В Малой Азии и Закавказье период неудач русской армии подходил к концу. За недооценку противника и переоценку собственных возможностей, как всегда, пришлось дорого заплатить. Пришлось подкреплять и действовавшие в Малой Азии войска, и их штабы. Это очень скоро привело к самым положительным последствиям.

Алексей Попов. Атака лейб-гвардии Московского полка на турецкие позиции при Араб-Конаке . 1910-е
Алексей Попов. Атака лейб-гвардии Московского полка на турецкие позиции при Араб-Конаке . 1910-е

В августе и сентябре 1877 г. к Действующему корпусу подошли подкрепления — 40-я пехотная и 1-я гренадерская дивизии. Это значительно увеличило силу русской группировки — 60 батальонов, 12 эскадронов, 84 сотни при 240 орудиях против 54 батальонов, 15 эскадронов и 5 тыс. башибузуков при 96 орудиях, не считая сил, оставленных в Карсе. С другой стороны, воспользовавшись передышкой в действиях в Закавказье, турки в августе — сентябре 1877 г. укрепили позиции в горах на дальних подступах к Карсу. На пространстве длиной до 30 верст по линии Авлияр — Аладжа был создан ряд хорошо оборудованных опорных пунктов, каждый из которых стал ключом обороны определенного горного сектора. Несколько редутов, расположенных ярусами, укрепленные батареи, окопы — все это было расположено на горных позициях, обращенных к атакующему. С вершин Авлияра как на ладони было видно плато, на котором разворачивалась русская армия. К солидным укреплениям нужно добавить и естественные препятствия — крутые склоны горы.

Генерал Николай Николаевич Обручев
Генерал Николай Николаевич Обручев

Прибывший к штабу великого князя Михаила Николаевича ген. Н. Н. Обручев предложил воспользоваться тем, что ¾ сил турецкого гарнизона Карса были выведены из крепости в поле. План генерала был направлен на то, чтобы окружить, блокировать и уничтожить турецкую армию под Аладжой. Турки имели здесь 37−38 тыс. чел. при 74 орудиях. Занимая удобные для обороны позиции в горах, они надеялись отразить любую фронтальную атаку. Численность русских войск равнялась 55 782 чел. Поначалу Лорис-Меликов решил действовать, исходя из собственных расчетов. 20 сентября (2 октября) началось русское наступление на центр и левый фланг аладжинских позиций. Бои носили исключительно тяжелый характер. Русские фронтальные атаки, одна за другой, отбивались интенсивным винтовочным огнем. Их позиции буквально курились от порохового дыма.

22 сентября (4 октября) турки, отразившие ряд приступов, даже попытались сами перейти в наступление. Оно было также отражено, и в результате был, наконец, принят план Обручева. 27 сентября (9 октября) в глубокий тыл противника под командованием генерал-лейтенанта И. Д. Лазарева была направлена обходная колонна силой в 17,5 батальона, 12 эскадронов и сотен при 64 орудиях. 2 (14) октября она взяла Базарджик и отсекла связь турок на Аладже с Карсом и Эрзерумом.

Накануне Гейман попытался вновь убедить командование перейти в наступление, но большинство участников совещания высказалось категорически против повторения фронтальных атак до создания угрозы турецким тылам. 3(15) октября началось общее наступление русских войск под Авлияром. Атакующих опять встретил плотный огонь турецкой пехоты, который стал менее эффективным после обстрела 64 русских 9-фунтовых орудий. Авлияр покрылся дымом и пылью от взрывов и стал походить на вулкан.

Турецкие артиллеристы перед войной получили более современные и дальнобойные нарезные орудия, но явно не успели освоить их. В результате пушечный огонь был неэффективен. Русские солдаты и офицеры пользовались знакомым оружием — бронзовыми 4‑ и 9-фунтовками — и добились исключительно хороших результатов. Турецкая артиллерия была подавлена быстро, затем русские пушки начали обстрел позиций пехоты с расстояния 760 и даже 500 саженей. Оборона, рассчитанная прежде всего на винтовочный огонь из ложементов, расположенных ярусами по склону горы, была сломлена. Через 1,5 часа орудийного обстрела окопы замолчали. В 11:30 начался штурм.

Алексей Кившенко. Нижегородские драгуны, преследующие турок по дороге к Карсу
Алексей Кившенко. Нижегородские драгуны, преследующие турок по дороге к Карсу

Атака закончилась полным успехом. Турки оказались под ударом с фронта и тыла и были разгромлены, значительная часть их армии окружена, остальные искали спасения в бегстве.

