2 Февраля
 
17:28

Трансляция ИА REGNUM завершена.

17:22

Следующее заседание назначено на 11:00 6 февраля.

17:20

Адвокаты загудели тоже.

Все замерли в ожидании решения судьи.

17:19

Москвин жалуется снова: «Ваша честь, я уже устал!»

17:19

Теперь собрался задавать вопросы Чернов.

17:19

«Нууу, как вам сказать…», — изумился Москвин.

17:19

«То есть к делу это не имеет отношения?»

17:18

Например, по СПК?

Москвин начал рассказывать вновь про таблицу — что это не совсем то же, что строгий бухучёт всех поступлений.

17:18

Вопрос про пресловутую таблицу лицевых счетов членов ОПС — Москвин рассказывал о распределении доходов среди ОПС в виде дивидендов от птицефабрики Зеленецкой. А где же доход от иных проектов?

17:16

Москвин подчеркнул, что воспринимал как факт то, что Гайзеру нужно отнести деньги, а остальное комментировать не стал.

17:15

Мог ли Зарубин лукавить в общении со своими подчинёнными?

17:15

Москвин в целом соглашается.

17:15

Гайзер спрашивает, тщеславный ли человек Зарубин.

По словам Гайзера, Зарубин мог слукавить о том, что стоимость Зеленецкой занижена из-за его связей с руководством республики.

17:14

Москвин опять предположил, что сделал лишь предположение. Пытался продолжить, но Гайзер снова: «Спасибо».

17:14

Как физически Гайзер повлиял на решение совета?

17:14

Теперь вопрос непосредственно про решение совета директоров фабрики Зеленецкой.

17:14

«С высокостью степенью да, уверен», — отвечает Москвин.

17:13

Когда Фаенштейн стал гендиректором «Метлизинга»? В момент покупки завода был или нет?

17:13

«Кто руководил Метлизингом, когда проводилась операция?» — продолжает Гайзер.

17:13

Гайзер уточняет, с какой доли получал «Агрохолдинг» доходы с Зеленецкой. Москвин всё чаще теряется и говорит, что лучше некоторые данные мог бы уточнить.

17:10

Почти каждый вопрос перезадаётся по два раза. А потом некоторая пауза.

17:09

Теперь Москвин всё чаще поправляется, что ранее выражался неточно.

17:09

Гайзер часто задаёт сначала более общие вопросы:

«Считаете ли вы, что заёмщик заинтересован в максимальной оценке своего имущества…».

Затем, получая удовлетворительные ответы, он связывает это со словами свидетеля.

17:07

Гайзер допытывается до слов Москвина о том, что повторная оценка эксперта в рамках уголовного дела по Зеленецкой более значима, чем первоначальная. Но судья эту линию вопросов заблокировала.

17:04

Адвокат самого Москвина несколько раз за всё время нашёптывал что-то на ухо свидетелю. А сам Москвин уже заговаривается и с затруднением рассказывает о выплатах «Метлизингом» в компании-прокладки Зарубина.

17:04

«Как угодно запишите», — отвечает Москвин.

17:04

Гайзер спросил, это и будет ответом?

17:04

«Получается, дивиденды использовались в качестве выплаты дивидендов…»

17:03

Опять Гайзер повторяет вопрос — после создания совместного предприятия, использовались ли деньги Зеленецкой предприятиями Зарубина.

17:03

Использовался ли как-то этот денежный поток предприятиями Зарубина? Москвин сам спрашивает, являются ли дивиденды таким потоком?

«Это вопрос мой к вам», — отвечает Гайзер.

Москвин растерянно осматривается на судью.

17:03

А кем использовались денежные потоки, спрашивает Гайзер…

Москвин снова переспрашивает вопрос.

17:02

Продолжает углубляться в детали.

«Возможно, у меня была не очень удачная формулировка (про денежные потоки)», — защищается Москвин.

17:02

И про обмен низкорентабельных предприятий на «Птицефабрику» — о какой рентабельности идёт речь?

«Я не специалист…»

«И не экономист», — отмечает Гайзер.

«И не экономист», — сдаётся Москвин.

17:01

Теперь спрашивает про инвестиционные форумы в Коми в 2000-ых годах. Но ему ничего об этом неизвестно.

17:01

Выяснилось, что создавался «Агрохолдинг» по поручению Зарубина или нет, Москвину неизвестно.

«Пожалуй, что так».

17:00

Между Гайзером и Москвином всё-таки развернулась дискуссия о целях создания «Агрохолдинга».

16:53

Москвин подчёркивает, что Гайзер, тем не менее, в силу структуры ОПС был «включён» в структуру владения. Но признал, что это ему известно только со слов Зарубина.

16:52

«Являлся ли я когда-нибудь выгодоприобретателем?»

«Согласно законодательству нет, однако…»

«Спасибо», — отрезал Гайзер.

16:52

Москвин пытается отвечать по аналогии, сравнивая ситуация с офшорными владениями Зарубина, но что-то опять не складывается — судья не понимает ответа.

16:50

«Если выгодоприобретатель не является владельцем, то в каких случаях он может приобретать выгоды и как это оформляется?»

16:48

На основании каких документов и договорённостей выгодоприобретатель может претендовать на доходы, спрашивает Гайзер.

16:48

Гайзер пытается спрашивать об условиях выхода из ОПС, об определении понятия бенефициар. Дискуссии явно не вяжется.

16:46

Гайзер спрашивает про работу Зарубина в 1990-ых годах. Непорожный считает, что это не связано с делом.

16:45

Просят перерыв. Но судья просит чуть поработать «ещё немножко».

16:42

Евменина спрашивает, зачем вступил Москвин в преступное сообщество.

Москвин отвечает, что корыстного умысла не было и доходов не получал преступных:

«По глупости, очевидно».

16:40

Москвин уточнил, что у Чернова с Зарубиным были скорее дружеские отношения, чем чисто деловые.

16:40

Остальные подсудимые выглядят более отстранёнными и уставшими.

16:39

Гайзер увлечённо следит за процессом, с ироничной улыбкой. Пытался, похоже, поднять руку и что-то спросить, но его не заметили.

