К 100-летию начала японской интервенции на Дальнем Востоке и в Сибири

Часть 1. Век назад японская армия зверствовала на нашей территории под флагом «свободы и демократии»

Анатолий Кошкин, 1 июня 2018, 21:06 — REGNUM  

Нога русского или советского солдата никогда не ступала на землю японской метрополии, русские и советские корабли и самолеты не бомбили собственно японские острова и их жителей. А вот сыны «божественной страны Ямато» четыре года бесчинствовали на российской земле, пытали и убивали русских, в огромных количествах вывозили ресурсы российских Дальнего Востока и Сибири.

В обращении И.В. Сталина к народу 2 сентября 1945 г. отмечалось: «Но этим не исчерпывались захватнические действия Японии против нашей страны. В 1918 году, после установления советского строя в нашей стране, Япония, воспользовавшись враждебным тогда отношением к советской стране Англии, Франции, Соединенных Штатов Америки и опираясь на них, — вновь напала на нашу страну, оккупировала Дальний Восток и четыре года терзала наш народ, грабила советский Дальний Восток».

Столетняя дата со времени начала интервенции на Дальнем Востоке и в Сибири империалистических государств вызвала публикации на эту тему. И не только в нашей стране. Так, например, украинский интернет-портал «Насправди» на днях опубликовал статью «Столетие американской интервенции в России — почти никаких следов и негативные воспоминания».

Автор статьи подчеркивает: «Спустя 100 лет после того, как тысячи американских солдат ступили на российскую землю, их история в основном забыта — и в США, и в России. Но поскольку американцы обвиняют Кремль во вмешательстве в их выборы, а русские решительно отрицают это, никто не ведет дебатов о том, что США когда-то осуществляли вмешательство в дела России путем военной интервенции — без особых результатов, если они вообще были».

Хотя владельцы портала, как сейчас стало модно говорить, позиционируют себя как приверженцев объективности и свободы выражения авторами своей позиции, в данной статье они предоставляют слово тем, кто, по сути, обеляет агрессивные действия империалистов, стремится показать их борцами в защиту демократии. Представленный в статье докторантом Американского университета в Вашингтоне Пол Берингер убеждает читателя, что столетие назад американцы высаживались с оружием в руках на территорию России для утверждения «свободы и демократии».

Читаем: «Американцы прибыли сюда с надеждой на то, что Россия станет настоящей демократической, свободной страной. Тогда хаос гражданской войны — насилие и притеснения, которые американцы видели со всех сторон — заставили их отказаться от этой идеи. Особой пользы от интервенции не было, и американцы, а также сторонники белых были очень расстроены и разочарованы тем, что американским войскам пришлось уйти, не добившись каких-то ощутимых результатов».

Нечто подобное можно прочесть и в японских источниках, где жестокая интервенция до сих пор именуется, в том числе в школьных учебниках, всего лишь «Сибэрия сюппэй» — «направлением войск в Сибирь». И, конечно же, с гуманитарными целями — навести порядок и защитить мирных людей от «ужасов революции».

Объявившие себя демократами российские власти тоже не любят вспоминать о традиционно агрессивной политике Японии в отношении нашей страны, будь то царская Россия или Советский Союз. И, наоборот, в целях экономической выгоды ищут дружбы с Японией по принципу «кто старое помянет — тому глаз вон». Однако политикам никогда надолго не удавалось переписывать историю, затушевывать ее нежелательные страницы. Поэтому, стремясь наладить, наконец, не на словах, а на деле добрососедство и сотрудничество с Японией и ее народом, всё же не следует забывать или делать вид, что забыли, как проходили «гуманитарные акции» Японии и США на русском Дальнем Востоке по историческим меркам не так уж давно — всего лишь век назад. Тем более что и среди японцев немало тех, кто осуждает интервенционистскую политику своего государства в прошлом и борется за исключение ее в настоящем и будущем.

***

Февральскую революцию 1917 г. в России политические и военные круги Японии восприняли относительно спокойно и даже с оптимизмом. Считалось, что переход от монархии к власти буржуазии в условиях продолжения кровопролитных сражений на европейском фронте мировой войны надолго отвлечет русских от дальневосточных проблем, позволит Японии беспрепятственно завоевывать Китай, внедряться в экономику Приморья и других районов России. Совершенно иную реакцию вызвало известие о рождении в результате пролетарской революции нового государства — Советской России.

«Уже сам факт создания социалистического государства рабочих и крестьян, факт свержения монархии и капитализма вызвал у господствующих классов Японии беспредельный страх и жгучую ненависть к Советскому Союзу», — отмечали японские историки.

