26 Марта
 
11:48

На суде Ростова, в частности, рассказала о том, что Соколов пригласил её в 2002 году на работу в компанию «Комплексное управление проектами» (КУПРО), которую он тогда возглавлял, а через год — также в его компанию «Северфинанс».

Она рассказала, что КУПРО скупала акции «Комиэнерго», а затем обзавелась собственной недвижимостью. Позже в состав её активов вошли доли «Горнорудной компании», «Автодора» и ряда других крупных предприятий республики. В свою очередь, «Северфинанс» занимался посредничеством по кредитным операциям для компаний.

По словам Ростовой, деятельность компаний сопровождалась сомнительными операциями — например, выдала по низкой ставке займ «Усинсктранстрою», который принадлежит экс-мэру Усинска, при этом займ впоследствии возвращён так и не был. Фигурировал в её показаниях и крупный перевод от ранее упоминавшегося в деле одного из офшоров Зарубина «Скиден» — на 240 млн рублей.

12:15

Подсудимых завели в зал суда. Однако в этот раз почему-то не привели Вячеслава Гайзера. Начало заседания традиционно задерживается — уже более чем на час. Сегодня ожидается, что могут привести на допрос экс-сенатора от Коми Евгения Самойлова.

12:21

Привели, наконец, и экс-губернатора Коми Гайзера. Заседание скоро начнётся.

12:45

Суд начался с задержкой на 1 час 45 минут.

12:48

И действительно, привели в качестве свидетеля Самойлова.

12:52

Самойлов пришёл под конвоем — в зале суда рядом с его адвокатом сидит человек в бронежилете с автоматом, держит палец на курке…

12:52

«Зарубин — известный бизнесмен, фактически руководитель того сообщества, которое здесь есть», — отвечает Самойлов на вопрос о Зарубине от прокурора.

12:54

Самойлов указывает, что с Черновым он познакомился в 2007 году, когда он приехал регулировать в республику «сложную политическую ситуацию», работая на тот момент в партии «Единая Россия» (замруководителя партии по Северо-западному округу). Поскольку Чернов курировал внутриполитический блок (замглавы по внутренней политике губернатора), Самойлову было поручено работать с ним.

12:56

«Чернов сказал, что нужно встретиться с Торлоповым (главой РК на тот момент) и обсудить условия избрания. Такая встреча была, мы обо всём договорились и я стал работать в избирательной кампании… Не скрываю, что параллельно я был человеком с бизнес-интересами, на что Торлопов дал предварительное согласие, и начиная с середины с 2008 года я начал общаться с Павлом Ордой — первым замглавы по экономическим вопросам», — заявил Самойлов.

12:56

С Ордой общения, однако, не сложилось, указывает Самойлов.

12:58

Чернов обещал содействовать Самойлову, однако это поначалу не удавалось. Позже Чернов пояснил Самойлову «правила игры» в регионе в отношении ведения бизнеса.

12:59

«Подвернулась возможность, помог Торлопов, у меня работать зять Евгений Голубчиков, мы купили «Автотранс». На Голубчикова было оформлено 15%»…

13:00

Самойлов подробно и уверенно рассказывает хронологию развития собственного бизнеса в регионе — в связке с деятельностью ключевых фигур ОПС.

13:03

Самойлову выдвигались довольно жёсткие условия по дележу доходов от региональных активов.

«Наши 50% и более — этот момент я считаю своим вступлением в сообщество, потому что я согласился играть по этим правилам и осуществлять эти незаконные действия. Начало 2011 года», — говорит Самойлов.

13:05

Самойлов подтвердил, что Ромаданов являлся «уполномоченным казначеем» сообщества.

13:07

Зарубин, Чернов, Гайзер, Ромаданов, Кудинов, Ковзель — перечисляет Самойлов членов ОПС на 2010 год.

В феврале 2012 года при поддержке банка «Таврический» Самойлов купил «Интауголь». Свидетель указывает, что объект был «сложным» уже на то время.

13:09

Самойлов рассказывает о том, как проходила сделка по приобретению шахты. По его словам, Гайзер убеждал его о том, что объект рентабельный и в случае каких-либо проблему ему «будут помогать».

13:12

Он указывает, что условием членства в ОПС было неукоснительное соблюдение всех правил, однако вместе с проблемами с «Интауглём» начали происходить задержки с выплатами в бюджет сообщества. Начались конфликты.

