Парламентская коалиция и переизбрание ЦИК

Украина
Украина
Иван Шилов © ИА REGNUM

Уже в середине 2018-го на Украине вполне почувствовалось, что выборы не за горами и контроль президента и его администрации над депутатами слабеет. Например, 5 июля Верховная рада впервые с 2014 года собрала большинство без фракции «Блока Петра Порошенко». Событие довольно значимое, учитывая, что Украина — парламентско-президентская республика.

Нельзя сказать, что отношения Порошенко с партнёрами по коалиции, партией «Народный фронт» Турчинова-Яценюка-Авакова все постмайданные годы были радужными. Однако же до такой открытой демонстрации неповиновения не доходило. Причину угадать несложно: всё те же выборы. Есть известное выражение: неважно, как голосуют, важно, кто считает. На Украине эта формула в целом описывает процесс передачи власти внутри политических элит, поэтому за контроль над Центризбиркомом всегда велась война. Именно процесс переизбрания ЦИК и расколол парламентскую коалицию летом.

Любопытно, что война за ЦИК заняла почти полгода.

«…наш приоритет — переизбрание Центральной избирательной комиссии. В нынешней ЦИК до сих пор работают люди из эпохи Януковича. Надо привлечь квалифицированных и независимых специалистов, которые смогут обеспечить нормальный избирательный процесс. Второе — это укрепление избирательной системы. Помимо избирательного кодекса, здесь есть другие аспекты, о которых нужно побеспокоиться. Например, ввести ответственность за подкуп избирателей, обеспечить кандидатам равный доступ к медиа, устранить возможность использования административного ресурса».

Цитата может показаться рядовым описанием процесса, если не знать, что её автор не занимает никаких постов в системе власти Украины. Он также не депутат, не советник и вообще даже не гражданин Украины. Эти слова в интервью изданию «Фокус» сказаны послом США на Украине Мари Йованович. Причём ещё в апреле, за 3 месяца до драматических событий и раскола в коалиции.

Мари Йованович
Мари Йованович
(сс) U.S. Embassy Kyiv Ukraine

Но что же в итоге? Контроль над новым составом ЦИК Украины остался в руках Петра Порошенко: 11 из 17 его членов считаются лояльными администрации президента. Что показывает, что не только ЦИК, но и стабильность коалиции в украинском парламенте в значительной мере зависит от посла США на Украине. Парламентское большинство — не исключено, что также по окрику из Вашингтона — больше в публичные распри не вступало и худо-бедно доработало до конца 2018 года.

Читайте также: Экономика Украины в 2018 году: «Караул, по уровню жизни нас обогнала даже Молдавия!»

Начало выборов

Уже сейчас можно говорить о том, что выборы президента-2019 поставят рекорд по количеству нарушений за всю историю Украины и станут самыми грязными. Судите сами. О процедуре избрания ЦИК уже сказано выше — как и о том, кто именно на самом деле эту комиссию избирал. Однако на долю украинской власти тоже осталась уйма возможностей покуражиться.

Скажем, в этот раз впервые в новой истории Украины не будет моратория на проверку СМИ на время выборов. Обычно Верховная рада принимала такой мораторий перед каждыми выборами, причём на срок 6 месяцев до даты голосования.

«Когда избирался Пётр Алексеевич — мораторий был. Когда шли выборы Виктора Ющенко и Виктора Януковича — моратории были. И даже Леонид Кучма поддерживал введение моратория на проверки СМИ (выборы 2004 года)», — напоминает глава Национального союза журналистов Украины Сергей Томиленко.

СМИ на избирательном участке
СМИ на избирательном участке
Russianname

В выборе средств для победы (или просто для достижения локальных целей) также никто не стесняется. По количеству технических кандидатов эти выборы уже переплюнули «знаменитые» выборы 2004 года. Хотя казалось, что 20−25 технических кандидатов — это и так предел (для сравнения: в 2010-м в выборах принимало участие всего 18 кандидатов). Однако только на начало ноября этого года количество кандидатов, которые уже заявили о намерении баллотироваться, достигло 30. Ещё примерно от 10 политиков такого заявления ожидают. Ну и наверняка кто-кто запрыгнет в этот поезд в последний момент. Сейчас можно говорить о том, что в бюллетене будет не менее 35−40 фамилий.