«Как только возникло зрелище русской дивизии, прочно занявшей центр их позиции, — отмечал журналист «Таймс», — общая паника, казалось, захватила войска на Аладжа-Даге, которые, несмотря на мольбы и угрозы своих офицеров, покинули строй и густой неорганизованной толпой быстро двинулись по направлению к Карсу».

Лагерь и обозы были брошены. Практически до фортов Карса их преследовала русская кавалерия — турки несли огромные потери убитыми и разбежавшимися. Вечером 3 (15) октября командиры окруженных турецких частей подписали соглашение о капитуляции. Их единственной просьбой было сохранение оружия офицерам, на что Лорис-Меликов дал свое согласие. Денщики, врачи, гражданские лица, сопровождавшие армию, получили право удалиться, начало сдачи было назначено на 02:00 4 (16) октября.

4 (16) октября в 5 часов вечера закончилась сдача в плен остатков турецкой группировки. В плен сдались два дивизионных генерала, пять бригадных, 26 старших и 224 младших офицера и 7000 солдат (не считая 1000 чел., сдавшихся в плен накануне), было захвачено 25 орудий. Долина длиной в 1,5 и шириной в половину версты была плотно заполнена сдавшимися. В решающий день 4 (16) октября наши войска потеряли 1327 чел. убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Общие потери за все время боев, начиная с 20 сентября (2 октября), были более чувствительными — 216 офицеров и 5334 солдата, турки потеряли — 5−6 тыс. чел. Не меньшим был и моральный эффект — Авлиярские позиции считались неприступными, и их падение существенным образом сказалось на поведении войск и населения противника. Солдаты почти не оказывали сопротивления — они просто бежали к Карсу. Беглецы и беженцы привносили в город панику. Инициатива полностью вернулась в руки русской армии. Измаил-паша, который недавно угрожал вторжением в Эриванскую губернию и стоял в Игдыре против Тергукасова, быстро начал отступать, опасаясь оказаться в окружении.

По составленному Обручевым плану, Действующий корпус должен был разделиться на два отряда: Карский под командованием Лазарева (34 батальона, 34 эскадрона и сотни, 126 орудий), который должен был блокировать эту крепость, и Саганлугский, под командованием Геймана (28 батальонов, 25,5 эскадрона и сотен и 98 орудий), который должен был обеспечить блокаду от угрозы со стороны Эрзерума. 7(19) октября оба отряда двинулись вперед. Передовые части Геймана были под Карсом уже в 8 утра 5 (17) октября, а 11(23) октября они начали движение на Эрзерум, на преследование остатков отступавшей турецкой армии с целью недопущения их объединения с силами эрзерумского гарнизона. За 7,5 дня его войска прошли 174 версты, хотя и не успели предупредить соединение Мухтара и Измаила-паши. Последний, узнав о русской победе под Авлияром, немедленно начал отступать, бросая тяжести, обозы и раненых. По его следам шел отряд Тергукасова. 16 (28) октября Тергукасов и Гейман соединились. В ночь на 17(29) октября передовые части их отрядов внезапным ударом заняли укрепление Гассан-Кала в 20 верстах от Эрзерума. 23 октября (4 ноября) Гейман разбил Мухтар-пашу и Измаил-пашу на позициях у Деве-Бойну на Эрзерумской дороге. 16 тыс. турок при 60 орудиях потеряли 3 тыс. убитыми и ранеными, 3 тыс. пленными и 42 орудия. Русские потери были незначительны — 3 убитых и 26 раненых офицеров, 126 убитых и 564 раненых солдата.

Василий Верещагин.Побеждённые. Панихида. 1877
Василий Верещагин.Побеждённые. Панихида. 1877

24 октября (5 ноября) был обложен Эрзерум, но предпринятая в ночь на 28 октября (9 ноября) попытка овладения крепостью окончилась неудачей. Потеряв 4 офицеров и 66 солдат убитыми, 1 офицера и 131 солдата пропавшими без вести и 22 офицера и 506 солдат ранеными и контуженными, Гейман вынужден был прекратить атаку. Потери турок были более тяжелыми — около 700 убитых и 1500 раненых, 20 офицеров и 500 солдат попали в плен. Немногочисленность отряда Геймана, оторванность его от основных сил, недостаток снарядов и крайнее утомление людей — все это диктовало генералу необходимость осторожных действий. Отказавшись от плана повторения атаки, он ограничился блокадой Эрзерума. Впрочем, была и еще одна причина — в окруженном Эрзеруме началась эпидемия тифа, от которого в день умирало по 50−90 чел. Потери гарнизона и населения с октября 1877 по апрель 1878 г., когда русским оккупационным властям удалось улучшить санитарное состояние города, и эпидемия пошла на спад, составили около 12 тыс. чел. Осадному корпусу было не проще — на ногах держалась ¼ солдат и офицеров — остальные болели.