Советская Россия была объявлена «самым опасным и злейшим врагом», и началась спешная разработка планов «преграждения пути коммунистической революции на восток от Уральского хребта». Имелось в виду «собственными силами захватить Сибирь, задушить революцию и установить на территории Сибири марионеточный режим».

8 декабря 1917 г. перед слушателями императорской военной академии выступил один из идеологов милитаризма генерал Кадзусигэ Угаки, который обрушился на большевиков, обвинив их в том, что они «сломали столетиями существовавшую империю, растоптали принципы демократии и создали анархическую систему власти безответственных интеллигентов и нищих». Страшась воздействия социалистических идей на умы японцев, генерал требовал создания «правительства твердой руки и великой решимости в борьбе против национальных предателей, выставляющих себя революционерами».

Японские генералы не считали революционную Россию серьезным противником и предсказывали быстрое овладение доблестными японскими войсками «обширными азиатскими территориями вплоть до границ между Азией и Европой». О том, что выдвинутые впоследствии в качестве обоснования интервенции «гуманитарные причины» были лишь прикрытием, свидетельствуют откровенные призывы к агрессии, публиковавшиеся в японской прессе сразу после сообщений об Октябрьской революции. О том, что писала в ноябре-декабре 1917 г. «рупор реакционных кругов Японии» газета «Хоти симбун», свидетельствуют заголовки ее статей: «Смута в России и требования отправки японских войск», «Один из путей — независимость Сибири», «Неотложная задача отправки войск в Сибирь. Продемонстрируем мощь Японии», «Послать войска!».

Правительство молодой Советской республики, сознавая нависшую над российским Дальним Востоком и Сибирью опасность вторжения, искало возможность вступить в переговоры с Японией. Еще в декабре 1917 г. оно обратилось к японским представителям в Петрограде с предложением пересмотреть все договорные обязательства между царской Россией и Японией и заключить новое торгово-экономическое соглашение. Однако взявшее курс на подавление революции и занятие российской территории японское правительство не желало нормальных отношений с новой Россией. С конца 1917 г. между США, Англией, Францией и Японией велись активные переговоры об организации интервенции. Было решено, что свержением советской власти на Дальнем Востоке и в Сибири будут заниматься в основном японские войска. Однако в отличие от западноевропейских держав США не собирались полностью отдавать эти богатые природными ресурсами земли японцам. Вашингтонских политиков озаботили попытки Токио заранее оговорить свои права на получение рыболовных, горнорудных и лесных концессий в Сибири, что означало установление там единоличного экономического и политического контроля Японии. С тем чтобы воспрепятствовать этому, было решено направить на российский Дальний Восток и американские войска. Поводом для начала вторжения послужило убийство неизвестными во Владивостоке в ночь на 5 апреля 1918 г. двух сотрудников японской торговой конторы «Исидо». Это походило на спланированную провокацию, явившуюся сигналом для начала задуманной операции. Не дожидаясь выяснения обстоятельств произошедшего, в тот же день под прикрытием артиллерии вошедших во внутреннюю гавань Владивостока военных кораблей высадились две роты японских пехотинцев и подразделение английской морской пехоты. Быстро заняв центр города, японское командование пыталось представить свои действия как чисто полицейскую акцию с целью поддержания общественного порядка. Однако уже на следующий день масштабы операции были расширены — силами десантного отряда в 250 человек был захвачен прикрывавший Владивосток с моря хорошо укрепленный остров Русский. То, что проведенная японцами акция знаменовала собой начало вооруженной интервенции, не вызывало сомнений.

В день высадки японских войск правительство Советской республики выступило с сообщением, в котором было заявлено: «Давно подготовлявшийся империалистический удар с Востока разразился. Империалисты Японии хотят задушить Советскую революцию, отрезать Россию от Тихого океана, захватить богатые пространства Сибири, закабалить сибирских рабочих и крестьян».

В директиве правительства Владивостокскому совету содержалось предупреждение: «Не делайте себе иллюзий: японцы наверное будут наступать. Это неизбежно. Им помогут, вероятно, все без изъятия союзники. Поэтому надо начинать готовиться без малейшего промедления и готовиться серьезно, готовиться изо всех сил».