Казалось бы, в такой толпе обязательно должна быть конкуренция, а сами кандидаты обязаны стараться привлечь даже самого пассивного избирателя, работать по всем нишам. Однако этого не происходит. Среди актуальных агитационных трендов можно выделить:

— Популизм. Чего только стоит своеобразное соревнование кандидатов по поводу цен на газ. Сразу же после окончательного согласования с МВФ порядка их роста Юлия Тимошенко громко пообещала снизить их вдвое — как только окажется у власти. Лидер партии «За жизнь» Вадим Рабинович ответил на это обещанием снизить их втрое. И, наконец, «победил» всех еще один кандидат, народный депутат Сергей Каплин, обещающий народу 4-кратное удешевление «голубого топлива».

— Патриотический консенсус. Системно работать с избирателями, недовольными евромайданом, не пытается никто вообще. Максимум — кандидаты могут критиковать его отдельные социально-экономические последствия. Украинские политики чётко усвоили, что всякий, кто выступает против госпереворота-2014 и конфликта в Донбассе как его основного итога, в конце концов переводится в категорию сепаратистов с известными последствиями. Если добавить сюда контроль над переизбранием ЦИК со стороны посольства США, бесполезность участия в выборах становится самоочевидной. Сегодня выборы на Украине необходимы не для того, чтобы избрать президента или парламент. А для того, чтобы подтвердить право США на внешнее управление Украиной.

Перед хозяином
Перед хозяином
Цитата из м/ф «Маугли». реж Роман Давыдов. 1973. СССР

Читайте также: Холодная война и коллапс ГТС на Украине: итоги 2018 года в энергетике

Антироссийская и антирусская активность политиков, Верховной рады и местных советов

В 2018 году парламент Украины как никогда активно штамповал антироссийские законы.

В декабре Рада уравняла в правах ветеранов Великой Отечественной войны с теми, кто воевал в отрядах УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ), а также в разного рода коллаборантских подразделениях (дивизия ваффен-СС «Галичина», батальоны «Нахтигаль» и «Роланд»). В отдельных областях Украины такое уравнивание существовало ещё со времён президентства Ющенко (местные советы из своих средств платили коллаборантам те же пособия и льготы, что и государство). Однако теперь это сделано официально и на всеукраинском уровне.

В ноябре депутаты поддержали инициативу Порошенко об объявлении военного положения в 10 областях Украины. Это потянуло за собой фактический запрет на въезд на Украину гражданам РФ мужского пола в возрасте от 16 до 60 лет. По факту же в страну практически перестали пускать вообще всех граждан России. К концу года военное положение отменили, а вот запрет остался в силе. К слову, с 1 января 2018 года россиян пускали на Украину только при условии прохождения биометрического контроля.

Также в ноябре в конституции Украины депутаты официально закрепили курс на вступление в НАТО и ЕС, исключив оттуда все упоминания о нейтральном статусе Украины. Поэтому совершенно логично, что в декабре Верховная рада проголосовала также за ещё одну антироссийскую инициативу Порошенко: непродление Договора о дружбе, сотрудничестве и партнёрстве между Украиной и Россией. Один из пунктов этого договора предполагает неучастие во враждебных друг другу военным блокам, поэтому, после внесения таких изменений в конституцию, он уже не мог быть продлён.

Пусть москали завидуют
Пусть москали завидуют
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

В октябре на полную вступили в силу языковые квоты, регулирующие количество украино‑ и русскоязычного контента на телеканалах. С 13 октября не менее 75% эфирного времени должны занимать передачи на украинском языке.

Запрет на ввоз книг ряда российских издательств обернулся тем, что теперь лицензируется вообще любая книга на российском языке. А уже в процессе составляется украинский Index Librorum Prohibitorum и попасть в этот запретный перечень может всё, что угодно: и детское произведение, кулинарное издание, книга американского астронавта Скотта Келли, который положительно высказался о российской космонавтике. Не за горами и полный запрет импорта книг из РФ — вне зависимости от издательства и содержания.

