выступления Владимира Владимировича начинался с внутренних вопросов, его анализ имеет смысл начинать традиционно «с конца», тогда логика изложенной программы станет законченной и понятной.

Kremlin.ru
Перед началом оглашения Послания Президента Федеральному Собранию

Начиная с момента распада СССР в 1991 году, «новая Россия» в качестве стратегической цели рассматривала в первую очередь встраивание в «единственно правильную» западную политико-экономическую модель на тех или иных условиях. Сначала в качестве ученика-подмастерья, потом, примерно с 1999—2004 годов, с надеждой если не на полностью равноправное, то хотя бы на взаимоуважаемое «младшее партнерство».

Ради него руководством страны, хоть и вынужденно, игнорировался факт постоянного нахождения России в положении вечно оправдывающегося. То демократия у нас «не такая», то «бизнесу воли не дают», то «коммунистические пережитки слишком не изжиты», то еще что-нибудь, вроде чрезмерно низкой толерантности к разного рода сепаратистам, прежде всего, вооруженным и так далее. Список претензий был бесконечен, как у нерадивого студента перед профессором, не желающим у него принимать экзамен.

Стратегически образ постоянно крайнего Москва пыталась преодолеть путем усиления попыток диалога с западными элитами с целью донести до оппонентов свою позицию и объяснить наличие у России таких же прав на интересы и уникальную самобытность, как у любой другой развитой страны мира.

Сегодня, впервые за все постсоветское время лидер страны прямо сказал, что стучаться в закрытые двери мы больше не намерены. Россия теперь будет следовать собственным курсом так, как для себя считает наиболее необходимым. К диалогу по любым вопросам мы остаемся готовы, но инициатива по его созданию теперь должна исходить от Запада, которому необходимо самому осознать нужность процесса и результата в первую очередь для себя. А до тех пор «у нас и других забот хватает».

Очень важно отметить, что, говоря о Западе, Владимир Путин говорил только о США и практически вообще никак не упомянул Европу. Тем самым показав наше ее восприятие как не имеющей геополитической субъектности. В большой политике такое называется очень толстым и совершенно прозрачным намеком чуть ли не открытым текстом. Для танго всегда нужны двое. Сможете — приходите, поговорим. А пока, если от вас ничего не зависит, мы видим только Вашингтон. Да и тот минорно.

Александр Горбаруков ИА REGNUM
Сама

Стратегическую военную безопасность Россия себе обеспечила, так что войной нас пугать бесполезно. Российский президент прямо порекомендовал оценить перспективы того факта, что подлетное время нашего ответного удара к «центрам принятия решений» (то есть к целям на территории США) равно аналогичному показателю ракет меньшей и средней дальности на дистанции из Европы до Москвы, каковое обозначено как 10−12 минут. Как говорится, умному достаточно.

Теперь на международном уровне Москва будет заниматься куда более важным и для себя полезным вопросом — экономическим и политическим развитием Евразийского союза, в том числе с более тесной взаимной интеграцией с китайским глобальным проектом «Пояса и пути». Но не в качестве довеска к гигантской финансовой глыбе Пекина, а в традиционной для себя роли глобального игрока, способного обеспечивать связь между самыми разными геополитическими оппонентами. В качестве ключевых реперных точек обозначено выстраивание и развитие отношений, помимо КНР, еще с Индией и Японией.

Таким образом, доминирование западного мира стратегически признано окончившимся. Он еще достаточно силен, но глобально находится на нисходящей траектории, сойти с которой не в состоянии. Торговать с ним мы будем, более того, постараемся, где сможем, расширить наши доли, но главной стратегической целью обозначено нахождение и расширение прежде всего новых рынков. А это как раз Азия и Восток.

Впрочем, если оценивать по общему хронометражу, все сказанное выше в речи президента заняло менее трети времени выступления. Тогда как остальное было полностью посвящено внутренним вопросам. Причем за вроде как понятными идеями «прямого действия» в действительности там скрыт целый новый мир. По своей сути, почти социалистический.

На первый взгляд, «внутренний блок» состоял из трех крупных вопросов: радикальное стимулирование рождаемости; борьба с бедностью и цифровизация экономики, включая госаппарат. Следует отметить, там запланировано действительно множество важных и явно полезных вещей.

Константин Маковский. На кухне. 1913

Например, государство существенно расширяет объем оказания финансовой помощи малоимущим «на детей», открывая доступ к ней с дохода в 1,5 до 2 прожиточных минимумов на члена семьи с 1 января 2020 года. Предусмотрено снижение налоговой нагрузки на семью в зависимости от количества детей, оказание помощи с ипотекой (от снижения ставки до прямых выплат весьма значительных сумм для ее досрочного погашения) и многое другое.

Однако главное тут, как и в разделе, касающемся пенсионеров, заключается в другом. Государство однозначно нацелилось на решительное расширение своего вклада о национальную экономику.