16:38

Непорожный жалуется, что свидетеля завалили наводящими вопросами.

16:37

Москвин то ли постоянно теряется, то ли крайне осторожничает. И, похоже, действительно серьёзно устал.

16:37

Москвин жалуется, что устал. Адвокаты его спрашивают и спрашивают, по которому кругу. Теперь про акционировании ГУП «Птицефабрика Зеленецкая» — были ли нарушения законы? Москвин опять отвечает, что не может отвечать за конкретные действия, но по совокупности — привело к потере собственности республикой.

Леонтьев перечисляет каждую из сделок по изменению собственности активов «Птицефабрики», пытаясь вывести на чистую воду, где конкретно произошло нарушение закона.

Москвин отвечает, что не знает, а акционирование он вовсе не застал.

16:30

Перечисляет кто и где работал.

16:30

Адвокаты пытаются поймать Москвина — просят перечислить всех «финансистов-технологов». Москвин надолго закопался, кого он перечислял ранее.

16:22

«От меня балансы своих лицевых счетов они не получали», — отвечает Москвин.

16:21

Как согласование происходило между лидером и членами ОПС?

Члены ОПС не знают, какие деньги у них на балансе на виртуальных лицевых счетах, жалуется Гиголян.

16:20

Несколько раз долю Гайзера Зарубин включал в свою долю.

«Это менялось от настроения Зарубина и в зависимости от финансовых отношений с его (подельниками)».

16:19

«Зарубин чётко определил дочку участников, исходя из собственного опыта наблюдения, как он подходил к этому вопросу, размер долей не менялся, хотя сумма менялась довольно часто…»

16:18

И снова Гиголян, защитник Чернова.

Спрашивает о порядке принятия решений по выплатам в ОПС.

16:18

Но судья вновь отсекает вопрос.

Адвокат жалуется, что ему ограничивают право на получение информации.

16:18

Опять спрашивает вслед за Евмениной — в чём признал свою вину Москвин?

16:17

«Метлизинг тут же объявлял своё распределение прибыли и выплачивал, в частности, «Агрохолдингу». Физические оставались на счетах, депозитах «Митлизинга».

«Дивиденды могут получать зарегистрированные акционеры.

«Агрохолдинг» их получал».

16:16

«Кто получил физические деньги в виде дивидендов от владения акциями Птицефабрики?»

16:16

«Когда такая передача происходила, участниками Агрохолдинга являлись Фонд и компания «Невист»… Игорь Кудинов отправлял мне соответствующие протоколы, в которых я подписан был как секретарь. Там был перечень имущества переданного имущества на баланс, но я не обращал внимание на многое и просто подписывал».

16:15

Адвокат продолжает детализировать вопросы по поводу возможной взятки за 2005−2008 годы.

Москвин отвечает неохотно и откровенно теряется.

Судья просит адвоката продолжать задавать другие вопросы… Какие, когда активы передавались на баланс в фонд?

16:14

Формулировки «взятка» там не было, указал Москвин.

Речь идёт о предполагаемой взятке по поводу оценки «Птицефабрики Зеленецкой», поскольку Гайзер был членом совета директоров.

16:14

«После того, как я передал Гайзеру деньги, я спросил Зарубина, как их теперь учитывать? У него был подход — деньги можно выдавать, а затем будет смотреть, как их учитывать», — указал он.

16:11

Как были отражены в таблице финансовых отчётов передача Гайзеру 6 млн и 20 тыс. долларов?

«В таблицу Зарубин попросил добавить графы, в которые я должен был вносить суммы, которые выплачивались бенефициарам», — отвечает Москвин.

16:11

Адвокат продолжает, вмешивается прокурор, пошла перепалка — адвокаты и прокуроры взаимно требуют уважать друг друга.

16:11

Теперь адвокат Леонтьев.

Адвокат Марущака спросил — а почему в иерархической пирамиде нет его подсудимого?

«Он был в самом низу», — ответил Москвин.

Все посмеялись.

«А вы находитесь выше Марущака? Или ниже?»

16:04

Являлись ли эти деньги дивидендами от Птицефабрики?

«Нет, скорее всего нет», — указывает Москвин.

16:02

Прокуратура вмешивается и заминает вопрос: «Данная форма ненадлежащая».

Адвокаты возмущены. Ссылаются на конкретную статью УПК.

16:02

Вопрос: деньги, переданные Гайзеру Москвиным — есть ли гарантии, что они предназначались к Гайзеру?

16:02

Может ли подтвердить, что у Либензона хранились преступным путём полученные личные деньги Зарубина? Москвин указывает, что эти деньги могли быть сняты Зарубиным с его личных счетов… но утверждать, какая часть преступным путём получена, а какая нет — не может. Они смешивались на счетах.

16:00

Адвокаты перечисляют компании, служебные компании «Реновы». Москвин подтверждает, что они не принадлежали Зарубину, а были в подчинении «Реновы». Кроме «Гарпины», но и она никакого отношения к делу не имеет.

15:57

«Я, Либензон и Кудинов. Как стало известно из материалов дела».

15:57

Теперь Гайзер спрашивает, кто эти трое сотрудников, которые входили в ОПС в «Метлизинге»?

15:56

Опять переспрашивает о сути вопроса…

15:56

«Как вы понимали, что какой-то конкретный сотрудник не входит в преступное сообщество?»

15:56

Теперь вопрос о правилах поведениях в «Метлизинге». «Дресс-код».

Не было никаких писаных правил. А были ли неписаные?

15:56

Москвин указывает, что ему неизвестен полный круг обвиняемых.

15:55

«Если бы кто-то мне такое предложил, я бы сразу хлопнул дверью. Мне никто не предлагал вступать в преступное сообщество».

15:55

Возникла перепалка адвокатов со следователям. Напрямую спрашивают — предлагал ли кто-то заниматься преступной деятельностью, тяжкими преступлениями?

15:54

Леонтьев разгорячён, всё равно спрашивает. Но судья заворачивает.

15:54

Адвокаты пытаются вывести Москвина на оценку деяний — он сам подчёркивает, что может говорить только о фактах.