«Я спрашивал, где же ваша помощь обещанная? Только на 200 млн уголь был взят, по линии ЖКХ и не был оплачен. Мне стали говорить — решай вопросы и т.д. и т.п. С сентября октября 2013 года груз проблем скопился очень серьёзный, я устал от давления со всех сторон».

«Но состоялся у нас разговор в кабинете у Гайзера в присутствии Чернова и Ромаданова. Я сказал, что мне не нравится ситуация. Мне сказали, что меня «своим» больше не считают, будут дофинансировать вещи, поскольку моногорода, но оформляй на нас акции, — это касается и СЛДК и других объектов», — заявил Самойлов. По его словам, этот конфликт стал точкой выхода из структуры.

13:15

«На меня давит Сбербанк, на меня давит вроде бы родственное руководство «Таврического», я был вынужден соглашаться на все условия, переоформил акции, отдал контроль от «Коми-Дорожной компании». Потом сделали так, что КДК не получила никаких контрактов, зато получила компания, подконтрольная ОПС, — указывает он. — Часть денег на шахту, с другой стороны, заводил Фонд инвестпроектов, часть обеспечил Ромаданов. Однако в целом ситуацию это улучшало незначительно».

13:16

К моменту, когда Самойлова избрали в Совет Федерации, он уже начал понимать, что бизнес у него в республике продержится недолго.

«Я себя чувствовал из-за должностей в республике относительно уверенно», — указывал он.

Однако ситуация с предприятиями продолжала ухудшаться.

13:17

«Всё стало идти так, то и шахту мне надо передавать. В марте-апреле я понял, что надо уходить и из Совета Федерации, потому что был конфликт с Черновым. Стали непонятные претензии сыпаться, не принимают в аэропорту, почему летаю не на том самолёте… Я даже звонил Гайзеру и возмущался», — указывает Самойлов.

13:19

Свидетель указывает, что 13 апреля 2014 года состоялась встреча, где Самойлов отдал Гайзеру два заявления с открытой датой — по ситуации с шахтой, как казалось, обозначился консенсус. В августе 2014 года подошли к переоформлению шахты.

13:21

«Они ввели процедуру банкротства, хотя присылали долги шахты как мои. Я говорил, что хотел бы оставить себе лесной комплекс, но тогда нужно нашу долю выкупить, монетизировать. Если хочешь работать в этом бизнесе — ты должен нам заплатить. Торговались — сторговались на 200 млн рублей. Я должен был выкупить компанию «Бизнеслайн», на которую заводились в том числе и лесной фонд. Встал вопрос, как же налоги +26? Гайзер предложил мне налог поделить пополам», — заявил Самойлов со смешком.

13:22

Выкуп всё-таки состоялся.

«Понятно, что отношения были не дружественные. Постоянно организовывались и проверки Ромадановым, всё это в материалах дела есть. Я понимал, что дальше нужно урегулировать пусть и вменённые отношения, по распискам», — продолжает свидетель.

13:24

Самойлов упоминает расписки по 48 и 18 млн — по «Газпрому». 47 млн — доля, причитающаяся одной из компаний Самойлова…

«Ромаданов что-то посчитал и посчитал. Я особо тогда не вдавался… Какие-то взносы на политические истории, которые я не доплатил в 2012 году — так получились расписки на 136 млн… Мне было сказано, хочешь здесь работать, урегулируй все эти вопросы», — говорит Самойлов.

13:26

«Было понятно, что работать не дадут, прибыли от неё никакой не будет (говорит о гостинице Авалон). Чернов и Гайзер — я общался по большому счёту с ними, ну Кудинов, хотя он политических решений не предпринимал. Чернов эту идею продвигал с гостиницей, он выступил модератором, мы оформили двумя сделками передачу долей… Я считаю, что дал таким образом взятку на дальнейшее беспроблемное функционирование своего бизнеса в республике. Мне не надо было, чтобы у меня отрубились все отношения», — рассказывает свидетель.

13:27

Самойлов пытался таким образом хоть как-то сгладить отношения с руководством республики.

13:28

«Соколов — доверенное лицо Ромаданова. Я понимаю так, что всех замыслов Ромаданова он не понимал, но вот есть такие люди, которым Ромаданов доверял», — отметил свидетель.