«…наша принципиальная позиция заключается не только в введении санкций, но и во внесении изменений в законодательство, согласно которым будет полностью запрещено поступление книг из Российской Федерации. Уже создана рабочая группа, которая разрабатывает такой закон», — заявил летом этого года первый заместитель председателя Государственного комитета по вопросам телерадиовещания Украины Богдан Червак.

Любой запрет начинается как раз с квотирования и лицензирования. Украинцы просто доводят идею до логического завершения. В нескольких западных областях Украины в 2018 году отдельным решением облсоветов даже запретили исполнение любых русскоязычных произведений (песни, театральные представления) в общественных заведениях.

Ни слова по-русски
Ни слова по-русски
yoshiffles

К числу антироссийских можно отнести и закон, который изменил форму приветствия в украинской армии. Теперь приветствие «Слава Украине» — «Героям слава!» (формула, придуманная украинскими националистами из ОУН-УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ)) закреплено в войсках законодательно.

Знаковые законы

С 2019 года на Украине планировали ввести налог на выведенный капитал, который заменил бы привычный налог на прибыль. Попытки реформировать таким образом налоговую систему предпринимались ещё с 2015 года, однако закон удалось принять только в этом году, причём в основном потому, что одним из его лоббистов стал сам Порошенко. Как можно понять из названия, идея налога в том, чтобы вывести из-под налогообложения средства, которые компания реинвестирует, ведь таким образом они остаются в экономике, а не выводятся за рубеж. Идея, возможно, и хорошая, но несвоевременная, поскольку сегодня Украина не распоряжается собственным бюджетом: после возобновления сотрудничества с МВФ она фактически отказалась от самостоятельной позиции в этом вопросе. В свою очередь для МВФ есть главный критерий эффективности — низкий дефицит бюджета. Тогда как налоговая реформа его, наоборот, увеличила бы. В результате в согласованном тексте меморандума ясно сказано: в течение ближайших 14 месяцев Украина не имеет право снижать ставку налога на прибыль, а также вводить налоговые льготы. С защитой инвестиций Порошенко придётся потерпеть.

После нескольких провальных попыток (закон разрабатывали почти 2 года) на Украине, наконец, ввели в правовое поле «евробляхи» (бывшие в употреблении автомобили на европейских номерах, которые завезли в страну по «обходной» схеме без уплаты каких-либо налогов) и их владельцев. В конце ноября вступил в силу закон об упрощённом режиме их растаможки. Причём закон действует как для автомобилей, которые ввозятся на Украину уже после его принятия, так и для уже ввезённых автомобилей.

Автомобили
Автомобили
JerzyGorecki

Автовладельцы, надо сказать, добились от властей значительных послаблений. Если прежде для оценки таможенной стоимости использовались данные внутреннего рынка, то теперь таможня берёт сумму, указанную в договоре о купле-продаже (примерно 30% от неё уходит в бюджет в виде НДС, пошлины и отчисления в пенсионный фонд) А сумма акциза высчитывается по формуле «Базовая ставка*объём двигателя*возраст автомобиля». Скажем, при ввозе автомобиля с бензиновым двигателем объёмом 2 л и возрастом 5 лет придётся заплатить около 500 долл. Это, конечно, больше 300 евро, на которых настаивали автовладельцы, и протесты, в том числе с блокированием международных трасс и пунктов пропуска на границе с ЕС, продолжались весь ноябрь. Однако в целом новый закон однозначно стал уступкой со стороны государства. Напомним, только с начала 2018 года на Украину с нарушением правил транзита или временного ввоза ввезли более 120 тыс. автомобилей с иностранной регистрацией. Общее же их количество, по данным государственной фискальной службы, превышает 300 тыс.

Читайте также: «На Трампа надеяться нельзя!»: Украина-2018 — внешнеполитические итоги года

Ограничения свободы слова, преследование журналистов

Нельзя сказать, чтобы дела со свободой слова стали неважными только в этом году — после евромайдана в украинской журналистике вообще стало грустно, а уж после создания министерства информполитики и подавно. Однако 2018 год выделяется уже тем, что теперь проблему стали замечать сами украинцы, а также международные наблюдатели.