Чтобы двинуться вглубь Сибири, японцы и американцы воспользовались так называемым «мятежом чехословаков». Входившие ранее в состав австро-венгерской армии чехи и словаки по решению советского правительства направлялись на родину через Владивосток. К концу мая 63 эшелона с объединенными в Чехословацкий корпус 40 тысячами репатриантов растянулись по всей Сибири от Пензы до Приморья. Советские власти беспокоило то, что корпус следовал через незащищенную российскую территорию с оружием. С тем чтобы исключить по пути следования какие-либо инциденты и столкновения, был отдан приказ о сдаче оружия. Воспротивившись этому, корпусное командование призвало своих солдат и офицеров к неповиновению, вылившемуся затем в открытый мятеж. В Токио и Вашингтоне это явилось сигналом для действий. 6 июля 1918 г. Белый дом санкционировал посылку в Сибирь войск «для оказания помощи чехословакам». Для начала было решено направить на территорию России японские и американские войска численностью в 7 тысяч штыков. Однако японцы, для которых главным было быстро занять как можно больше стратегически важных районов Дальнего Востока и Сибири, не собирались вводить какие-либо ограничения для численности своих интервенционистских войск. Уже 2 августа они под прикрытием миноносцев, высадив десант в устье Амура, овладели городом Николаевском-на-Амуре, а 12 августа перебросили во Владивосток пехотную дивизию численностью около 16 тысяч человек. Наряду с японцами город оккупировали также меньшие по численности военные контингенты англичан, французов и американцев. Командующим оккупационными войсками на российской территории был назначен японский генерал Отани. По официальным американским данным, на российский Дальний Восток было направлено 72 тысячи японских и свыше 9 тысяч американских солдат. При этом следует иметь в виду, что численность японских интервенционистских войск менялась. Так, в литературе существуют указания на то, что в различные периоды оккупации на Дальнем Востоке и в Сибири действовало до 100 тысяч японских солдат и офицеров.

Хотя в принятом 7 ноября 1918 г. VI Чрезвычайным съездом Советов обращении к правительствам великих держав, в том числе Японии, было сделано предложение начать переговоры о мире, интервенция на востоке России не только продолжалась, но и охватывала все новые районы — Приморье, Приамурье и Прибайкалье. В условиях острой нехватки здесь регулярных войск повсеместно развертывается партизанское движение. К осени 1919 г. под руководством подпольных большевистских организаций в партизанских соединениях насчитывалось 45−50 тысяч бойцов: в Забайкалье — 15−20 тысяч, в Амурской области — 10 тысяч, в Приамурье и на Северном Сахалине — 6 тысяч, в Приморье — 10−15 тысяч. Имея преимущество в численности войск, оккупанты, тем не менее, не могли своими силами контролировать захваченные огромные просторы восточной части России. Это вынуждало их использовать своих ставленников из числа укрывшихся на территории Китая возглавлявших белобандитские формирования атаманов — Семенова, Калмыкова, Гамова. С их помощью на оккупированных японскими войсками территориях отменялись все законы и установления советской власти, реставрировались старые, дореволюционные порядки. Были восстановлены дореволюционные права офицерства, чины и звания царских чиновников, казачье сословие. Национализированные предприятия возвращались прежним владельцам. Крестьянам было позволено пользоваться только «теми земельными гранями, кои были до марта 1917 года».

В ходе Гражданской войны значительная часть Сибири была захвачена войсками белогвардейских армий Колчака, который, присвоив себе звание верховного правителя России, координировал свои действия с японским командованием и получал от него материальную помощь. Все выступавшие за свержение советской власти силы, будь то интервенты или белогвардейцы, применяли крайне жестокие методы борьбы с политическими противниками и партизанами. По всему Дальнему Востоку и Сибири развернулись кровавые расправы с представителями и сочувствующими советской власти. С целью запугать местное население сжигались целые деревни и устраивались массовые показательные расстрелы, проводились карательные операции.

Существует множество свидетельств бесчинств и бесчеловечного обращения оккупантов с местным населением. Вот лишь одно из них. Жители деревни Круглая Рождественской волости сообщали в марте 1919 г.: «Расстреляно японцами 25 человек, после которых осталось 25 душ семейств. Японскими отрядами деревня была посещена два раза: 17 февраля 1919 года было сожжено 23 двора, 25 октября 1919 года сожжено 67 дворов, имущество разграблено. Общий убыток от пожара и грабежей выражается в 201 315 рублей золотом».

В результате активных боевых действий созданной после революции Красной армии и сибирских партизанских формирований к концу 1919 г. армия Колчака была разгромлена. Потеряв надежду на восстановление в России прежнего режима, правительства США и стран Антанты приняли решение об отзыве своих войск из Сибири. Однако правительство Японии, не пожелав присоединиться к этому решению, продолжало оккупацию российской территории. С тем чтобы добиться вывода японских войск с Дальнего Востока, 24 февраля 1920 г. советское правительство официально предложило Токио «начать мирные переговоры с целью гарантировать обоим народам мирное сожительство, добрососедские отношения и взаимное удовлетворение их обоюдных интересов». Хотя в японской оккупационной армии началось брожение, и отмечались факты заключения соглашений о перемирии с местными русскими отрядами, далеко не все в Японии соглашались вернуть войска на родину, отказаться от целей интервенции.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail