Ещё несколько лет назад казалось, что политическая «зелёная волна» на пространстве Европейского союза (ЕС) сошла на нет. Не только социал-демократия, но и зелёное движение в Старом Свете на фоне глобального финансового кризиса несло ощутимые потери. Экологистские партии, в разные годы начала XXI столетия представленные в правительствах Италии, Финляндии, Бельгии, Франции и других стран — членов Союза, оказались в итоге вне исполнительной власти.

Цвет зелёный, травяной
Цвет зелёный, травяной

На выборах в Европарламент в 2014 г. экологисты понесли определённые потери. Было впечатление, что развиваемые многими годами Европейской зелёной партией (ЕЗП) и её национальными составляющими темы (угрозы ядерной энергетики, правозащитная сюжетика, европейский федерализм, упор на возобновляемые источники энергетики) в годы кризиса не вызывают должного отклика у избирателей ни в масштабе ЕС, ни в отдельных национальных странах. Во всяком случае, в электоральном плане ведущие «зелёные» партии вплоть до самого последнего времени в лучшем случае топтались на месте, а то и показывали более скромные результаты.

Собственно, и сейчас говорить о «зелёном ренессансе» в Старом Свете можно лишь в отдельных (хотя и очень показательных) случаях, что не позволяет утверждать об универсальности данного тезиса. Как и в конце ХХ в., очень слабы позиции «зелёных» партий в посткоммунистических странах Центральной и Восточной Европы, где экологистам не удалось ни обзавестись устойчивыми структурами, ни стабильным электоратом. Единственным исключением тут является Союз крестьян и зелёных — самая влиятельная политическая партия в Литве; но будем объективны: данная партия является более «фермерской», чем «зелёной». Также и в странах южноевропейской зоны большинство действующих там экологистских партий пребывают ныне в маргинальном состоянии. Скажем, на недавних парламентских выборах в Италии Федерация зелёных даже вместе с союзниками по блоку набрала менее процента голосов. Далеко не блестяще обстоят дела у экологистов в Скандинавии: в сентябре 2018 г. на парламентских выборах в Швеции Зелёная партия с большим трудом, едва преодолев барьер в 4% голоса, сохранила мандаты в Риксдаге.

Да и там, где в 2018 г. действительно фиксировался стабильный подъём «зелёных» (Западная и Центральная части Европы), далеко не везде у экологистов всё в порядке. Так, в 2017 г. в своих странах оказались вне парламентских стен французские и австрийские «зелёные», занимавшие традиционно достаточно влиятельные позиции внутри ЕЗП. Но всё-таки не без оснований западноевропейские политологи и журналисты осенью этого года стали писать о новом «зелёном подъёме» в Европе.

Символика «Зелёных левых» в руках участников гей-парада в Амстердаме
Символика «Зелёных левых» в руках участников гей-парада в Амстердаме
Alf van Beem

Речь тут идёт прежде всего о богатых странах «ядра» Евросоюза — Бенилюксе и Германии. В течение нескольких последних лет экологистские партии этих стран в электоральном отношении ничего замечательного не показывали. Но резкое ослабление социал-демократии в Западной Европе привело к тому, что значительная часть левоцентристских избирателей переметнулась на сторону экологистов, что укрепило их политические позиции. В Нидерландах длившаяся ещё с позапрошлого века гегемония в левом движении социал-демократии завершилась и на первое место по влиянию и популярности в левом движении вышла партия «Зелёные левые». На последних муниципальных выборах «зелёные» добились первого места в Амстердаме и Утрехте, где за них голосовали более 20% избирателей. Сегодня, согласно опросам общественного мнения, «Зелёные левые» располагают поддержкой 13% избирателей, что выводит экологистов на второе место по популярности среди голландских партий. В октябре прошлого года на выборах разного уровня подтвердили свой прогресс и соседи и соратники нидерландских «Зелёных левых». Люксембургские «Зелёные» на парламентских выборах получили свыше 15% голосов, что принесло им итоговое четвёртое место. Эта партия с тремя министрами сохранила «прописку» в правительстве герцогства. Региональные и местные выборы принесли большие дивиденты экологистам Бельгии, получившим 16,2% в Валлонии и 12,2% во Фландрии. В «столице Европы» Брюсселе с почти 17% партия «Эколо» превратилась во вторую после социалистов политическую силу.

Наконец, бесспорным является прогресс «Союза-90 — Зелёных» в ФРГ. Об этом свидетельствуют как результаты земельных выборов в Баварии и Гессене, где по числу голосов «зелёные» опередили Социал-демократическую партию, так и то, что, по опросам общественного мнения, на федеральном уровне экологисты также обходят на сегодня с общим рейтингом 17% социал-демократов, также превратившись по популярности во вторую политическую силу.

Протестная акция «Союза-90 — Зелёных» в ФРГ
Протестная акция «Союза-90 — Зелёных» в ФРГ
Paula Schramm

Очевидно, что в преддверии евровыборов-2019 все эти индикаторы носят для ЕЗП достаточно позитивный характер. Почему это происходит? Дело в том, что бури, затрагивающие традиционные левые партии (снижение социального веса рабочего класса, численности профсоюзов и левых партий) не всегда и не прямо бьют по «зелёным», чья электоральная и социальная база носит всё-таки более буржуазный характер, чем в случае с радикальными левыми или социал-демократами. Профессор Ярославского государственного университета историк Галина Канинская считает, что «по мере усиления недоверия к «традиционным» партиям, долгое время находившимся у власти, возникает интерес и к «малым» партиям», чем в полной мере пользуются «зелёные». Как и тем, что в связи с ростом социального напряжения в ЕС в связи с иммиграционной и социальной политикой своих правительств и вызовами со стороны правого национализма «зелёные» бросают своего рода «левый» ответ национализму в преддверии выборов в Европейский парламент. Тем более, что в среде европейских левых сил ЕЗП, ратующая за «развитие полной сверхнациональной демократии», является наиболее последовательной транснациональной политической силой, выступающей в поддержку «федералистской перспективы» для ЕС.

Кроме того, в пользу роста «политического капитала» «зелёных» играет продолжающаяся дискредитация западноевропейской социал-демократии, а также видимые общественности климатические изменения и загрязнение воздуха, имеющие, очевидно, рукотворное происхождение. На новом историческом отрезке, по крайней мере в целом ряде западноевропейских стран и в Германии, у зелёных партий появился вполне реальный шанс стать ведущими в левом движении политическими силами. Другой вопрос: если такое в самом деле случится, что ожидает левое движение Западной Европы в целом?