«Сколько через казахов прошло истории и культур, и все это надо было через себя пропустить. Я думаю, толерантность казаха, когда он принимает все религии, любой этнос воспринимает хорошо, идет оттуда. История так сделала», — эти слова президента Казахстана Нурсултана Назарбаева как нельзя лучше отражают отношение к религиозной политике в этом крупнейшем государстве Центральной Азии.

Иван Шилов ИА REGNUM
Казахстан

10−11 октября этого года в столице Казахстана Астане пройдет очередной, шестой по счету Съезд лидеров мировых и традиционных религий. Его тема — «Религиозные деятели в борьбе за мир».

Этот представительный международный форум впервые собрался в 2003 году по инициативе Нурсултана Назарбаева. Его необходимость была обусловлена растущей ролью религии в современном мире. Главная идея форума — противопоставить росту религиозного экстремизма и терроризма в мире диалог лидеров мировых и традиционных религий.

Съезд проводится в Астане регулярно, раз в три года. Помимо религиозных деятелей, — приверженцев ислама, христианства, иудаизма, синтоизма, буддизма и индуизма, — в нем принимают участие представители светских властей, руководители государств.

Проведение съезда совпадает по времени с активным обсуждением в Казахстане реформы законодательства в религиозной сфере. С начала 90-х годов в этой стране, как и в других постсоветских государствах, наблюдается ренессанс религии. Это реакция на официальный атеизм советской эпохи и подавление в течение многих десятилетий религиозного сознания. Этот интерес в Казахстане подметили и не стали с ним бороться — наоборот, попытались использовать для отстраивания нравственных основ нового постсоветского общества.

«Читайте Тору, Коран и Библию, в них — самая мудрость» — не случайно призвал как-то глава государства Нурсултан Назарбаев.

Казахстан является одной из немногих постсоветских государств, — причём полиэтническим и многоконфессиональным, — которым удалось избежать сколько-нибудь серьезных общественных и политических конфликтов на религиозной почве. Во многом это связано с позицией самого государства. Оно ведет активную политику, направленную на поддержание диалога между религиозными общинами, предотвращение роста религиозного экстремизма на религиозной основе. Прежде всего, она выражается в законодательном регулировании деятельности религиозных общин в стране.

Но во многом свою положительную роль сыграло и традиционная религиозная и национальная терпимость казахов.

«Мы, казахстанцы, уважаем и любим свою религию — мусульманство, но мы уважаем и все другие религии, и веры, которые предпочитают наши граждане. На этой основе мы сохраняем единство, сплоченность, дружбу нашего народа» — сказал как-то Нурсултан Назарбаев.

В Казахстане сейчас проживают представители более 100 этносов и адепты десятков различных конфессий. Большая часть населения, около 70%, считают себя приверженцами ислама. Среди последних преобладают сунниты вполне традиционного ханафитского мазхаба, характерного для казахов. Шиизм представлен в основном азербайджанцами, число которых в республике составляет более 85 тысяч. Сторонники традиционного для страны ислама объединены в Духовное управление мусульман Казахстана, тесно сотрудничающее с государством.

С начала 90-х годов наблюдался некоторый рост числа сторонников ортодоксального и радикального ислама. В прессе их обычно объединяют под названием «салафиты». Хотя в действительности, помимо собственно салафитов, радикальный фланг ислама в Центральной Азии представляет добрый десяток различных групп и сект, включая джихадистские. По официальным данным, сегодня в республике насчитывается около 15 тысяч их сторонников. Именно на противодействие идеологии, пропаганде и распространению радикального ислама и поддержку традиционных исламских течений направлена в основном политика казахстанского государства в религиозной сфере.

Христианами назвали себя в ходе последней переписи 26% населения. Большей частью это православные. Решением Священного синода Русской Православной Церкви в 2003 году был образован Казахстанский митрополичий округ. В то же время в Казахстане традиционно сильны также позиции католической церкви и протестантских общин. Это связано с депортацией в республику в рамках советских чисток в 40-х годах прошлого века большого числа немцев, поляков, западных украинцев.

Для нужд около 200 тысяч католиков в Казахстане действуют три епархии Римско-Католической Церкви. Более 300 тысяч протестантов представлены как конфессиями, существовавшими здесь еще с советского времени — баптистами, лютеранами, меннонитами, адвентистами, — так и появившимися уже в постсоветское время под влиянием проповедников из США и Кореи: пятидесятниками, пресвитерианами, «харизматиками» и т.п. Несмотря на массовую эмиграцию немцев в Германию в 90-е году, число протестантов в республике в последнее время заметно растет.

Около 15 тысяч буддистов Казахстана это большей частью корейцы, а также калмыки.

В республике с XIX века существует небольшая, но активная и сплоченная иудейская община.

Кроме того, более полумиллиона человек назвали себя атеистами или отказались отвечать на вопрос о религиозной принадлежности.

Светский характер государства закреплен Конституцией Казахстана. Вместе с тем, за годы независимости число людей, считающих себя верующими и так или иначе вовлеченных в религиозную деятельность, возросло многократно. Появились сотни новых мечетей, храмов, молельных домов, создано множество религиозных организаций и общин различных конфессий. Новым явлением стало и появление здесь религиозных течений, не характерных для Казахстана ранее, принесенных сюда проповедниками с Ближнего Востока, США и Южной Кореи.

Казахстан в меньшей степени, чем соседние страны, пострадал от воинствующих сторонников радикального ислама. Но и он пережил в 2010-е годы серию терактов, кульминацией которых стало нападение на воинскую часть в Актобе в июне 2016 года. Все это заставило казахстанские власти принять более решительные меры по регулированию деятельности религиозных организаций. Речь идёт о принятии новых законов и создании организаций, призванных координировать взаимодействие религиозных общин с государством и между собой. Главная цель государственной политики в этой сфере — сделать межконфессиональный диалог фактором поддержания мира, безопасности и стабильности в стране.