Так, данные всеукраинского опроса, проведённого Киевским международным институтом социологии (КМИС) в сентябре, говорят о том, что 35% опрошенных считают: на Украине происходит планомерное наступление на свободу слова. Ещё в феврале такого мнения придерживались только 29,6% респондентов. Уменьшилось также количество считающих, что правительство недостаточно активно реагирует на засилье «кремлёвских СМИ». В сентябре с этим согласились 30%, тогда как в феврале — 33%. Ну, и наконец, самый показательный результат: 30,6% опрошенных не выбрали ни один из вариантов (37% в феврале), а 4% отказались отвечать вообще. Ещё зимой у социологов не было ни одного отказа.

Только согласные
Только согласные
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

В Национальном союзе журналистов Украины подсчитали, что в 2018 году на Украине в среднем каждые 4 дня совершалось нападение на журналиста.

«Мы имеем 53 инцидента с начала года [на начало августа — Ред.] в Киеве и регионах при отсутствии прецедентов должного наказания за атаки на журналистов. И что характерно, в отдельных случаях мы обвиняем самих силовиков. Поэтому уровень тревоги в журналистских кругах касательно физической безопасности является чрезвычайным», — отметили в организации.

В связи с чем в НСЖУ даже ввели новый показатель «Индекс физической безопасности журналистов».

Известно, что в журналистике немало женщин, однако нападающих это не останавливает:

«Семь инцидентов с применением силы против журналистов зафиксировано в сентябре, причем атаковали именно женщин. В целом с начала года в Украине зафиксировано 64 проявления физической агрессии в отношении журналистов», — заявил глава НСЖУ Сергей Томиленко в начале октября.

В частности, на журналисток телеканалов NewsOne и «112.Украина» нападения совершались прямо во время прямых эфиров в присутствии работников полиции.

Нападают не только националисты, но и власть непосредственно. В редакциях изданий «Вести-Украина» и «Страна.ua» в 2018 году проводились обыски. В отношении «Страна.ua» возбуждено несколько уголовных дел, а одного из сотрудников этого издания летом даже пытался завербовать в качестве осведомителя сотрудник СБУ.

На ситуацию обратили внимание и в Европе. Скажем, президент международной организации Global Rights of Peaceful People Серж Маркс на сентябрьской конференции ОБСЕ раскритиковал украинскую делегацию:

«Украинская официальная делегация — единственные здесь дипломаты, которые вообще не слышат обращений украинских граждан. На всё у них ответ один: «Россия — агрессор, аннексировала Крым и т.п.». А мы бы хотели услышать пояснения по нарушениям свободы слова и прав СМИ на Украине».

После чего рассказал журналистам о том, что даже Азербайджан, Таджикистан и Туркменистан (считаются наиболее проблемными с точки зрения соблюдения принципов свободы слова на постсоветском пространстве) отвечают на запросы европейских и международных НПО — но не Украина. В течение 4 месяцев GRPP не смогла добиться от Украины объяснения относительно причин депортации немецкого журналиста Саади Исакоффа, который в начале мая намеревался делать репортаж о годовщине «Одесской Хатыни».

Прерванный эфир
Прерванный эфир
Цитата из м/ф «Незнайка на Луне». реж Юрий Бутырин, Александр Люткевич. 1997. Россия

Поэтому неудивительно, что в рейтинге Freedom House «Свобода слова в интернете» Украина постепенно спустилась с 25-го места (2012 г.) на 45-е (2018-й). Рейтинг публикуется в конце каждого года, однако охватывает события лишь по май. Поэтому в 2019-м Украина имеет все шансы спуститься ещё ниже. Для лучшего понимания динамики Украины во Freedom House добавили, что страна вошла в пятёрку государств, где свободу в интернете за последние пять лет ограничивали больше всего.