13:32

Прокурор продолжает спрашивать про связи и знакомства с другими подсудимыми. Самойлов хорошо помнит на каких должностях кто работал и какие функции выполнял. Ковзель — друг детства Чернова, занимался проектом СПК. С ним Самойлов познакомился с 2009 году. Хорошо понимал Самойлов и роль Марущака, который отвечал за «информационный фронт» деятельности ОПС.

13:34

«Кудинов — директор Фонда поддержки инвестпроектов Коми. Близкий человек Гайзера… у него с Черновым были не самые простые отношения, но вот взаимодействовал с Гайзером… по «Автоцентру», потому что 50% было у нас, 50% у структур Фонда»

Сам Фонд создавался «для более гибкого управлениями предприятиями», указывает он. Самойлов подчёркивает, что понимал, что Фонд, скорее всего, привлекал какие-то средства со стороны. В 2007 году Фонд уже вовсю функционировал.

13:35

Веселов — исполнительный директор СЛДК. «Знаю как человека близкого Чернова, Зарубина… У него была какая-то функция силового прикрытия, но я с таким не сталкивался, мы с ним взаимодействовали по бизнесу», — рассказывает Самойлов.

13:36

Самойлов указывает, что у Веселова был ряд предприятий — строительная компания, ресторан «Бублик», — но все наименования он не помнит.

13:41

«Держание и финансирование активов в их пользу и выполнение незаконных финансовых требований. Если компания отдаёт 770 млн рублей — наверное, это хорошая роль», — поясняет Самойлов смысл своей работы в ОПС.

13:44

Со слов Самойлова получается, что отношения с другими членами ОПС испортились сугубо из-за «перебоев» с выплатами в бюджет сообщества. С другой стороны, Москвин ранее рассказывал о том, что отношения испортились из-за периодических запоев Самойлова, в результате чего хозяйственные дела многих градообразующих предприятий, которые контролировались Самойловым, были серьёзно запущены.

13:45

«Долги Веселова — это долги старого предприятия СЛДК…»

Вдруг началась перепалка с Веселовым, которому не понравилось что-то в показаниях Самойлова. Судья сделала замечание обоим.

13:47

Самойлов говорит, что Чернов лично говорить ему о невозможности работать в республике не решался, однако подчинённым свидетеля постоянно заявлялось, что «это наша земля», а сам Самойлов — «алкоголик» и «ничего не делает». Их пытались и своеобразно шантажировать, что может кого-то оставят на рабочем месте после ухода Самойлова.

13:49

По сделкам. Дела в Фонде идут неважно, знал Самойлов от Кудинова. С другой стороны, по сделкам с СПК завод в конце концов достался Фонду за «безумные деньги» — 700 млн.

13:50

«Купили за семьсот, продали за двести», — резюмировал после рассказа Самойлова прокурор историю операций с СПК.

13:52

«Я приходил к Орде как первому заму главы республики Торлопову. Есть такие-то идеи по лесу и так далее. Мне говорили — есть у нас альтернативные проекты. Раз, два, три говорил. Пробиться не мог. Потом пришёл к Чернову, почему так? И мне он объяснил, как в республике работают», — повторил Самойлов историю взаимодействия с ОПС.

13:53

Откаты по контракту с «Газпромом», пополнение кассы в выборные периоды, оплата долгов старого СЛДК, а также множество иных операций — перечисляет Самойлов эпизоды своего участия в ОПС.

13:54

По «Газпрому» — с конца 2011 по 2013 год. 770 млн рублей суммарно. «25% в их сторону, в адрес преступного сообщества», — говорит Самойлов.

13:57

«Передавали транши по миллионов десять, Соколову», — Самойлов рассказывает, как месяц за месяцем проводились платежи в пользу ОПС по контрактам с «Газпромом».

14:02

«Мне пытались сделать вид, что Гайзер глава ОПС и все подчиняются ему, но я видел, что это не так», — говорит Самойлов.

14:04

Самойлова спрашивают про газету «Красная знамя» — говорит, что известна. «Делала карикатуры», — отметил свидетель.

14:07

Самойлов рассказывает, как пытались размыть аудиторию газеты «Красная знамя», создав издание с похожим названием. Самойлов указывает, что ОПС при активном участии Чернова пытались полностью монополизировать информационное поле республики.