Гейман выполнил главную из поставленных перед ним задач — он обеспечил тыл войск, осаждавших Карс. 12 (24) октября Лазарев предложил гарнизону этой крепости сложить оружие. На следующий день комендант прислал уклончивый ответ. Турки явно стремились затянуть переговоры, надеясь на то, что крепость опять будет деблокирована. Этим надеждам не суждено было сбыться. Блокирующий Карс отряд поначалу находился не в лучшем положении — в горах было холодно, особенно на командующих высотах перед крепостью, которые необходимо было занимать постами пехоты, зимнего обмундирования по-прежнему не было, были сложности с обеспечением продовольствием, был разрушен водопровод, и годную питьевую воду приходилось поначалу доставлять за 15 верст. 27 октября (7 ноября) Лазарев известил о русской победе под Деве-Бойну осажденный гарнизон. Поскольку очередное предложение о сдаче осталось без ответа, началась подготовка к штурму. В начале ноября под Карсом были сосредоточены основные силы Действующего корпуса — 26 372 штыка, 6 351 сабля и шашка, 122 орудия.

По приказу великого князя Михаила осадная артиллерия усилила обстрел города. В этот раз батареи ставились на близкое расстояние, и обстрел стал весьма чувствительным. Жители осажденного города умоляли коменданта капитулировать, но тот решил обороняться до последней возможности. 6 (18) ноября 1877 г. эта крепость, ослабленная потерей значительной и лучшей части своего гарнизона, была взята штурмом. Перед началом атаки Лазарев, объезжая штурмовые колонны, вполголоса поздравлял их: «С предстоящей победой!» Между тем, она вовсе была не очевидной. Турки оказали серьезное сопротивление, атакующих вновь встретил исключительно плотный винтовочный и артиллерийский огонь. На каком-то этапе пехота перестала брать пленных — турки клали оружие, а затем стреляли в спину прошедшей вперед цепи стрелков. В результате 12-часового боя их потери убитыми приблизительно оцениваются в 7 тыс. чел. (только в первый день было собрано около 2,5 тыс. трупов, и еще около 100 арб с трупами было вывезено за черту города в течение недели), еще 17 000 солдат (не считая около 5 тыс. раненых и больных, захваченных в госпиталях, 3250 из них было отпущено), 800 офицеров и 5 пашей сдались в плен, было захвачено 303 орудия. На ряде участков русские войска действовали неудачно — колонны сбивались с пути и перемешивались, управление ими усложнилось. Общие потери составили 2270 чел. убитыми и ранеными.

Алексей Кившенко. Взятие Карса Въезд.1880
Алексей Кившенко. Взятие Карса Въезд.1880

В последний момент значительная часть гарнизона густыми колоннами пошла на прорыв по дороге на Эрзерум. Здесь стояло всего три батальона 2-го гренадерского Ростовского полка, которые вынуждены были занять оборону на высотах и пропустить противника. Шедшие впереди кавалеристы — около 200 всадников — пошли врассыпную. Основной массе пехоты прорыв не помог — вскоре их нагнала русская кавалерия. Преследование велось около 20 верст. Большая часть прорвавшейся колонны была уничтожена или пленена — спасся лишь комендант с небольшим количеством офицеров, у которых были хорошие свежие кони. Наутро в город въехал Лазарев. 8 (20) ноября войска под Карсом дали парад, в честь победы взятые турецкие форты дали 101 выстрел, а великий князь Михаил после церемониального марша перед фронтом войск отсалютовал саблей корпусному командиру М. Т. Лорис-Меликову. Вслед за этим в военных действиях на этом фронте наступил перерыв — на перевалах лежал снег. В городе начали наводить порядок. Он был завален трупами и полон голодающими пленными и гражданскими, которых кормили русские солдаты.

Читайте ранее в этом сюжете: «Третья Плевна» или именины императора Александра в 1877 году

Читайте развитие сюжета: Россия в Болгарии. Преодоление последствий катастрофы под Плевной