Иван Шилов ИА REGNUM

Заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин по итогам переговоров со специальным представителем премьер-министра Грузии по взаимоотношениям с Россией Зурабом Абашидзе выступил с заявлением, согласно которому «Москва не исключает возможность проведения встречи лидеров России и Грузии, и стороны работают над ее подготовкой».

«Такая встреча может состояться, — сказал российский дипломат. — Но для этого надо работать, готовиться, чтобы лидерам было что обсуждать результативно». По словам Карасина, «президент России Владимир Путин неоднократно подтверждал заинтересованность Москвы в создании нормальной обстановки для развития дружественных, добрососедских отношений с Грузией», и «это остается аксиомой до сих пор». Впрочем, о возможной встрече президентов России и Грузии говорили и раньше. В последний раз в мае, когда президент Грузии Георгий Маргвелашвили заявил о готовности встретиться с Путиным, отметив, что «последние опросы показывают, что в Грузии народ поддерживает диалог с Россией». Теоретически такая встреча могла бы состояться. Но на практике внутри правительства Грузии сложилась острая интрига.

Сначала в Тбилиси говорили, что «встреча президентов России и Грузии должна быть с включением наших партнеров». Потом последовало заявление Абашидзе, который выразил недоумение, почему «Маргвелашвили именно сейчас решил заявить о готовности встречи с российским лидером», явно намекая на то, что президент, срок полномочий которого истекает, решил разыграть «русскую карту» перед выборами главы государства. Но стоит вспомнить, что в марте 2018 года премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили написал открытое письмо к руководству России, в котором призывал сделать «конструктивные шаги для урегулирования отношений». Это произошло на фоне инцидента с гибелью в Цхинвале гражданина Грузии Арчила Татунашвили.

Тогда премьер выразил готовность лично принять участие в международных Женевских дискуссиях. Однако, похоже, это не нашло поддержки со стороны Квирикашвили. Более того, министр энергетики Грузии, в прошлом известный футболист Каха Каладзе заявил, что «с президентом России должен встретиться не только президент, но и премьер-министр Грузии». Мы же оставим историкам разбор этой интриги. Отметим только то, что Маргвелашвили сошел или был снят с предвыборной дистанции. Бидзина Иванишвили, который мог бы стать главным кандидатом на пост президента, решил ограничить свое присутствие на политической арене постом председателя «Грузинской мечты» и в выборах не участвует. Ставка сделана на Саломе Зурабишвили, дочери грузинских эмигрантов из Франции, министре иностранных дел при Саакашвили, ныне пользующейся поддержкой Иванишвили.

Silber_Mel
Саломе Зурабишвили

По всем признакам она должна победить на президентских выборах 28 октября. Так считает американское издание EurasiaNet. Никто не сомневается, что Зурабишвили будет оказывать значительное влияние в первую очередь на внешнюю политику Грузии. Поэтому когда Карасин говорит о подготовке встречи лидеров России и Грузии, то речь, видимо, идет о встрече Путин — Зурабишвили. Но чего ждать от первой женщины, готовящейся стать президентом Грузии? С одной стороны, ее подпись в бытность главой МИД Грузии стоит на документе, согласно которому российские военные базы покинули Грузию. С другой, она с 2005 по 2010 годы активно противостояла Саакашвили, хотя лидером оппозиции не стала. В 2012 году она поддержала коалицию Иванишвили «Грузинская мечта» против Саакашвили, однако тогда членом ее не стала. И до сих пор вокруг нее много споров и дискуссий в Грузии, что, как считают многие грузинские эксперты, тактически и стратегически устраивает Иванишвили. В этой связи британское издание The Economist считает, что «Грузия будет отказываться от конфронтации с Россией», выстраивать с ней отношения на прагматичной основе, восстановит с ней дипломатические отношения, будет дальше развивать торгово-экономическое сотрудничество.

Все это должно привести к смене содержания российско-грузинского диалога, к чему, кстати, всегда подталкивал Тбилиси Брюссель. При этом в Грузии понимают, что вряд ли удастся изменить нынешний статус Абхазии и Южной Осетии, во всяком случае при нынешней геополитической конфигурации Закавказья, которая, по оценке Stratfor, «пришла в движение и для многих бывших советских республик, включая Грузию, переоценка своих отношений с Россией сегодня приобретает особую важность». Помимо того, утверждает американский эксперт Уилл Руджер, «если стремления Грузии вступить в НАТО до войны 2008 года казались смелыми, то после конфликта они выглядят нелепо и опасно». Но пока Зурабишвили в ходе избирательной кампании вступила, по ее словам, в схватку с представителями «черных сил», вызвала на дебаты своих главных конкурентов, чтобы «пролить свет на все, что происходит сегодня в стране».

Москва с интересом наблюдает за развитием событий в Грузии.