14:11

Самойлов перечисляет предприятия под своим контролем: ИК «Таврический», СЛДК, «Коми — Дорожная компания», «Интауголь», «Северный лес». Адвокат Гиголян интересуется активами ИК «Таврический» и их стоимостью. Самойлов быстро уловил, что защитник пытается вывести разговор на банкротство предприятий.

14:14

Подача «Газпрома» исковых заявлений на предприятия Самойлова — виновен ли Гайзер, Ромаданов, Чернов в этом? После паузы Самойлов отвечает «нет» и спрашивает, какая логическая связь этого с его свидетельствами. Гиголян раскрывать этого не стал.

14:15

Какое имел отношение Захаржевский к предприятиям Самойлова лесного хозяйства? Мог влиять только через кредитования, говорит Самойлов.

14:16

Находились ли предприятия в залоге у банка «Таврический»?

"На тот момент думаю, что нет», — отвечает Самойлов.

В части передачи долей Самойлов координировал действия с Захаржевским, но нигде нотариально это не расписывалось.

14:18

«Мне известно о работе Захаржевского в периоде времени конца 2013 и начала 2014 года, когда он от лица банка пытался, не понимая ситуацию, решить».

«Понятно, что отношения с банком были не лучшие. Конечно, ко мне претензии высказывались и я тоже находился под неким неформализованным внешним управлением. Они беспокоились».

14:20

Самойлов начал приглашать ключевых членов ОПС к участию в операциях по предприятиям. Приглашались ли Захаржевский и другие лица к беседе с членами ОПС, спрашивает Гиголян?

«Захаржевский 20 лет в бизнесе, может они знали Чернова и так… Была работа Захаржевского, он приезжал с конца 2013 года на совещания к Ромаданову, потом Сомов сказал, что Захаржевский не справился, мы летим с Сарачинским обсуждать энергопроекты Коми», — рассказывает Самойлов.

14:20

Эти встречи проводились помимо Самойлова — его самолёту не дали даже приземлиться в аэропорту в момент наибольшего накала отношений.

14:21

«Ромаданова я не просил проплатить мой личный самолёт. Такого никогда не было», — отвечает Самойлов в ответ на соответствующие предположение Гиголяна и о причине недопуска к посадке.

14:23

Друг за другом в газетах «Деловой Петербург» и «Новой газете» в 2012—2013 гг. описывалась схема по выводу денег на скупку обанкротившихся предприятий Самойлова. Подавал ли иск о защите чести и достоинства Самойлов в связи с этим? Прокурор Непорожный неожиданно вмешивается и вопрос снимают.

14:24

С Зарубиным встреча состоялась на Большой Ордынке в конце 2011 года — месяц Самойлов не помнит. Тогда Зарубин сказал, что Самойлов «без нас не обойдётся».

14:24

«Голос у него был осипший», — говорит Самойлов.

14:25

«Правильно ли я понимаю, что для прохода к Гайзеру нужно было оформить официальные пропуски?» — спрашивает Гиголян, но вопрос снимают.

14:25

Никаких аналитических записей и предложений к встречам с Гайзером Самойлов не готовил.

14:28

Самойлов говорит, что в кабинете Гайзера ему будут представлены три финансовых директора (Интауголь, дорожное и лесное направление), которые будут избраны членами ОПС.

14:29

Самойлов не помнит точно, имелись ли долги у СЛДК, «Северный лес» долги перед бюджетом, но «точно не большие».

14:31

У СЛДК были долги перед «Сбербанком» — 2 млрд 400 млн рублей. Массовые увольнения при этом не планировались (например, 200 или 300 человек из 800).

14:32

Гиголян пытается разобраться, какие обязательства были у СЛДК «Северный лес», однако диалога не получается — Самойлов утверждает, что «отрицательного баланса» у предприятия не было.

14:37

Чернов, Гайзер и Ромаданов начали применять новую схему, поскольку дивидендов от обанкротившегося СЛДК получить не удалось. Поэтому они попытались получать деньги с «Бизнеслайна», которую они создали для продажи Самойлову. Он её купил за 70 млн. «К счастью не за 213, как планировалось ими изначально», — говорит свидетель.

