В некоторых европейских СМИ появились сообщения о том, что на 3 апреля будто бы запланирован визит в Иран президента Франции Эммануэля Макрона. Если так, то, видимо, именно с целью подготовки поездки в первых числах марта Тегеран посетил министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан. Он провел переговоры с высшим руководством Ирана. Обсуждался ряд вопросов, в том числе развития двусторонних отношений, иранской ядерной программы и ситуации на Ближнем Востоке.

Эммануэль Макрон
Эммануэль Макрон
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Накануне Ле Дриан заявлял, что Тегерану, чтобы предотвратить возможный выход США из ядерной сделки и избежать рисков столкнуться — в лучшем случае — с новыми санкциями, необходимо решить вопросы со своей программой баллистических ракет. То есть если Иран откажется от предлагаемого пересмотра соглашения по ядерной программе, то нужно будет дополнить его специальным договором по ракетной программе, которая якобы «несовместима с резолюциями Совета Безопасности ООН и превышает потребности Ирана по защите границ». В этом смысле возможный визит Макрона можно было бы считать «прорывным», а сам президент получил бы возможность позиционировать себя в качестве одного из крупных игроков в регионе. Но Тегеран отказался от предложенных «дополнительных обременений», заявив, что «ракетная программа является исключительно оборонительной», а «Франция, как и любая другая страна, не может принимать решения по вопросам обороны Ирана». Поэтому поездка Макрона может не состояться, так как ему не с чем будет туда лететь. Голословные призывы к Тегерану «внести позитивный вклад в разрешение ближневосточных кризисов, соблюдая суверенитет государств», можно делать и в Париже.

Иранская ядерная программа
Иранская ядерная программа
Иван Шилов © ИА REGNUM

В этом контексте отметим, что Франция не принимает участия в астанинском процессе по урегулированию кризиса в Сирии и в принципе не замечена в выдвижении каких-либо самостоятельных инициатив в целях стабилизации ситуации не только в Сирии, но и на Ближнем Востоке в целом. Правда, Париж, как и его другие европейские партнеры, трижды проводил переговоры с Вашингтоном о судьбе венских договоренностей 2015 года, определивших выход Ирана из режима санкций, но «существенно сблизить свои позиции» так и не удалось. Таким образом, любопытно будет послушать, что скажет Макрон во время выступления в американском конгрессе, которое состоится в рамках его официального визита в США в конце апреля. Заметим, что чести выступить перед законодателями удостаивались все предшественники нынешнего французского президента, начиная с Шарля де Голля (и за исключением Франсуа Олланда). Это первое. И второе. Затронет ли Макрон в своем докладе иранскую проблематику, учитывая, что 12 мая президент США Дональд Трамп должен будет в очередной раз озвучить свое отношение к ядерной программе Тегерана?

Если рассуждать теоретически, то, как пишет французская газета Le Figaro, Макрон может «обозначить разрыв с практически десятилетней приверженностью Парижа неоконсерваторским доктринам с другого берега Атлантики и не позволить США разорвать ядерное соглашение с Ираном». Но что будет практически, сказать сложно, если учитывать позицию Парижа «усилить давление на Иран, но не прерывать переговоров с ним», чтобы дальше не «воспроизводить чужую преднамеренную стратегию». Пока Париж, с одной стороны, подчеркивает важность международного права для достижения цели нераспространения ядерного оружия, высказывает уважение авторитету Совета Безопасности ООН и признает роль Международного агентства по атомной энергии в качестве единственных законных институтов, контролирующих соблюдение Ираном соглашения. С другой, понимает, что США могут прибегнуть к смене режима в Тегеране. Наконец, с третьей, очевидно, что дестабилизация ситуации в Иране может создать там вакуум, который будет благоприятствовать приходу к власти более радикальных по отношению к Западу идеологических сил. Не случайно многие французские эксперты полагают, что «ошибочно замыкать все проблемы Ирана в цепочке выстраивания отношений с Западом на соглашении по его ядерной программе, что пытается сделать Трамп». Так что в принципе Макрон может вернуться к более традиционной и более независимой политике в духе де Голля и Миттерана, хотя с того времени мир, Европа и Ближний Восток резко изменились.

Пуск Иранской ракета «Эмад». 2015
Пуск Иранской ракета «Эмад». 2015
Tasnim News Agency

Такое возможно только при определенных обстоятельствах. Если Париж на Ближнем Востоке не вырвется из «вашингтонских объятий», то будет оставаться в тупике, не сможет позиционировать себя в роли как важного игрока, так и возможного медиатора в решении сложных проблем региона. Тем не менее, считает западное аналитическое издание The Interpreter, «у Макрона остается шанс стать первым французским президентом, который после Валери Жискар д’Эстена, побывавшего в Тегеране в 1976 году», смог принять активное участие в формировании нового баланса сил на Ближнем Востоке на уровне пробуждающихся некоторых имперских инстинктов, которые давно проявляют себя в этом регионе». Как заявил Макрон, «я поеду в нужный момент, чтобы вести этот требовательный диалог с Ираном», правда, не обозначив возможные сроки своей поездки. Будем ждать. Приглашение президента Ирана Хасана Рухани своему французскому коллеге посетить с визитом Иран не отменено.