Уже в 2011 году был принят закон «О религиозной деятельности и религиозных объединениях». Утверждая право на свободу не противоречащей закону религиозной деятельности, это закон подчеркивает историческую роль традиционных для Казахстана религий. Закон устанавливает обязанность прохождения государственной регистрации для религиозных организаций и миссионеров. Без регистрации проведение религиозных мероприятий, включая обучение, подготовку служителей и распространение литературы, не допускается. Запрещается деятельность партий на религиозной основе, а также организаций, целью которых является утверждение верховенства одной религии, разжигание религиозной нетерпимости и вражды, применение насилия и пр.

Очевидно, что цель введения этих норм — поставить заслон распространению радикальных джихадистских течений. В обсуждаемых сегодня поправках к закону авторы пошли еще дальше, вводя понятия «деструктивные религиозные течения» и «религиозный радикализм». В республике давно уже существует официальный список запрещенных организаций и книг экстремистской направленности.

В 2016 году создано Министерство по делам религии и гражданского общества, недавно реорганизованное в Министерство общественного развития. Его цель — налаживание взаимодействия государства с религиозными организациями и регулирование их деятельности. Министерство заключило соглашения с Духовным управлением мусульман Казахстана и Православной церковью страны. К компетенции министерства отнесена также молодежная политика: было учтено, что, как показывают исследования, большинство сторонников радикального ислама — молодые люди.

В июле 2017 г. президент утвердил Концепцию государственной политики в религиозной сфере на 2017−2020 годы.

Сейчас в стране проходит процесс перерегистрации религиозных организаций, и не все желающие смогли его пройти. Действующий закон устанавливает минимальное число участников, требующееся для приобретения организацией статуса местной, региональной или республиканской. Правда, новый пакет законодательных поправок, обсуждаемый сейчас в Казахстане, несколько снижает эти требования. Кроме того, ослабляются административные санкции за правонарушения в религиозной сфере.

Одновременно законопроект предусматривает новые ограничительные нормы, препятствующие распространению радикальных идей и течений. Так, вовлечение несовершеннолетних в религиозную деятельность, включая их доступ к религиозной литературе, будет разрешено только при согласии обоих родителей. Предлагается запретить демонстрацию внешних признаков «деструктивных религиозных течений». Речь идет об одежде, в частности, о ношении никаба в общественных местах. Продолжить религиозное образование за рубежом теперь можно будет при условии, что она уже получено в Казахстане. Кандидатуры руководителей религиозных объединений надо будет согласовывать с министерством. Религиозные организации будут обязаны публиковать свои финансовые отчеты в СМИ. Вводятся регламентация религиозного поведения госслужащих. Наконец, принципиальна новация об оскорблении чувств не только верующих, но и атеистов.

Введение новых ограничительных мер в дополнение к уже действующим вызвало недовольство со стороны поборников религиозных свобод за океаном. В июле 2018 года госсекретарь США Майк Помпео представил в Вашингтоне доклад о свободе вероисповедания в мире в 2017 году. В нем содержатся упреки в адрес правительства Казахстана за излишнее, по мнению автора, вмешательство государства в дела религии и излишнюю регламентацию деятельности религиозных организаций. В первую очередь речь идет о запрете деятельности без регистрации и жесткие требования при регистрации, которые не позволяют пройти ее многим организациям. Доклад упрекает власти Казахстана за покровительство одним конфессиям в ущерб другим. Критике подвергся и новый законопроект.

С такой оценкой трудно согласиться. И вызывает удивление, что ее дает официальное лицо страны, которая сама жестоким образом страдает от терроризма. Именно против него направлены ограничительные меры, которые обсуждаются сегодня в Казахстане. И без понимания простого факта, что вседозволенность в религиозной сфере является прямой угрозой жизни и безопасности людей, трудно адекватно оценивать работу, которую ведёт официальная Астана.

Вместе с тем, проблемы существуют. Акцент на запретительных мерах породил дискуссию и в самом Казахстане. Так, христианская община может считать не актуальным для себя запрет на ограничения для несовершеннолетних в доступе к религии без согласия обоих родителей. Или запрет на ношение определенной одежды. Однако в едином государстве не может быть законов, различных для разных конфессий, и это хорошо понимают все заинтересованные стороны.

Главное, что в республике налажен общественный диалог между религиозными общинами, и многие вопросы решаются путем открытой дискуссии. В ходе ее будут корректироваться и положения нового закона.

Существует множество площадок и механизмов для такого обсуждения. Помимо уже упомянутого министерства, в республике есть уникальный институт межэтнического и межконфессионального диалога — Ассамблея народа Казахстана. При правительстве республики действует Совет по связям с религиозными объединениями, такие же советы есть в областях. Мониторингом и анализом процессов в области религии занимается Научно-исследовательский центр по вопросам религии. По результатам второго Съезда лидеров мировых и традиционных религий в республике был создан Международный центр культур и религий.

Очередной съезд Съезда лидеров мировых и традиционных религий, который пройдет в октябре в Астане, даст новый толчок развитию межконфессионального сотрудничества в мировом масштабе. Ожидается, что на нем будет объявлено о создании нового Центра Нурсултана Назарбаева по развитию межконфессионального и межцивилизационного диалога. Об этом заявил на днях министр общественного развития республики Дархан Калетаев. Налаживание такого диалога является гарантией безопасного развития не только для Казахстана, но и для всего мира, и Казахстан традиционно является одним из инициаторов этого процесса.