Иван Шилов ИА REGNUM
Стивен Бэннон

Бывший главный стратег Белого дома, исполнительный председатель совета директоров Breitbart News Стив Бэннон в интервью итальянскому изданию La Stampa предложил Вашингтону рассматривать Москву как естественного союзника в борьбе США против Китая, Ирана и Турции. «Я воевал с русскими во время «холодной войны», когда я был офицером на подводной лодке, а затем в Пентагоне я работал над их разоружением, — напомнил Бэннон. — Я с ними знаком, я знаю, что они не в состоянии угрожать нам, пока являются нашим естественным союзником. Волноваться из-за Крыма не имеет смысла, потому что настоящие враги находятся в Пекине, Тегеране и Анкаре». Он пояснил, что считает китайскую, персидскую и тюркскую цивилизации чуждыми как США, так и России, которых, по его словам, объединяет «наша иудейско-христианская культура». Но чуть ранее в интервью журналу GQ Бэннон делал несколько иные оценки: «На данный момент складывается ситуация, аналогичная той, которая наблюдалась в 1930-х годах. Вы скоро увидите, как сплоченность между Китаем, Ираном и Турцией будет становиться всё сильнее, — сказал Бэннон. — В конечном итоге нам нужно положить конец холодной войне, верно? Турция должна быть нашим союзником».

Бэннон — фигура необычная и неоднозначная. В августе прошлого года он был уволен из администрации президента США на том основании, что его причислили к движению альтернативных правых. Кроме того, сообщалось, что Дональд Трамп подозревал его в причастности к утечкам информации из Белого дома. В результате бывший стратег Белого дома не скупится на резкие заявления в адрес Трампа, часть из которых была включена в скандальную книгу Майкла Вулфа «Огонь и ярость», обличающую команду американского президента. В последние недели комитет по разведке палаты представителей США ведет с Бэнноном споры по поводу его ответов на вопросы о работе в администрации до инаугурации Трампа и событиях, последовавших за ней. При этом Белый дом почему-то, как сообщает «Голос Америки», не воспользовался «прерогативой конфиденциальности в отношении показаний Бэннона, хотя ограничил круг вопросов, которые ему будут задавать». Сейчас тот проявляет заметную политическую активность, выступая с различным противоречивыми внешнеполитическими заявлениями. И к ним, похоже, прислушиваются, печатают в известных западных изданиях, как бы намекая на то, что идеи Бэннона реально циркулируют в американском политическом истеблишменте.

Svetlana Tikhonova
Турецкий флаг

Если сравнить два его интервью — La Stampa и GQ — в которых он предполагает возможность появления альянса Китая, Ирана и Турции, то видно, что в первом случае предложено Москву рассматривать как естественного союзника Вашингтона, а во втором — Анкару, соратника по НАТО, ныне «врага», которого следует вернуть в лоно альянса. Таким образом дается понять, что при предполагаемом ходе событий союз России и Турции не будет восприниматься враждебным по отношению к Западу. В особую зону выводятся Иран и Китай, отношения с которыми для Москвы и Анкары объявляются неперспективными с геополитической точки зрения. Любопытно, что недавно помощник верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи генерал-майор Яхья Рахим Сафави предложил создать коалицию с участием Ирана, России, Сирии, Пакистана и Ирака для противодействия американской коалиции по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), куда, кстати, входит Турция. Существует также заявление военного атташе китайского посольства в России генерал-майора Куй Яньвэй: «США с западными странами в европейской части сдерживают Россию, а в азиатской части сдерживают Китай, в новой стратегии Пентагона Китай и Россия рассматриваются как угрозы для США». Москве и Пекину нужно вместе противодействовать глобальным угрозам, а также «вызовам со стороны США и их союзников», чтобы «обеспечить безопасность не только в своих регионах, но и во всем мире».

Как видим, Бэннон не одинок в стремлении выстраивать новые геополитические союзы или альянсы. А что мы имеем сейчас на Ближнем Востоке? Действует возглавляемая США международная коалиция по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), построенный на астанинских принципах союз Россия — Турция — Иран на сирийском направлении. Наблюдаются попытки Саудовской Аравии сколотить антииранскую ближневосточную коалицию. Обнаружили себя турецко-иранский альянс в отношении Катара, американо-курдский альянс в Сирии и в Ираке. Наконец, вокруг Тегерана сформировался блок из Сирии, Ирака, ливанской «Хезболлы» и йеменских хуситов. На Ближнем Востоке Иран фактически является единственной страной, представляющей серьезную угрозу для американской гегемонии в регионе. Обвинения Вашингтона в отношении Тегерана многочисленны и включают в себя «спонсорство терроризма», «нарушение прав человека», склонность к угрозам в адрес США и американским союзникам на Ближнем Востоке, поддержку антиамериканских повстанцев в Афганистане, Ираке и Сирии, создание ядерного оружия и другое.

Tijl Vercaemer
Иранские флаги

Эти союзы приобретают исключительно тактические характеристики и могут по разным причинам подвергаться корректировке. Каждый из участников обозначенных альянсов пытается выходить прежде всего на свою проблематику через созданные форматы диалога, дипломатически маневрируя. Но нет общей оси, созданной с помощью двусторонних соглашений и укрепленной общей организацией (типа ШОС или ОДКБ), что создает проблемы в декларируемой цели пошатнуть серьезное американское влияние на Ближнем Востоке. Единственный знак на этом направлении — появление российских ВКС в Сирии. Это воспринимается как на Западе, так и в регионе как «возвращение Москвы». Но там не существует противостояния блоков, группы союзников, объединенных в тактические альянсы, не так велики, как раньше. Что же касается Пекина, то он воздерживается от активной политики в регионе, предпочитая действовать там пока в режиме «мягкой силы» через свои инвестиции в разные проекты. А его масштабная программа «Один пояс, один путь» для Ближнего Востока — это пока еще далекий завтрашний день, не говоря уже о возможностях создания там «китайского блока».

Вот почему известный французский эксперт Флоран Пармантье утверждает, что «сегодня на Ближнем Востоке в ходу не логика блоков, а логика множественных альянсов, конфигурация которых зачастую с трудом поддается восприятию». Иран объявлен Западом «изгоем», Турция из некогда надежного друга превратилась в противника, но такого, который сохраняет прежний статус союзника США, хотя и не внушает особого доверия новым партнерам, России и Ирану. Конечно, американцы заинтересованы в том, чтобы не допустить создания военно-политического блока Россия — Китай и «не потерять» Турцию. Но что они могут сделать для этого? Как отмечается в прогнозе Stratfor на 2018 год, «Россия и Китай будут активно развивать сотрудничество практически во всех областях, включая и вопросы безопасности», что позволит им «оградить себя от давления США и бросить вызов стратегическим позициям Вашингтона в различных сценариях по всему миру», включая и Ближний Восток, где возможен альянс Россия — Иран — Китай, хотя, по Stratfor, «такой союз может иметь четкие пределы, учитывая отличающиеся интересы России и Ирана на Кавказе и в Центральной Азии».

lynxxx
Османские амбиции Турции

Что касается Турции, то она будет сталкиваться с проблемами своей так называемой многовекторной политики, пытаться играть на противоречиях США и России, чтобы воплотить свои еще не остывшие геополитические интересы, склоняя Россию к альянсу против соперников Анкары в регионе. В поисках новых геополитических решений находятся и США. Интервью Бэннона это еще раз подтвердило.