14:39

Самойлов давал поручительство «Газпрому» на 400 млн. К Чернову, Гайзеру и Ромаданову с предложением дать поручительство свидетель не обращался. Объясняя нюансы выплат по долгам предприятий, на каком-то моменте Самойлов застопорился и обратился к своему адвокату. После чего спросил, делают ли в суде перерывы.

14:45

Между Самойловым и Гиголяном возникла дискуссия по поводу судьбы «Интауголь» об отличии между искусственной задолженностью и уступкой прав собственности за актив. Между тем Самойлов указал, что предприсания контроль-надзорных органов во время его руководством предприятием имели место быть, но выполнялись.

14:51

Гиголян спрашивает свидетеля о том, предпринимал ли Самойлов попытки систематизации долгов с Ромадановым, чтобы исключить из списка предприятия, долги которых за свидетелем не причитаются. Они обсуждались постоянно, указывает Самойлов. Однако договориться было тяжело — так как неправомерно вменённые были.

«Но сейчас уже можно сказать, что долгов законных не было — взятки и откаты, взятки и откаты», — говорит Самойлов.

Однако коммерческий подкуп Самойлов не осуществлял, заверяет он. Гиголян задаёт наводящий вопрос о транше в 5 млн рублей руководителю НТС-банка, но Самойлов отрицает факт коммерческого подкупа.

Тем временем прокурор Непорожный протестует: по его мнению, адвокат задаёт слишком много наводящих вопросов, а зачастую просто не относящихся к делу.

14:54

Гиголян спрашивает о других предприятиях, связанных, как предполагается, с родственниками Самойлова. Об их долгах и связанных с этим исками. Прокуроры просят снять вопросы, так как они должны решаться в рамках арбитражного судопроизводства.

14:57

«Банк Таврический никогда не был банкротом и сейчас не является. Он находится под санацией!» — отвечает адвокату Самойлов. Гиголян спрашивает об услугах банка и его операциях в то время, как он был практически в банкротном состоянии, пытаясь поймать свидетеля на противоречии.

15:00

«Ни один долг не был уменьшен за передачу гостиницы. Гостиница была передана просто за общее покровительство. Чтобы просто разрешили дальше работать в республике», — жалуется Самойлов.

15:04

В 2013 году Самойлов выходит из ОПС, в 2014 году заходит речь об «общем покровительстве», указывает Гиголян.

«Чтобы не было дальнейшего давления… Чтобы оно как-то было исключено. Известно, что готовилось изъятие СЛДК, известная тема, тем не менее, передача гостиницы решала вопрос, мы там остались — об этом, собственно, я и говорю», — отвечает он.

15:04

Перерыв.

16:00

Адвокат Гайзера Вячеслав Леонтьев спросил Самойлова определение ОПС и к кому он обращался по поводу вступления в него. Самойлов отвечает, что это группа лиц, которая собралась для проведения противозаконных деяний. При этом по поводу вступления ответил прямо: обращался к Гайзеру и Чернову.

16:01

При этом что заставило его вступить в ОПС, Самойлов ответить затруднился: «Предполагал, что будут какие-то преимущества в будущем».

16:03

При сделке с «Газпромом» на 770 млн Гайзер и Чернов прямо говорили о целях траншей, поэтому «вовлечённость этих лиц» Самойлов точно знал. Свидетель несколько раздражён повторяющимися вопросами и призывает адвокатов смотреть материалы дела за уже обсуждёнными деталями.

16:05

Леонтьев просит Самойлова рассказать о нюансах избрания в Госдуму. Надо отметить, что Самойлов отвечает прямолинейно и держится гораздо более открыто, чем прежние свидетели.

16:06

«Кампанию финансировал я сам», — отмечает Самойлов.

Хотя указывает, что согласование избрания с первыми лицами республики имело место быть, например, с Торлоповым.

16:09

В ходе разговора выяснилось, что в беседе с Зарубиным у Самойлова упоминался даже Вячеслав Володин, ныне спикер Госдумы. Однако на уточняющие вопросы, в каком конкретно контексте это поднималось, спросить у адвоката не удалось из-за вмешательства прокуроров и судьи.

16:14

Леонтьев: без общего покровительства Гайзера вы не могли взыскивать свою задолженность за уголь?

«Речь идёт об общем лояльном отношении. Если бы я отказался передать эту взятку, мои предприятия остановились бы в течение трёх месяцев — с многочисленными проверками, перекрытием дорог. Как чуть не закрыли СЛДК в середине 2014 года. Я этого делать не хотел. Меня вынудили это сделать», — говорит Самойлов.

