Известие о том, что Китай разместил бомбардировщики и крылатые ракеты на островах в спорных районах Южно-Китайского моря, вызвало серьезную обеспокоенность. Этот шаг позволит КНР наводить на корабли, проходящие через спорные воды, ракеты, способные маневрировать на скорости 3 Маха (примерно 3,5 тыс. км/ч). Северная территория Австралии оказалась в пределах досягаемости китайских бомбардировщиков, пишет Юэн Левик в статье для австралийского издания The Strategist.

Южно-Китайское море
Южно-Китайское море
Иван Шилов © ИА REGNUM

Читайте также: Strategist: США превратились в бумажного тигра в Южно-Китайском море

Развертывание данных систем вооружений, безусловно, изменило региональную стратегическую картину. В то же время Пекин использует вооруженные полувоенные рыбацкие суда, СМИ и психологические атаки, чтобы создать точно такой же эффект, который производят ракеты и самолеты. КНР также развивает свои возможности в подводном пространстве — сфере, которой уделяется гораздо меньше внимания.

По мнению экспертов из Австралийского института стратегической политики Эндрю Дэвиса и Джеймса Магга, Мировой океан — это отличное место (благодаря плохому распространению света и радиоволн в воде) для того, чтобы спрятать что-нибудь, сопоставимое по размерам с подводной лодкой, оснащенной баллистическими ракетами. Ограниченная «видимость» под водой позволяет объектам размером с 8-этажный дом проходить, например, рядом с американским авианосцем и оставаться незамеченными. Ограниченная видимость подводного пространства отлично подходит для реализации «гибридных» стратегий, основанных на использовании правдоподобного отрицания в качестве modus operandi. Итак, что собой представляет подводная гибридная стратегия Пекина?

Народно-освободительная армия Китая (НОАК) в настоящий момент занята расширением своего подводного инструментария. Пекин разработал автономные подводные аппараты, которые могут погружаться на глубину до шести километров. Они могут использоваться для обследования морского дна, выступать в качестве средств радиоэлектронного подавления гидроакустических станций и постановки отвлекающих помех, а также для создания подводной сети наблюдения, которая позволит запускать торпеды против целей, находящихся за пределами прямой видимости. Кроме того, ходят слухи, что Пекин строит «подводную Великую стену» на основе глубоководных датчиков, связанных оптико-волоконными кабелями со станциями, расположенными на тех же островах, на которых Китай разместил свои новейшие ракеты.

Китайская подводная лодка 094 «Цзинь»
Китайская подводная лодка 094 «Цзинь»

Возможности других государств в подводном пространстве также могут указывать на то, какими технологиями может обладать Китай. Например, Главное управление глубоководных исследований (ГУГИ) Минобороны РФ располагает по меньшей мере двумя судами — океанографическим исследовательским судном «Янтарь» и специализированной подводной лодкой, которые, как полагают эксперты, оснащены беспилотными подводными аппаратами. Также есть предположение, что американская подводная лодка «Джимми Картер» способна запускать беспилотные подводные аппараты, хотя в открытой печати практически нет подтверждений данного предположения. Вполне возможно, что Китай развивает аналогичные технологии.

Развивая свой подводный военный инструментарий, Китай может руководствоваться тремя стратегическими целями. Во-первых, НОАК расширяет свои возможности по отслеживанию кораблей, проходящих через спорные воды. Если сообщения о создании «подводной Великой стены» соответствуют действительности, то подобная система предоставила бы Пекину всеобъемлющую информацию о маршрутах следования подводных лодок и надводных кораблей в Южно-Китайском море. Подобно зонам идентификации ПВО, подводная система укрепляет фактический контроль Пекина в Южно-Китайском море. Пекин надеется на то, что если ему удастся на длительный срок установить контроль над спорными районами Южно-Китайского моря, то его территориальные претензии в конечном итоге обретут легитимность.

Читайте также: Asia Times: Есть лишь один способ остановить Пекин в Южно-Китайском море

Во-вторых, Пекин стремится увеличить уровень потенциального ущерба, с которым могут столкнуться иностранные государства в случае конфликта в Южно-Китайском море. В-третьих, вполне возможно, что Пекин ищет новые средства наблюдения за другими странами, а также новые методы запугивания региональных государств. На дне Мирового океана находятся кабели, которые обеспечивают 98% общемирового интернета и телефонных данных, а также 95% стратегических коммуникаций США. Данные кабели не защищены в соответствии с конвенциями по морскому праву. Обладая беспилотными подводными аппаратами, Китай мог бы подключиться к ним, а также повредить кабели для оказания экономического давления или ограничения возможностей использования иностранных беспилотных летательных аппаратов над Южно-Китайским морем.

США также развивают свои подводные возможности для противостояния потенциальным подводным угрозам со стороны КНР. Тем не менее подводное пространство предоставляет КНР широкие возможности для реализации своих непрозрачных стратегий. Ракеты и бомбардировщики КНР, развернутые в спорных районах Южно-Китайского моря, — это всего лишь вершина айсберга.