Украинский правозащитник Владимир Чемерис поясняет, как это происходило:

«Если ещё в 2014 году ещё были какие-то украинские журналисты и даже заграничные в ЛДНР и могли подавать оттуда информацию, то сейчас таких нет. Они внесены на сайт «Миротворец», существование которого противоречит украинскому законодательству, о чем заявляли представители европейских стран и межгосударственных организаций — таких, как ОБСЕ… Мы теперь не можем оттуда получать объективную информацию. У нас только одна информация [та, что одобрена министерством информполитики — Ред.]. И то, что для украинцев подаётся информация одна и нет места для дискуссии, и есть признак тоталитаризма».

Ещё в одном рейтинге, «Индексе свободы слова» от The Cato Institute, Украина заняла 118-ое место — сразу после Объединённых Арабских Эмиратов. И снова-таки Украине повезло: рейтинг составлялся на основе широкого массива данных (2008−2016 гг.), т. е. включал в себя информацию о той Украине, что перестала существовать после февраля 2014 года. Однако даже трёх постмайданных лет хватило, чтобы Украина попала в нижнюю часть рейтинга.

Армия

Для украинских военных год выдался неоднозначным. С одной стороны, это явно год потерь и разочарований. В конце ноября ВМС после известной провокации в Керченском проливе лишились сразу трех кораблей, в числе которых — свежепостроенные на верфи Петра Порошенко два бронекатера. Не слишком радостно, учитывая, что у украинской армии осталось таких катеров только 4.

В сухопутных войсках наблюдается большой недобор как контрактников, так и призывников. Не помогает ни пропаганда, ни вездесущая реклама, ни затейники-военкомы, которые снова отлавливают призывников в метро, студенческих общежитиях, и невдалеке от приграничных пунктов пропуска. В Киевской области и вовсе этой осенью поставили своеобразный рекорд (в военкоматы явилось только 8% от списочного состава призывников). Ранее рекорд принадлежал Закарпатью (10%).

Однако это ещё полбеды — настоящая проблема ВСУ в том, что из армии увольняются уже служившие контрактники. О том, что ситуация приобрела серьёзный масштаб, свидетельствует уже то, что о ней пишут даже в лояльных власти украинских СМИ.

«…отток кадров действительно есть, и это определенным образом влияет на состояние готовности ВСУ. Потому что мы вынуждены набирать новых контрактников, проводить полный цикл их подготовки, а через определенный срок они снова увольняются», — признаёт руководитель Генштаба вооруженных сил Украины Виктор Муженко в интервью «BBC News Украина».

Солдаты
Солдаты
(сс) Ministry of Defense of Ukraine

Министр обороны Степан Полторак уточнял, что за январь-июнь из рядов ВСУ уволилось более 11 тыс. человек и ещё почти 20 тыс. собирались уволиться до конца года. Если они действительно сдержат слово, то это будет в 1,5 раза больше, чем в 2017-м (20 тыс.) — примерно 15% от численности ВСУ.

Основные причины такой убыли, по словам самих же военных — низкие зарплаты и непрофессионализм командования. Некоторые жалуются также на поборы со стороны своих же командиров.

Даже в 2018 году на Украине не смогли довести до ума миномёт «Молот». С 2016 года его используют в войсках, и с тех пор он успел нанести ВСУ серьёзный урон: 13 погибших и 32 раненых. Любопытно, что даже наказать за это некого, поскольку миномёт официально не принят на вооружение.

Зато Киев может гордиться 10-м местом в рейтинге Global Firepower-2018 (в рейтинге участвуют только армии Европы). Правда, составители рейтинга насчитали у ВСУ 1,1 млн военнослужащих, хотя их более чем в 5 раз меньше, и явно слишком впечатлены 5% от ВВП на нужды обороны. Да, в Европе этот показатель мало у кого дотягивает до 2%, но 5% на Украине — это порядка 5 млрд долл. В результате расходы и на вооружение, и на обеспечение военнослужащих на Украине раз в 10 меньше среднеевропейских.

Зато американские Javelin у Украины в 2018-м году всё-таки появились. И это не только самое важное достижение года, но и всей последней пятилетки: как раз с придыханий «ах, вот бы нам против русских Javelin…» и начиналась война в Донбассе весной 2014 года.