При общем номинальном ВВП за 2018 год в 97,462 трлн рублей, расходная часть бюджета составила 15,258 трлн. Таким образом, доля государства в формировании ВВП составила 15,7%. Путин упомянул, что только по льготам на ипотечные кредиты для многодетных семей бюджет дополнительно выделит в 2019 году 7,6 млрд, в 2020 — 21,7 млрд, в 2021 — 30,6 млрд рублей.

С учетом выплат «за третьего и последующего ребенка» (2019 — 26,2 млрд, 2020 — 26,8 млрд, 2021 — 30,1 млрд рублей), а также 147 млрд на строительство новых яслей в течение трех лет, 1 трлн рублей за шесть лет на усиление борьбы с онкологическими заболеваниями и других направлений размер дополнительных вложений за предстоящие три года, включая текущий, превышает 790 млрд рублей, а с тем, где Владимир Владимирович только обозначил направления (например, индексация пенсий, улучшение доступности медицины и программа «бережливых поликлиник»), в целом набегает сумма свыше 1,2 трлн рублей. Это в среднем грубо по 350−400 млрд ежегодно.

Одно это увеличивает долю государства в экономике до 19−20%, а учитывая прямо отмеченную ключевую становую роль в предстоящем экономическом развитии, прежде всего, федеральных нацпроектов, то, вероятно, даже до 21−22,5%.

Борис Кустодиев. Купание ребенка

Точнее, даже не так. Из приведенных цифр видна явная динамика наращивания вложений с течением времени. На ту же ипотеку на 2021 год запланировано денег в 4 раза больше, чем в 2019-м. Следовательно, есть все основания предполагать, что к 2022−2023 годам доля государства в экономике увеличится с нынешних 15,7 до 25−29%. Что, несомненно, выльется и в существенное расширение уровня стратегического управления, а ведь это и есть, по сути, тот самый социализм.

А если учесть смысл проекта «социального найма», анонсированного в качестве стратегического инструмента борьбы с бедностью (которую за три года планируется снизить вдвое, с нынешних 19 до 8−9 млн человек, живущих ниже прожиточного минимума), то вместе с бюджетниками всех видов и типов (их количество заявлено как 40 млн человек, надо полагать, включая пенсионеров) выходит, что в той или иной степени государство будет обеспечивать средства к существованию для примерно 50 млн граждан страны или половине всего взрослого населения государства. Если это не путь к социализму, то что тогда?

Но при этом не предполагается никаких революций или раскулачиваний. Частная собственность не только остается, государство намерено улучшать условия работы бизнеса. Надо отметить, весьма кардинально. К примеру, к 2021 году предполагается полностью переработать нормативно-правовую базу, в том числе отменив все (президент выразился именно так — полностью все) ныне действующие устаревшие документы. За это он в ближайшее время, наверняка, подвергнется обширной критике со стороны отечественных псевдолибералов, однако факт остается фактом.

Согласно текущей статистике каждый предприниматель в среднем в стране создает 130 рабочих мест. Понятное дело, средняя цифра получается из смешения всяких там Газпрома, «Роснефти», «РЖД» и «Росатома» с сотнями тысяч ИП со штатом, хорошо, если в 2−3 работника. Однако нельзя отрицать, что минимум 2/3 трудоспособного населения занято именно на предприятиях частной формы собственности. Из которых до 65% — на мелких, огосударствлять которые себе дороже.

Андрей Алексеев ИА Красная Весна
Работник

Словом, в предстоящие шесть лет Россия нацелилась существенно повысить уровень жизни, увеличить масштаб промышленного производства и сделать государство значительно более «социальным».

Однако есть момент, которого в речи президента не оказалось, но который может стать весьма существенным «подводным камнем». Вот это вот все, про социализм, про значение частного бизнеса, и вообще про главную тему — что конкретно мы, как общество, строим, так сказать, в идейном смысле, — сформулировано прямо, к сожалению, не было. Государство по-прежнему отказывается иметь четкую идеологию, определяющую все сущее. И это не очень хорошо.

Глобальное переустройство мира, тем более сопряженное с утратой Западом былого величия, а значит, и извлекаемых из чужих карманов денег, неизбежно ведет к обострению противостояния. От прямого военного противостояния нас прикрывают новые ракеты, гиперзвуковые маневрирующие блоки и боевые лазеры «Пересвет». Но пример с Арабской весной и украинским Майданом наглядно показывает, как сегодня можно вести эффективную войну практически совсем без использования войск. Только с помощью забрасываемых в стан противника сказочных идей про либерально-демократические красоты.

Можно ли повысить иммунитет к ним путем снижения бедности и новых субсидий на детей — вопрос довольно спорный, так как аппетит, как известно, приходит во время еды. Зачастую обычно хочется всего заметно больше, чем есть. Особенно, когда красивая картинка «в телевизоре» показывает, как шикарно и беззаботно живут люди в «по-настоящему цивилизованных странах». Так что без формирования и внедрения нонконформистского мировоззрения не обойтись. Хотим мы того или нет, но восстанавливать его все равно придется. Однако, видимо, не в ближайшие годы. Сейчас речь идет только о чисто материальных показателях. Зато их намечено действительно много.