15:53

Теперь выясняют, по каким правилам допрашивают его — как свидетеля, при том, что он тоже обвиняется.

Москвину дали право выбора — может не отвечать на этот вопрос. Но не все адвокаты с этим согласны, должен отвечать обо всём, что говорил на предварительном следствии…

15:53

Евменина: «А совершали ли какие-то преступления?»

Москвин смущённо засмеялся и не стал отвечать.

15:52

В 2014 или 2015 году — 8 млн рублей. До этого премий не было, в 2010 году никаких поощрений не было.

«Меня никто не просил совершать противоправные действия… Заставлял? Ну, нет».

15:51

Какие-то иные выплаты?

Были премии — в тот момент, когда Зарубин сделал предложение о работе, предложил некую схему, которая привязывает бонус к росту его активов.

15:51

Получал ли заработную плату?

«Сначала 90, 120, затем 150».

15:51

«Что-то кроме сверх обычных обязанностей входило?»

Москвин помолчал и отвечает медленно:

«В тот период, когда я оставался работником Реновы, отличия не было. Когда перешёл к Зарубину, то стал заниматься какой-то юридического работой…»

«Это входило в вашу специализацию?»

«Входило».

15:50

Выяснилось, что отличались «в очень незначительной мере», функции были аналогичны.

15:49

Теперь Дарья Евменина спрашивает (защитник Гайзера).

Про круг обязанностей в компании «Ренова» — пока что старые вопросы:

«Как отличались ваши обязанности в компании «Ренова» от обязанностей в работе на Зарубина?»

15:48

Итак, 300 млн рублей минимум в год направлялось на развитие предприятия. Это около 50% от прибыли.

15:48

Какая сумма в абсолютном значении направлялась на развитие Птицефабрики?

«300 млн рублей на реновацию и 300 млн — на инвестиции — последние пару лет. За весь период не могу сказать».

15:47

Теперь Чернов спрашивает про Бондаренко. По словам Москвина, Бондаренко был позже изгнан из организации. Получил ли он что-то за свои 20%?

«Да, он получил, поскольку изгнание произошло вследствие того, что он получил (средства из компании)», — отвечает Москвин.

«Вернул ли те средства, которые в одно лицо перевёл на себя?»

«Неизвестно. По-моему нет».

«Остался с этим имуществом он?»

«Не знаю, не помню».

15:46

Про вывод 500 млн за рубеж дивидендов — Москвин указывает, что дивиденды были выведены со всей уплатой налогов.

15:46

Москвин, похоже, в тупике. Обвинение вступается. Москвин опять спрашивает, что за вопрос. И Москвин, и Гиголян уже посмеиваются.

15:45

«Чтобы так рассуждать, степень меры надо знать», — указывает Чернов.

15:45

Но опять-таки Зарубин не делился своими замыслами с Москвиным.

15:44

Чернов вспоминает, что Москвин говорил, что «замысел Зарубина был реализован в полной мере»…

15:44

Москвин объясняет, что делал вывод на основе действий Зарубина.

15:44

Судью уже, кажется, раздражают вопросы с такой постановкой.

15:44

Теперь Чернов поймал его на том, что Москвин говорил, что «у Зарубина возникла мысль…».

«Откуда?»

Прошёл смешок.

15:39

Так замучил свидетеля, что уже даже судья сказала переходить дальше.

15:38

Он сделал вывод, опираясь на материалы дела, признаёт Москвин.

Москвин пытается уходить от ответа — уже много раз указывал, что не понимает контекста.

15:38

«Я не оценщик, безусловно… Да, я опирался на формулировки заключения и материалов дела, в которых находится оценка, а также оценка эксперта, который был приглашён комитетом — оценка второго имеет больший вес, полагаю».

15:37

Москвин указывал, что из материалов дела ему стало известно о завышении цены СПК. Как это стало ему понятно, если он не оценщик?

15:37

Чернов пытается поймать Москвина на противоречиях с прошлым допросом.

15:37

Адвокат ставит вопрос, содержащий уже ответ — наводящие. Прокурор против.

15:37

«Общение с оценщиками проходило по телефону… Я подробно рассказал уже, что связался с оценщиками по рекомендации. И сообщил, что у нас есть необходимость в оценке двух крупных предприятий. Мы обменялись формальными… Я поторговался с ними… вознаграждение за максимальную оценку я не называл, но указывал, что мы заинтересованы в максимальной оценке».

15:36

«В какой форме вы просили оценить оценщиков актив дороже (имеются в виду молочный и хлебозавод Зарубина)?»

15:36

Москвин отвечает очень мало на вопросы об аффилированных компаниях и прочих, связанных с деятельностью предполагаемой ОПС.

15:36

Допрос идёт крайне тяжело.

15:35

Как оказалось, стояли только подписи самих директоров.

Схемы структуры холдинга Зарубина Москвин рисовал от руки и в PowerPoint.

15:34

«Использовали ли вы свои работы, предоставляли ли в фискальные органы? Подписаны ли они были не гендиректорами, а иными лицами (предприятий, которые там фигурируют)?»

15:34

Москвин говорит, что рисовал структуру владений фирмами Зарубина для него. Речь о структуре холдинга.

15:34

А использовал ли одноразовые телефоны и почтовые ящики?

Москвин отвечает, что мобильный номер был у него более 6−7 лет. Одноразовых не использовал.

15:31

Присутствовал ли скайп в общении с Черновым?

Задумался Москвин: «Не припоминаю, но не помню… возможно, не хочу вводить в заблуждение».

15:30

«С Черновым вы общались через мессенджеры?», — спрашивает адвокат.

15:30

«Никогда не получал».

15:30

«Были ли распоряжения подчистить компьютеры, законспирировать файлы?»

15:30

Вспоминает встречу с Бондаренко и другими — не помнит, чтобы где-то на них были встречи с Черновым.

15:29

«Мне неизвестно о погашении долгов», — подчеркнул он.

Москвин держится неуверенно, сбивается.