16:15

Гайзер мог повлиять на деятельность предприятий Самойлова в сфере лесопользования, использования дорог, косвенно — по части налоговой службы и другой контрольной деятельности, перечисляет свидетель

16:15

«Большие полномочия у главы!» — говорит Самойлов.

Гайзер улыбается…

16:16

Сам Самойлов держится спокойно, отвечает прямо и по возможности конкретно. Однако периодически недоумевает от вопросов защиты, ответы на которые, по его мнению, и так наглядно проистекают из его показаний.

16:21

Теперь Кудинов спрашивает Самойлова о выкупе ЛДК Фондом развития инвестпроектов — оба согласились, что была выставлена сумма в 550 млн рублей. В остальном общий язык найти не удаётся.

16:21

Покупка «Авалона» была выгодной Самойлову. Отдал он гостиницу бесплатно в качестве взятки, утверждает опять Самойлов.

16:24

Свидетеля, по традиции, из раза в раз спрашивают, почему он считал того или иного подсудимого членом ОПС.

«Я оценку выдвигать не хочу, пусть прокуратура делает», — сдаётся Самойлов, отвечая Кудинову.

16:27

Чернов спрашивает Самойлова о решениях выдвинуть его на региональный уровень.

«Формально это было решение федерального уровня… при согласовании с регионом», — заявил свидетель.

16:28

Чем отличается финансирование кампании 2007 года от 2011 года?

«В 2007 году получал отчёты, в 2011 не получал. Я стал более опытным и понимал, как вы работаете», — говорит Самойлов.

16:31

«Персонально» Чернову вознаграждение за содействие в избирательной кампании Самойлов не передавал. Как и не было никаких крупных подарков. В обратном порядке — «таких подарков, которые бы впечатляли меня, не получал», несколько уклончиво ответил Самойлов.

16:33

Какова была ежегодная прибыль и начисленная прибыль ИК «Таврический» в 2010 и ближайшие годы? Несколько десятков миллионов рублей.

16:53

Чернов продолжает спрашивать Самойлова о нюансах операций ИК «Таврический». Вопросы очень конкретные, свидетель помнит далеко не всё. Резюмирует свою линию Чернов вопросом, как в случае предбанкротного состояния ведут контрагенты такого предприятия? Самойлов отвечает, что «по-разному». Разорвал ли «Таврический», например, договоры на аренду площадей? Свидетель уверенно отвечает, что нет.

17:08

Чернов продолжает допрашивать о взаимоотношениях Самойлова с банком «Таврический». Свидетель отвечает уже достаточно вяло, часто ссылается на то, что деталей не помнит. Судья разрешила ему сесть на стул.

17:25

«Планом санации это назвать нельзя. Это был план отъёма имущества!» — заявляет Самойлов, отвечая на вопросы Чернова об антикризисном управлении, вводимом в отношении активов Самойлова.

17:33

Самойлова утомили вопросы Чернова, которые носят всё более общий и «теоретический» характер о процедуре банкротства и как она должна проходить. Его поддержала судья, подтвердив, что он не обязан отвечать на вопросы такого характера. Чернов допрашивает Самойлова уже второй час.

17:40

«Почему вы не обращались к людям с хорошими отношениями за деньгами — Захаржевским и т.д. Почему к членам ОПС? Зачем занимали деньги у тех, у кого были в конфликте?» — спрашивает Чернов.

Внятный ответ от Самойлова, впрочем, Чернов не получил.

17:43

Самойлов не сам определял долги, которые хотел покрыть, например, передачей «Авалона».

«Практически не определял. Были расписки — они и покрывались», — говорит он.

17:51

«В 2013 году было достаточно оснований для Гайзера снять вас с должностей, если не учитывать версию с ОПС?» — спрашивает Чернов.

«Повод я давал, но причиной являться это не могло», — уверен Самойлов, вспоминая «провокацию», устроенную сотрудниками ДПС.

17:59

Решается вопрос о переносе заседания. Прокурор Непорожный считает, что «можно поработать ещё».

18:05

После короткой череды вопросов уточняющих вопросов адвоката Гайзера заседание всё-таки решили перенести на среду 28 марта.

18:21

Трансляция ИА REGNUM завершена.