Волна комментариев по поводу вчерашнего видеообращения Юлии Скрипаль вполне объяснима, и дело тут далеко не только в сложных и острых политических обстоятельствах этого активного мероприятия британских спецслужб — дело в том, что перед нами в этом видео предстал страдающий человек.

Юлия Скрипаль
Юлия Скрипаль
Цитата из видео «Новое заявление Юлии Скрипаль» пользователя euronews (на русском).youtube.com

Первые заявления Юлии Скрипаль после выписки

Можно и, наверное, нужно обсуждать сказанное Юлией Скрипаль с точки зрения содержания, формы, присутствующих в тексте калек с английского, неестественности речевых оборотов. Можно обратить внимание на вызывающий понятные чувства шрам на её шее. Стоит задержаться на словах о желании вернуться в Россию: действительно, как пишут некоторые комментаторы, хотеть вернуться в страну, власти которой, как убеждают Юлию Скрипаль, нас и весь мир англичане, её и отравили вместе с отцом, противоестественно.

Абсолютно справедливо, наконец, отклонить этот британский суррогат выражения воли Юлии Скрипаль и требовать должного: личной встречи с ней, гражданкой России, российского консульского работника.

Только личная встреча, непосредственный разговор, её ответы на самые обыкновенные в такой ситуации вопросы способны помочь сделать реальный шаг вперед в понимании того, что действительно думает и чего действительно хочет Юлия Скрипаль. В годы моей служебной молодости мне пришлось однажды вести телефонные переговоры с двумя молодыми женщинами, сотрудницами посольства, которых наши противники заставили предать Родину. Их перевезли в другую страну, но мы пытались вернуть их домой, причём не с целью возмездия: знали они не очень много и служебный ущерб от их действий был умеренный. Нам просто было понятно, что, став отработанным материалом, они окажутся на помойке. Убедить их вернуться мы не смогли, хотя были близки к этому — помешал август 1991 года, — а их дальнейшая судьба действительно оказалась помоечной.

Так вот, разговаривая по телефону с этими женщинами, я ловил их интонации, но мне очень не хватало их глаз — и для того чтобы дальше вести порученное дело к успешному завершению, и для укрепления внутренней уверенности, что дело я делаю правильное, на благо этих двух девиц. Я их хорошо знал лично и искренне рассматривал не как предателей, а просто как двух дур, сломавших себе жизнь.

Глаза Юлии Скрипаль в её вчерашнем обращении не отпускают: столько в них печали и трагизма. Бедная, попавшая в суровейший жизненный переплёт женщина.

Кто изначально виноват во всёх её несчастиях? Ответ для меня очевиден: виноват её отец с его предательством. Предательство и не может иметь других последствий. Несправедливо только, что для близких они порой оказываются гораздо более драматическими, чем для самого предателя.

Поэтому до того, как сложится дальше судьба Сергея Скрипаля, мне дела нет. А вот девочку надо спасти, вернуть в Россию. И если для её возвращения к нормальной жизни надо спасти и её отца, то надо спасти и его.

О том, что организаторы этой провокации должны понести наказание, говорить, думаю, излишне. Жаль, что о том, как это произойдёт, мы никогда достоверно не узнаем. Сможем только догадываться.