15:29

«Я вас понимаю, но не понимаю, насколько это уместно согласно процедуре…»

15:29

«Известно ли что-то по погашению долгов Черновым перед заводами?»

15:28

«Нет».

15:27

«А обращался ли по открытию зарубежных счетов или перевода денежных средств по аналогии с Садыковым?»

15:27

«Нет, не приобретал».

Похоже, Москвин и правда устал — уже с трудом переваривает вопросы.

15:26

Москвин уже практически отключился: «Я не понял контекста, не могу ответить».

Гиголян пообещал вернуться к вопросу позже.

Гиголян продолжил по другой линии: «Приобретал ли имущество для Чернова Москвин?»

15:25

Адвокат Чернова Гиголян указывает, что первые подробные показания 24 сентября 2015 года дал Москвин, а осмотр компьютера — в 2016 году. Как это было возможно? Как восстановил в памяти все детали информации без доступа к компьютеру?

15:24

Прокуроры пытаются вмешаться — что не касается дела.

15:23

«Давали ли вам какой-то материал перед вашим допросам, материалы, которые задержали информацию, на основании которых были созданы ваши подробные показания?»

15:23

Спрашивает о том, как процессуально было оформлено ознакомление с жёстким диском с файлами, содержащими документы о финансах ОПС, после чего Москвин давал показания?

15:21

Москвин пытается понять вопрос адвоката третий раз.

15:21

Адвокат Чернова пытался поймать Москвина: раз ничего не было известно и всё работало без уведомления Москвина, зачем его было вообще Зарубину посвящать в детали деятельности ОПС? Москвин ответил, что это делалось в рамках необходимого для занесения в финансовую отчётность.

15:18

Москвин и прокуроры часто переспрашивают адвоката, что за вопрос он задал, из раза в раз.

15:18

От Соколова, Ромаданова и Садыкова Москвин не получал никаких отчетов о работах тех или иных компаний.

Однако он вспомнил, что Садыков курировал «Автодор», а деятельность фирмы Москвина была с ней связана.

15:14

Москвин затрудняется, когда Садыков и Ромаданов могли бы познакомиться — не хочет вводить в заблуждение суд.

15:14

Владислав Садыков обращался к Москвину по поводу счета на кипрской компании, там были заморожены средства после кризиса банковской системы.

15:08

«Кто организовал вам звонок по телефону с Соколовым? Первый?»

Молчание…

«Я уже сообщил суду, что… с Алексеем Солоковым я познакомился через Владислава Садыкова»

15:08

Прокурор Сухова жалуется, что вопросы повторяются.

15:08

Заочно, по телефону.

15:07

И, наконец, — знаком ли с Соколовым?

15:07

Чернов предложил — Север-Финанс. Но Москвин не знает такую.

15:07

Москвин считает, что это была бы очень странная постановка вопроса. При том, что он даже не знает компании Ромаданова.

Ромаданов на начальном этапе владел акциями той самой фирмы «Невист» — она скупала акции Комиэнерго. По просьбе Зарубина, в состав её учредителей был введён Ромаданов, но после завершения скупки вышел.

15:07

Спрашивает адвокат, а были ли вопросы от Москвина в разговоре с Черновым по поводу деятельности Ромаданова, о законности её?

15:07

«Я вполне допускаю, что Чернов мог обсуждать с Ромадановым какие-то вещи, но поскольку они не касались меня, я не помню», — указал он.

15:04

Распоряжений и указаний от Ромаданова не получал. Но обсуждал некоторые финансовые вопросы по компаниям — по скайпу

15:02

Вопросы о владении совместными долями в компаниях — ничего Москвин не помнит, но предполагает, что при анализе переписки можно вспомнить.

15:01

Теперь про Ромаданова — про разговор Москвина с ним по скайпу

15:00

Адвокат идёт в наступление пока без проблем

15:00

Чувствует себя Москвин явно некомфортно

15:00

задумался…

«Лично я?»

«Да, именно так»

15:00

Получал ли от Чернова какие-либо распоряжения?

15:00

Продолжает спрашивать: обсуждалось ли положение в иерархии какой-либо неформальной организации? Опять же — нет

14:59

«А вы бы сами как представились Чернову, как кто?»

«Он вероятно знал, кто я»

«Вы представились?»

«Ну, я… я…»

«Вы не представлялись»

14:58

Проявлял ли интерес к ресурсам компании? Ответ — нет.

14:58

Гиголян (адвокат Чернова): «Вы утверждали, что управляли группой компаний, подконтрольных Зарубину. Проявлял ли Чернов интерес к этим компаниям?»

14:56

Непорожного это напрягло — он считает, что имел право повторить ответ на вопрос.

14:56

Адвокат Чернова жалуется, что обвинение бесцеремонного задало уточняющий вопрос.

14:56

Встреча касалась выкупа доли Невиста в «Агрохолдинге»

14:55

Москвин задумался — кажется в 2005—2006 году летал с Зарубиным, где вроде бы и видел. «Насколько я помню, там присутствовал Чернов… я помню точный факт встречи с Черновым в Москве в 2015 году лицом к лицу», — указал он.

14:55

Он начинает говорить про документы, где видел его фамилию… Адвокат поправляет

14:54

Теперь вопрос — когда познакомился Москвин с Черновым?

Алексей Чернов

14:54

«Мне неизвестно, я не интересовался, в каком состоянии находились заводы после сделки, мне никакого нет дела. Насколько я могу судить по цифрам, касающихся прибыли, состояние мало изменилось», — всё-таки ответил Москвин

14:52

Опять возникла перепалка. Адвокат Гайзера Вячеслав Леонтьев раздражённо сделал замечание

14:52

Формально «Агрохолдинг» создавался для привлечения инвестиций, указывал Москвин. Но теперь, хотя он не общался с теми, кто создал это ООО, он говорит так, будто знает о реальных и мнимых целях фирмы, отмечает адвокат. Хотя Москвин утверждал, что не имел доступа к такой информации. Так знал или нет?

14:51

Спрашивает снова адвокат — известно ли о том, что финансовое состояние оказавшихся в составе «Агрохолдинга» предприятий ухудшилось?

14:50

Судья попросила адвоката всё-таки не торопиться.

14:50

Так как адвокат Чернова вмешался в допрос другого адвоката со своими уточняющими вопросами

14:49

Непорожный приходит на помощь — адвокат оказывает давление на свидетеля.

14:49

Москвин просит медленнее задавать вопросы.

14:49

Вновь Москвин мнётся. Молчит. Пытался увернуться от ответа, ссылаясь на допросы. Но всё-таки ответил, что во время следствия это стало ему понятно

14:48

«Узнали ли вы о существовании преступного сообщества после возбуждения этого дела?»

14:48

Сделка по зачёту взаимных требований по акциям имела место, вспоминает Москвин. Получили в замен акции заводов за птицефабрику.

14:48

Была ли сделка возмездной? Москвин снова ссылается, что это был целый перечень сделок. Но признаёт, что они были возмездные.

14:47

По поводу чистоты сделки у органов, регистрирующих сделку, вопросов не возникло, признал Москвин, отвечая на вопросы юриста.

14:47

Москвин отвечает, что не может квалифицировать сделку в юридических понятиях.

14:47

Юрист снова уточнил вопрос, прервав его.

14:47

«Приобретение контроля над Птицефабрикой произошло в результате целого ряда последовательных транзакций — создания Агрохолдинга, Фонда… Я не могу давать правовую оценку каждому действию, но я смотрю на их совокупность — в результате манипулирования оценкой Республика потеряла контроль…»

14:46

«В чём был нарушен закон?»

14:46

Москвин будто слегка нервничает. Уточняет вопрос

14:46

Теперь адвокаты спрашивают про конкретные противоправные элементы в сделке по птицефабрике

14:45

Адвокаты, наконец, поняли, что речь идёт о переписке по электронной почте. Москвин слегка запутался

14:44

«Я с ним не общался… я с ним общался в процессе документооборота», — отвечает Москвин.

14:43

Москвин уточняет, что общался с Кудиновым по телефону. Началась перепалка по поводу порядка процесса — вопросы со стороны адвоката посыпались слишком часто.

14:43

Адвокаты вновь пытаются уличить Москвина в додумывании обстоятельств. Пытаются поймать на противоречиях — то вроде бы знал Кудинова и Третьякова, то нет.

14:42

Разработка схемы по птицефабрике шла с 2008 года… до момента возбуждения уголовного дела, т. е. до 2015 года, отвечает Москвин на вопрос прокурора.

14:40

«Выполняли узкие функции, зачастую не зная о существовании друг друга и не зная конечного замысла», — отмечает он.

14:39

Москвин подчёркивает, что план захвата птицефабрики прорабатывался довольно долго.

14:37

Двадцать минут каким-то образом превратились в час… но заседание наконец-то продолжается.

14:20

В зале заседаний

13:41

«Мы очень ограничены во времени».

13:40

Москвин повторяет, что приобретение Птицефабрики было тщательно продумано… и судья просит устроить перерыв на 20 минут.

13:40

Непорожный просит «охарактеризовать» хищение средств в интересах преступного сообщества… Адвокаты путаются, уточняют, что за вопрос задан и что за ним стоит.

13:39

Москвин растерялся при вопросе о «реальной стоимости» активов. Субъективно можно лишь оценить, а реальная стоимость определяется рыночными сделками. Однако понятно, что рентабельность их была несопоставима с «Птицефабрикой».

13:39

Дело Гайзера

13:36

После того как оценщики посетили заводы и посмотрели документы, они сделали предварительные оценки, передали цифры — 826 млн рублей. Зарубин сразу согласился.

13:36

Моляров тоже знал это, и ни у кого вопросов это не вызвало — собственник заинтересован в максимальной оценке своего актива.

13:36

«Да»

13:36

Непорожный: поставили ли его в известность, что поставили задачу максимальной оценки?

13:35

С оценщиками ему помогал Моляров. В том числе он получал вещественные результаты оценки.

13:35

Он рассказывает нюансы взаимодействия с оценщиками. Ничего необычного

13:33

Москвин связался с менеджерами для оценки двух больших предприятий.

13:33

Зарубин порекомендовал оценщика из Екатеринбурга — поскольку «Ренова» имела корни в этом городе.

13:32

В его обязанность входило максимизировать маржу от обмена активами.

13:31

Москвин принимал участие в оценках активов хлебозавода и молокозавода. Он также искал оценщика для «Зеленецкой».

13:31

Адвокаты просят, чтобы прокуроры задавали вопросы чётче —

«нам тоже послушать хочется».

13:28

Зарубину Москвин сам никогда не звонил. Только наоборот.

13:28

Москвин управлял безналичными средствами, как и Либензон имел запас наличных средств. Однако «разделения труда» в этом отношении не было.

13:27

«Распределения не было. Тот факт, что именно я передавал Гайзеру деньги, было связано с тем, что Кудинов просто позвонил мне…», — указывает он.

13:27

Непорожный уточняет, кто занимался наличными и безналичными переводами.

13:26

По работе с птицефабрикой периодически Москвину звонили Моляров, Смешной… и даже Гайзер однажды.

13:25

Распределяли между основными заинтересованными лицами средства более-менее равномерно.

13:24

Из документации Москвину известно, что средний объём прибыли Зеленецкой птицефабрики — 600 млн рублей в год. При этом доходы постепенно росли с годами. Половина прибыли шла на ремонт и допинвестиции, другая — на дивиденды

13:23

И уточняет, почему он зовёт преступную группу ОПС (организованное преступное сообщество — прим. ИА REGNUM ). Москвин ответил, что она подходит под определение этого понятия просто.

13:22

Непорожный теперь выясняет про образование Москвина.

13:22

В частности, регистрировали и в России, пока не произошло ужесточение законодательства — в частности, поэтому у «Скидона» был счёт в России, а у более позднего «Гриттонбэя» уже не было.

13:20

Офшоры типа «Невиста» и «Гриттонбэя» регистрировались на Кипре, чтобы пользоваться налоговыми льготами по выплате дивидендов — 5% налогов вместо 15% в России, например.

13:19

«Тамертон» — та самая группа, что реальными активами занималась, включая СМК, керамический завод и проект по сланцам

13:17

Средства «Тамертона» в виде займа компании «Ич холдинг», связанной с офшором, передавались «Промтрейду». Эта уже занималась дорожными работами в Коми — эпизод из описания схемы фирм-прокладок и офшоров.

13:16

Компания «Skidden», офшор часто фигурирующий в опросе, довольно старая, связана с «Невистом», на Кипре зарегистрирована не была. Фирма принимала и выдавала займы, «удобный инструмент для получения займов».

«Но поскольку у неё был счёт и какое-то время открытие счетов на вторую компанию в российских банков было не так зарегулировано, как сейчас, у неё был открыт здесь счёт (в отличие от второго офшора-прокладки Grittonbey, видимо)», — заявил Москвин

13:12

Прокуроры сами путаются в информации, просят повторить по два-три раза.

13:12

После продажи комбината Зарубин дал определённые распоряжения по расходованию средств. Большая часть была расположена в форме банковских векселей, часть, 50 млн рублей, на долю «Невист», которая перевела деньги в «Агрохолдинг». Кроме того, 20 млн рублей было решено перевести на ещё одну компанию, которая перевела деньги на свою дочернюю компанию, которая, в свою очередь, занималась электричеством в Коми…

13:11

Москвина продолжают расспрашивать про различные компании, за которыми стояли те или иные «финансисты-технологи». Вспоминает смутно

13:07

Говоря о технических аспектах конспирации, Москвин признался, что «с этим всё было плохо».

13:07

Москвин начал вспоминать, что вроде какой-то перевод был, но для чего он назначался, совершенно не помнит.

13:07

Теперь возникла заминка по поводу перевода средств от ещё одной компании — вроде «Акант», — компании, за которой стоял Моляров… Её Москвин не узнал.

13:05

Тем не менее Непорожный продолжает. Были ли группы в скайпе? Москвин не понимает. Прокурор поясняет — ну, как в вайбере и других мессенджерах…

13:05

«Кому-то смешно?» — строго рыкнул Непорожный.

13:05

Москвин уверяет, что просто решил им пользоваться из соображений удобства.

13:04

Непорожный допытывается до нюансов — использовался ли скайп для конспирации или просто так?

Череда вопросов развеселила адвокатов.

13:04

Все коммуникации шли через телефон, почту и скайп. До суда с Моториной и Смешным ничего не знал.

13:04

Это он заявил, отвечая на вопросы прокуроров о роли других «финансистов-технологов». Знает о них крайне мало

13:03

Москвин указывает, что роль других соучастников он определял уже косвенно — зачастую задним числом через различные правоустанавливающие документы.

13:00

Целая цепочка посредников вырисовывается.

12:57

Москвин лично передавал транши — водителю Соколова. Кто конечный выгодополучатель, Москвин не знал — лишь задним числом выяснялось, что какие-то деньги идут Ромаданову, а что-то — Чернову.

12:57

Из показаний Москвина получается, что Ромаданов одно время получал деньги от энергетиков и переводил средства через счета Зарубина

12:56

Большинство информации о подобных связях было возможно почерпнуть из тех документов, которые присылались Москвину на рабочую почту.

12:56

Москвин знал, что Смешной близок к Кудинову. Однако не видел их. Увидел в протоколе по распределению прибыли «Метлизинга», что со стороны «Агрохолдинга» подписывался Смешной — она занимал в 2010 году позицию директора.

12:55

Сухова спрашивает про других «финансистов-технологов»: Смешной и Моторина.

12:53

Сначала Москвин интерпретировал деньги, причитающиеся Чернову, как средства, которые должны пойти Ромаданову.

12:52

«Я-то знаю дело, в отличие от прокурора».

12:52

Защитник Чернова сделал замечание прокурору Суховой, что она запуталась в том, кому что передавали и через кого.

12:51

Комментировать ему это сложно.

12:51

Москвин задумался после вопроса, что ему известно о связах Гайзера, Ромаданова…

12:51

«Ромаданов получал деньги через своих партнёров, и эти деньги получал через Зарубина. Разные компании пересылали деньги на счета, уже не помню каких компаний, возможно была «Афина», и Зарубин каким-то образом, находясь в структуре «Реновы», передавал эти деньги Ромаданову», — указал он.

12:50

Никаких ссылок, никаких прямых поручений — конспирация у Зарубина была поставлена хорошо.

12:49

То, что Ромаданов связан с Зарубиным, он осознал далеко не сразу. Зарубин почти не говорил о нём. Москвину казалось, что Ромаданов занимается крупным бизнесом в сфере энергетики в Сыктывкаре.

12:49

Прокурор Сухова теперь спрашивает, кем представлялся Ромаданов и Соколов на тот момент Москвину.

12:49

Передача шла в течение нескольких месяцев 2015 года.

12:47

Москвин назвал конкретный адрес, по которому передавал деньги водителю Соколова.

12:46

Приходилось по 5−6−8 раз передавать деньги.

12:46

Количество траншей, например, по Соколову, варьировалось от 7 до 8 млн рублей. Транши были раздроблены, чтобы обезопасить транзакцию — на случай, если посредник попытается «кинуть» и так далее.

12:44

Деньги снимались за границей, потому что в России было опасно.

12:44

Все операции по передаче доходов членам сообщества, разумеется, были наличными.

12:43

Часто Зарубин задним числом утверждал в документации переводы своим доверенным лицам.

12:43

Однако узнал о том, что Чернов был выгодополучаталем, не сразу. Об этом Зарубин сказал задним числом, попросив отразить это в отчётности

12:42

Москвин также передавал деньги и Чернову — опять же через посредника.

12:41

«Изменение любых сумм в отчётности происходило только по влиянию или распоряжению Зарубина. Эти суммы могли меняться только по распоряжению самого Зарубина», — указывает Москвин.

Однако в текущий ход процесса, получается, Зарубин вмешивался минимально.

12:41

Москвин указывает, что Зарубин не особо вмешивался в процесс передачи, но отдавал общие указания.

12:39

«Деньги передавались траншами примерно по 7 млн»

12:39

«В несколько траншей сумма в 55 млн была аккумулирована», — продолжает Москвин

12:39

Москвин утверждает, что выдавал средства иногда «по интуиции», которая его, однако, не подвела.

12:38

К нему обратился Кудинов, который транслировал просьбу, согласно которой Гайзер хотел подъехать и получить деньги.

«Я её выплатил. 133 млн рублей в виде займа просьба — также была транслирована Кудиновым. По 55 млн рублей со мной связался Алексей Соколов. К тому времени я знал, что он близок с Константином Ромадановым», — поясняет Москвин.

12:38

Москвин поясняет

12:36

Прокурора обвинили, что он попытался подсказать Москвину.

12:36

Защитники изумлённо переспрашивают — как же так? Раньше же был Гайзер.

12:36

«Этот круг лиц… из подсудимых — никто с такой просьбой ко мне не обращался, помимо Алексея Соколова».

12:36

Непорожный спрашивает, что это за круг лиц.

12:35

«Я говорил, что к 2015 году я работал почти в течение шести лет, Зарубин доверял мне управлять счетами своих компаний (но не личными). За это время я успел привыкнуть к определённым подходам в отношениях Зарубина с его кругом знакомых. Я уяснил для себя, что если некоторые лица обращаются близкие… я не опасаясь никаких последствий мог выплатить им, и потом говорил, что подумает, как их зафиксировать в отчётности», — заявил Москвин.

12:33

Птицефабрика выплатила первые дивиденды «Метлизингу» не сразу, а в 2011 году. Затем Москвину и было поручено ею заниматься — распределением доходов на банковские депозиты.

12:30

Доходы, которые генерировали хлебо‑ и молокозавод, были несопоставимы с прибылью СМК и птицефабрики.

12:28

Москвин опять повторяет детали покупки СМК и «Птицефабрики».

12:28

Акции «Птицефабрики» были оценены в 1,1 млрд рублей.

12:27

«Зарубин в перспективе уже предполагал выгодно обменять заводы на акции Сыктывкарского меткомбината и «Птицефабрику» как более выгодные… Зарубину нужно было выбрать удобную схему для такого обмена, чтобы она выглядела более-менее законно».

12:27

Через четыре банка деньги перечислялись на другие проекты — это те самые счета, которые сейчас арестованы

12:27

Офшор, куда слались деньги из Метлизинга — Grittonbey Trading Ltd.

12:23

Остальные средства из той доли дивидендов, которая приходилась на офшорную компанию-прокладку, до сих пор находится на арестованных счетах в ряде банков.

12:22

Примерная сумма дивидендов, выведенных за рубеж — около 500 млн рублей, заявляет Москвин.

12:22

Москвин детально рассказывает о структуре офшоров Зарубина, о том, когда и для чего понадобились те или иные средства — о суммах прямой информации нет, но можно судить по банковским выпискам, говорит он.

12:22

Затем «Метлизинг» выплачивал дивиденды непосредственно офшорной компании. У неё долгое время не было банковского счёта, поэтому она официально просила «Метлизинг» перечислить деньги агенту — кипрской компании Skidden Financial Inc.

12:18

Про распределение дивидендов «Зеленецкой птицефабрики»: «Обычно при получении дивидендов выплачивалась (через «Метлизинг») соответствующая доля «Агрохолдингу» в размере 18%. Остальные деньги размещались на банковские депозиты, поскольку у компании Зарубина не было большой необходимости в деньгах. За счёт процентов по банковским вкладам «Метлизинг» содержал офис в Москве и штат сотрудников, которые работали на Зарубина».

12:15

Например, Веселову заплатили 13 млн.

12:15

«За счёт первого транша компания «Тамертон» рассчиталась с бывшими владельцами СПК», — указывает Москвин и перечисляет, сколько денег заплатили каждому из них — т. е. присутствующим в зале суда подсудимым…

12:13

В эту группу входило три компании, которые занимались каждая своим активом.

12:13

Отметим, что «Регион», в частности, владел группой компаний «Тамертон», и ей-то уже принадлежали как Сыктывкарский промкомбинат, так Жешартский керамический завод, а также некий «сланцевый проект».

12:12

Со стороны Фонда сделкой занимался Игорь Кудинов.

12:12

Сумма сделки по продаже комбината составила 268 млн рублей, из которых в декабре 2009 года Фонд заплатил 252 млн рублей, а оставшиеся 16 млн рублей были уплачены летом 2010 года

12:11

Финансирование сделок происходило за счёт личных связей Зарубина… Когда Сыктывкарский комбинат был продан Фонду поддержки инвестпроектов, Зарубин в отчёте тут же вычленил сумму своих инвестиций — он старался по максимуму использовать прибыль на свои цели.

12:09

У «Региона» было три дочерние компании, которые контролировали непосредственно уже реальные активы.

12:09

Прокурор Непорожный спрашивает, как использовалась эта аббревиатура — она фигурировала в некоторых отчётах. Было ли такое ЗАО реально, Москвин не знает.

12:08

Зарубин, Гайзер, Торлопов и Чернов владели этим комбинатом и были основными бенефициарами. Зарубин использовал даже аббревиатуру из первых букв их фамилий.

12:06

Теперь Москвин возвращается к продаже Сыктывкарского промкомбината и афёрам компании «Регион», которой он управлял.

12:06

«В один момент Зарубин сказал мне, что ему неудобно обсуждать вопросы с Вячеславом Михайловичем (Гайзером — прим. ИА REGNUM ), учитывая аппаратный вес последнего. Поэтому он решил обсуждать вопросы через Алексея Чернова», — заявил Москвин.

12:05

Потом он принял решение о продаже этой доли, «потому что это уже потеряло смысл».

12:04

97% принадлежало в итоге фонду, а 3% — фирме Зарубина. Такое положение сохранялось до 2015 года.

12:03

Использовал с продажи Сыктывкарского комбината в размере около 50 млн рублей.

