Иван Шилов © ИА REGNUM

В минувшее воскресенье, 4 ноября, наши польские соседи закрыли первый этап начавшегося у них двухлетнего избирательного марафона. А именно, состоялось голосование во втором туре местных выборов. Впереди, в 2019 году, избрание депутатов в Европейский парламент и сейм Польши, в 2020 году — президента страны. Местные выборы, конечно, заметно отличаются от национальных, но определенные выводы о том, куда будет двигаться партийная система и как развиваться политическая ситуация, сделать по силам.

На первый взгляд, баланс сил между правящим лагерем, куда входят «Право и справедливость» (PiS) и ее младшие партнеры, и объединенной оппозицией во главе с «Гражданской платформой» (РО) не сказать чтобы сильно изменился. Но можно отметить, что PiS предсказуемо укрепилась в провинции и малых городах, а РО сумела сохранить крупные центры за собой. При этом «Право и справедливость» сделала маленький шаг (посмотрим, укрепится ли эта тенденция) к слому «исторически-географического проклятья», по которому за партии в Польше голосуют в соответствии с линиями старых разделов Речи Посполитой. PiS стала чуть-чуть продвигаться на запад и юго-запад, традиционно голосующие за «Гражданскую платформу». Однако, как предупреждает доктор Гжегож Балавайдер из Института политологии Опольского университета, оппозиция должна понимать, что в отличие от местных выборов на национальных голосуют не за личности, а за списки, не только в больших городах, но и районах, где PiS «определенно доминирует». Поэтому ее нынешняя треть с лишним на выборах в местное самоуправление на выборах в сейм даст правящей партии победу и, возможно, перспективу снова единолично сформировать правительство. Это первое.

Символика польской правящей партии «Право и Справедливость» (PiS)
Символика польской правящей партии «Право и Справедливость» (PiS)
Elekes Andor

Второе. Избирательная кампания показала, что внутри себя Польша остается континентальной страной, которую прежде всего интересуют европейские дела. Попытки «Права и Справедливости» разыграть карту евроатлантической солидарности особого интереса не вызвали. Вашингтон в какой-то степени подыграл «Праву и Справедливости», когда президент США Дональд Трамп в сентябре принял в Белом доме польского коллегу Анджея Дуду. Однако вброшенный пропагандистами правящей партии тезис о «великом американском союзнике» и «форте Трампа» в Польше впечатления на избирателей не произвел. Поляки в массе своей горячо поддерживают идею размещения американской военной базы на постоянной основе, но только в том случае, если заплатят за нее сами США. Вместе с тем важнейшим остается присутствие Польши в Европейском союзе в контексте союзного бюджета, выплат из него и перечисление европейскими фондами траншей на развитие польских городов и деревень. Дискуссии на эти темы стали элементом нынешней избирательной кампании и активно освещались в региональной прессе. И не в пользу PiS, которую представляют враждебной ЕС. Отметим также фиаско попыток представить на местных выборах «токсичным фактором» Россию. Пара попыток вбросить «страшилки» о «вмешательстве Путина» в дела местного самоуправления не были поддержаны даже на уровне национальной прессы.

Третье. Если говорить о перспективе, то сейчас перед правящим правым лагерем встает ряд проблем. «Право и Справедливость» испытывает проблему создания устойчивого центра внутри партии. Определенное недовольство испытывает консервативное крыло как самих партийцев, так и стоящих на этих позициях союзников PiS. В январе этого года председатель PiS Ярослав Качиньский значительно укрепил либеральное крыло, когда санкционировал избрание председателем совета министров Польши Матеуша Моравецкого, пошел на отставку министра обороны Антония Мачеревича и согласился с выдвижением на пост министра иностранных дел Яцека Чапутовича. В данном случае Моравецкий, Чапутович и Дуда — это политики, которые не настроены бить горшки в отношениях с Берлином и Брюсселем. В отличие, например, от министра юстиции Збигнева Зёбро, тяготеющего к конфронтационному стилю. Между двумя крыльями периодически проскакивают искры, как, например, в случае с конфликтом между МИД и минюстом. МИД отрицательно оценил инициативу министра юстиции, предложившего еще раз изучить конституционные договоры Польши с ЕС. Но когда эта история попала в прессу, Чапутовичу пришлось выступить с опровержением экспертов собственного же ведомства. А тут еще некстати хромой уткой себя объявила канцлер Ангела Меркель. Новые лица в Берлине могут, безусловно, снизить напор Германии на Варшаву, но могут и вступить в коалицию с Москвой, что для Варшавы с ее нынешней внешней политикой (если только она не откажется от эксплуатации русофобии в политических целях) станет заменой холеры на чуму.

Эммануэль Макрон, Ангела Меркель
Эммануэль Макрон, Ангела Меркель
Иван Шилов © ИА REGNUM

Наконец, четвертое. Ситуация в Европе способна измениться настолько радикально, что Варшава очень сильно завибрирует. На днях президент Франции Эммануэль Макрон предостерег «от возвращения в 1930-е годы» из-за распространения националистической «проказы» по всему континенту. «Меня поражают сходства между временем, в которые мы живем, и периодом между двумя мировыми войнами, — заявил Макрон. — В Европе, разделенной опасениями, возвращением национализма, последствиями экономического кризиса, почти систематически видно все, что обозначало Европу между окончанием Первой мировой войны и экономическим кризисом 1929 года». Для Польши это может означать возвращение к реалиям межвоенной Республики — исключительно двусторонние тактические союзы на внешнем уровне, авторитарная политическая система на внутреннем. Уже сейчас, поясняет депутат сейма Томаш Жимковский из клуба «Кукиз 15» (Kukiz 15), местные выборы и предшествующая им избирательная кампания показали, насколько глубок раскол в стране. А «поляризация двух политических блоков» уничтожает все остальные партии, когда два центра «подъедают» остальных, более мелких игроков. Таким образом, даже в нынешних условиях Польша идет по пути формирования двухпартийной системы. Но если Макрон прав, если его прогноз о «возвращении в 1930-е годы» сбудется, нельзя исключать того, что в Варшаве в итоге останется только одна партия, которая и будет «руководящей и направляющей».