Корреспондент ИА REGNUM взял интервью у россиянки Екатерины Цивильской, которую на минувшей неделе выдворили из Польши за якобы «ведение подрывной деятельности против республики». Сегодня Екатерина находится в своем родном городе Воронеже и занимается вызволением из Польши своей несовершеннолетней дочери.

Екатерина Цивильская и командир польского мемориального содружества «Курск» Ежи Тыц
Екатерина Цивильская и командир польского мемориального содружества «Курск» Ежи Тыц
Андрей Выползов © ИА REGNUM

: Екатерина, как настроение?

Настроение боевое, потому что Польша нарушила все мыслимые и немыслимые законы — и демократические, и чисто человеческие — и должна за это ответить. Прежде всего, спецслужбы не удосужились проверить элементарные вещи. Они меня выдворили, но в Польше осталась моя 11-летняя дочь, а я — мать-одиночка и являюсь единственным официальным представителем ребенка. Я предлагала им взять дочку с собой и вылететь в Россию вместе, но они ответили отказом. В итоге ребенок остался один в чужой стране.

: Кто-то об этом знает в России и Польше?

О ситуации знает наш генеральный консул в Кракове. Он был у нас дома, общался с моим мужем Михалом. Сейчас он подал документы в суд, чтобы на время стать опекуном моей дочери. Но, как вы понимаете, быстро такие дела не делаются.

: Расскажите о себе. Как вы оказались в Польше?

Я приехала в Польшу вместе с дочкой из Воронежа. Это было в 2013 году. С Михалом мы познакомились чуть раньше, во время моих приездов в Краков на отдых, а в 2015 году поженились. Живём в Кракове. Я — кандидат филологических наук. Планы в Польше были разные, в основном связанные с научными исследованиями в области славистики и культурно-научным обменом между Польшей и Россией, но в конечном итоге стала работать переводчиком. Поскольку я знаю латынь, то переводила на польский язык и с польского медицинские тексты.

: А как вас задержали?

Я вышла утром на улицу, направляясь в полицейский участок…

: Зачем?

Знаете, странная история, и я думаю, что она связана с моим задержанием и депортацией. Дело в том, что за два дня до этого мне неожиданно позвонили из полиции и попросили прийти и дать свидетельские показания по факту кражи на улице Святой Гертруды в центре города. Накануне по этой улице я вызывала себе вечером такси, и мне сказали, что там кого-то ограбили. И якобы таксист, который также выступил в роли свидетеля, назвал и меня за компанию. Я сказала полицейскому по телефону, что ничего не видела, но он заверил меня, что это пустая формальность, и я всё равно должна прийти. Как мне кажется, таким образом они просто выманивали меня на улицу с документами. И вот я в восемь утра вышла из дома, и вдруг через несколько минут ко мне подошли мужчины в штатском.

: Они представились?

Показали удостоверения офицеров Пограничной стражи Польши. Говорят: «Проверка документов». Как только я достала свой паспорт и вид на жительство, меня тут же задержали.

: На каком основании?

Пограничники показали документ за подписью министра внутренних дел Польши о моем выдворении из страны. В бумаге — какие-то непонятные формулировки о «разжигании польско-украинской межнациональной розни», несоответствии моих взглядов исторической политике этого государства и прочее. Я сразу поняла, откуда ветер дует…

: Откуда?

Кто-то из многочисленной украинской диаспоры, которая живет сегодня в Польше, донёс на меня в Агентство внутренней безопасности. Но поскольку с украинцами воочию я вообще не общаюсь, значит, донос связан с моими комментариями в соцсетях.

: А что вы там писали?

Свое отношение к происходящему на Донбассе и на Украине в целом я никогда не скрывала. Комментировала на польских форумах, считая, что Польша является европейской страной, которая ценит свободу мнения. Сейчас мои друзья в Польше мониторят «Фейсбук» и пишут мне, что украинские пользователи — завсегдатаи этих форумов — очень рады, что Цивильская выдворена. Более того, когда я уже приехала в Россию, то мне в «личку» на «Фейсбуке» некоторые украинские пользователи стали писать угрозы. Стало всё ясно.

: Что именно?

«Спалить живьём», например. Причём это исходит не с каких-то анонимных аккаунтов, а вполне себе авторизованных профилей. С трезубцем, конечно.

: Вернёмся к задержанию. Вам позволили вернуться домой, чтобы взять вещи?

Какое там! Офицер Пограничной стражи лишь сказал, что уведомит российского генконсула в Кракове и вышлет ему бумаги о моем задержании. С родными мне увидеться не дали. Вещи собрать не дали. Я — извините за интимную подробность — нижнее белье одолжила у подруги, когда прилетела в Москву.

: Из Варшавы летели?

Из Калининграда. Задержали меня в 8:30, а в 16:00 посадили в машину и повезли на погранпереход Безледы — Багратионовск Калининградской области.

: Из Кракова в Безледы?! Так это же через всю Польшу…

Да, через всю страну. С мигалками. Чтобы побыстрее. Одновременно они завели административное дело, чтобы мой муж покрыл им расходы на мою депортацию. Это — туда и обратно — более одной тысячи километров.

: Как обращались в дороге «попутчики»?

Обращались нормально. Даже купили бутерброды. К ним — исполнителям — у меня претензий нет. Глубокой ночью привезли на границу, передали нашим пограничникам. Наши ребята расспросили, что к чему, а затем подбросили в аэропорт «Храброво». Я улетела первым рейсом в Москву.

: Дурацкий вопрос. За чей счет?

Ну, не за счет польской стороны. У меня случайно в кармане куртки оказалась сбербанковская карточка, еще воронежская, я позвонила своей подруге в Москву в четыре утра и попросила перевести на карточку денег на авиабилет. В Москве уже мной занимались друзья, и вот я на родине — в городе Воронеже. Прихожу в себя.

: Какие у вас планы?

Надо как можно скорее вызволить из Польши дочку и мужа. Да, муж подал в суд на опекунство, но там всё затягивают. А у него же нет никаких документов на случай, например, внезапного медицинского вмешательства. Михал не может никаких решений принимать, понимаете. Девочка мало того, что гражданка другого государства, так еще и несовершеннолетняя и без официального представителя в чужой стране. Я побывала накануне в органах опеки Воронежской области, там за голову схватились — без опекуна ребенок не может оставаться ни минуты. Польша нарушила сразу три пункта европейских конвенций. Во-первых, нарушены права ребенка, во-вторых, нарушены права семьи, где один из членов — гражданин Евросоюза, в-третьих — мои права жены и матери. Сейчас органы опеки будут связываться с нашим МИДом и как-то решать нашу судьбу. Также мой муж Михал подал документы на оформление загранпаспорта, чтобы иметь возможность приехать в Россию вместе с дочкой. Наш консул обещает выдать ему российскую визу. А еще у нас собака и кот…

: Как себя чувствует дочка?

Сейчас она у родителей Михала на даче. Переживает, конечно. Она сейчас в самом нежном возрасте, 12 лет ей исполнится в этом сентябре. Для нее это большой стресс.

P.S. Екатерина Цивильская призналась, что ей нужны средства для оплаты работы нотариуса и адвоката. Читатели ИА REGNUM, которые хотят помочь нашей соотечественнице, могут написать на электронную почту шеф-редактору ИА REGNUM в Калининграде — av@regnum.ru, и он вышлет номер банковской карты Екатерины Цивильской.

Читайте ранее в этом сюжете: Задержанная в Польше россиянка родом из Воронежа

Читайте развитие сюжета: «Семь дней в гестапо»: интервью с депортированной из Польши россиянкой