12:03

В результате такого увеличения капитала, доля компании, подконтрольной прямо Зарубину, свелась почти к нулю. Он решился на дополнительный вклад со своей фирмы «Невист» в 2010 году.

12:02

Среди этих активов — прежде всего коммерческая недвижимость, в том числе и Зеленецкая птицефабрика.

12:02

После создания ООО, «Агрохолдингу» на баланс стали передавать разнообразную недвижимость, наполняя его уставной капитал.

12:02

«Зарубин обеспечивал себе право вето в отношении распоряжения имуществом Агрохолдинга», — подытожил он.

12:01

Он продолжает говорить про «Агрохолдинг».

12:01

  • Москвин: «Мне кажется, я опираюсь на известные мне факты».

12:01

Адвокат Чернова поддерживает своего коллегу.

12:01

Один из адвокатов выступил с ходатайством. Просит, чтобы свидетель не руководствовался догадками, а оперировал только фактами.

12:00

Несмотря на то, что Агрохолдингом на 76% владел Фонд, в уставе была включена оговорка о единогласном принятии решения Агрохолдинга. 24% принадлежали фирме, подконтрольной Зарубину.

11:59

Он был создан в форме ООО в 2008 году.

11:59

Создание «Агрохолдинга», дочерней структуры фонда, также происходило если не по инициативе Зарубина, то при непосредственном его участии и влиянии.

11:56

Сам Зарубин же и фактически утвердил кандидатуру губернатора региона, отмечает он.

11:56

Выглядит, что Москвин прямо и открыто излагает всё, что ему известно.

11:56

Из сообщений, получаемых им на почтовый ящик, следовало, что идея создания фонда поддержки инвестпроектов возникла в 2007 году, однако кто был автором идеи его создания, Москвин не знает.

11:55

«Не помню контекст обсуждений, не помню ничего из характера или целей… но из уст Бондаренко звучали слова «административный ресурс» или «административная поддержка». Не знаю, какую поддержку мог оказывать министр финансов (речь про Гайзера), однако сам факт этих выплат говорит о злоупотреблении полномочиями», — говорит он. Встречи происходили в 2005—2007 гг.

11:54

Ранее Москвин заявил о встрече в Москве участников группы — Кудинова, Бондаренко. Обсуждалась отчётность финансовой деятельности компаний, где содержались сведения о выплатах Гайзеру и другим.

11:54

Он собирается обобщить свои показания.

11:53

Почти с часовым опозданием заседание суда наконец-то открыто. Допрос Москвина продолжается.

11:50

Сам Москвин по данному делу проходит как свидетель, так как после согласия на сотрудничество со следствием его дело рассматривается отдельно от основного.

11:46

Москвин раскрыл детали не только по распоряжению имуществом «Птицефабрики Зеленецкая». Он рассказал о целой сети компании и облаке офшоров, через которые проводились инвестиции и извлечение дивидендов. Так, через одну из дочерних структур компании «Регион», которой он непосредственно руководил, были инвестированы заёмные средства в достройку Сыктывкарского промкомбината, Жешартского завода и вложений в другие объекты.

11:44

Распределение дивидендов, подарки — всё проходило под строгим контролем Зарубина. Хотя некоторым людям он доверял в достаточной мере, чтобы Москвин мог отправлять им деньги без предварительного согласования у Зарубина.

11:41

По его словам, Зарубин регулярно делал роскошные подарки ближайшим соучастникам — Торлопу, Чернову, Гайзеру… В том числе упоминались дорогое вино, часы и другие вещи.

11:39

Бухгалтерию он вёл в электронных таблицах, некоторые из которых были представлены на флеш-карте в суде.

11:39

Демьян Москвин в прошлый раз также рассказал о том, что лично передавал главе республики Гайзеру 6 млн рублей и 20 тыс. долларов.

11:35

В прошлый раз Москвин рассказал о том, как средства, выведенные с предприятий в офшоры, распределялись в различных долях между основными участниками ОПС. По его словам, схема с течением времени периодически менялась. По словам Москвина, другой «финансист-технолог» Лев Либензон занимался непосредственно личными финансовыми расходами Зарубина и распределением подарков основным участникам ОПС.

11:31

Сначала по делу проходили 20 человек. Двое из подозреваемых, — заместитель председателя правительства Коми с 2009 по 2015 год Константин Ромаданов и «финансист-технолог» Демьян Москвин, — заключили досудебное соглашение. Ромаданов признал себя «казначеем» преступной группы.

Бывший гендиректор ОАО «Комижилстрой» и гендиректор «Метлизинг» Антон Фаерштейн покончил с собой в СИЗО.

Главный организатор ОПС — Александр Зарубин, — предположительно, скрывается от следствия в Великобритании. Из России Зарубин уехал всего за несколько дней до задержания подозреваемых.

11:28

По данным следствия, чиновники получили свыше 198 млн рублей взяток, а также легализовали полученное преступным путем имущество на сумму более 988,5 млн рублей.

В том числе следствие обвинило чиновников в хищении 100% акций ОАО «Птицефабрика Зеленецкая» с финансовым ущербом в 3 млрд 346 млн 500 тыс. рублей. ОПС присвоила активы птицефабрики посредством передачи 95% её акций ООО «Метлизинг».

Второй по значимости эпизод — овладение средствами ОАО «Фонд поддержки инвестиционных проектов Республики Коми» более чем на 67 млн рублей посредством продажи по завышенной стоимости.

11:24

В числе подсудимых — заместитель Гайзера Алексей Чернов, председатель Госсовета Коми Игорь Ковзель, член Совета Федерации Федерального Собрания РФ Владимир Торлопов, руководитель регионального Фонда поддержки инвестиционных проектов Игорь Кудинов, экс-руководитель Сыктывкарского лесопильно-деревоперерабатывающего комбината Валерий Веселов.

На вторых ролях — привлечённые к деятельности преступного сообщества юристы и предприниматели, описываемые в деле как «финансисты-технологи»: Лев Либензон, Игорь Кудинов, Александр Гольдман, Сергей Смешной, Александр Третьяков, Наталья Моторина, Павел Марущак, Василий Маляров, Михаил Хрузин и другие.