Матильда в голову, бес в ребро? — как депутаты ГД РФ оправдывают терроризм

Разговоры вокруг Николая II и «Матильды» плавно переходят в акты террора, а депутаты и иные влиятельные лица продолжают твердить о простом оскорблении чьих-то чувств. Чем обусловлена такая слабая реакция на вопиющее беззаконие?

Дмитрий Буянов, 13 сентября 2017, 08:08 — REGNUM  

Флагман бессмысленной, беспощадной и очень печальной пропаганды образа Николая II (по какому-то недоразумению записанного в жертвы коммунизма), — всё еще не вышедший фильм «Матильда» — умудрился вытянуть до конца всю цепочку политического «поворота вправо»: от разговоров о примирении — к безнаказанному террору. Применение насилия для запугивания режиссера и потенциальных прокатчиков «Матильды» (что по определению и есть терроризм) вызвало самую разную реакцию, однако мало кто еще решается увидеть в этом этап опасного процесса, начатого отнюдь не в связи с деятельностью депутата Поклонской и грозящего закончиться совсем не только запретом одного отдельно взятого фильма.

Создается впечатление, что от этапа «мирной» пропаганды мы переходим к созданию отечественного православного аналога ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — террористическая деятельность которого подогревается, с одной стороны, криками о грозящей России от рук режиссера «Матильды» гибели, а с другой — странной мягкостью представителей власти к людям, вопиющим образом нарушившим закон. И неясно, что хуже: ведется ли эта игра с огнем сознательно или влиятельные лица уже не контролируют процесс?

В предыдущие века правящие слои любили пользоваться порочной практикой: если им необходимо было устранить политического противника (например, социалистов или коммунистов) — в ход шли «боевые отряды», составленные из малочисленных, но накаленно-реакционных групп населения. Действия их официально не поддерживались, но — в той или иной степени — сходили погромщикам с рук: кого-то «не могли» найти, кому-то давали помягче наказание… Пиком этой тенденции стали фашистские структуры: начав с убийства «левых» вождей, они перешли к штурмовым отрядам — а затем и к полноценной диктатуре, держащейся на терроре.

Менее ярких вариаций на ту же тему в каждой стране было множество. В дореволюционной России в этой роли в разное время выступали так называемые черносотенцы, часть казачества (в том числе вставшая впоследствии под знамена Гитлера), «общественные» организации офицеров, юнкера и т.д. Они устраивали провокации, громили газеты, устраивали избиения, поджоги и т.д. При этом беспрерывно распространяя собственную «контрреволюционную» агитацию.

Ошибкой было бы назвать условных черносотенцев «агентами Кремля», купленными бандитами и т.п. В любом обществе есть радикальные элементы, готовые — при небольшом попустительстве — перейти к действию. Их не обязательно готовить в лагерях, их просто нужно немного «разогреть» — например, мракобесной риторикой, напирающей на то, что «Отечество в опасности».

То, что вокруг темы антисоветизма в России бродят все темные силы, — секрет Полишинеля. После Второй мировой войны буквальные фашисты выживали исключительно на борьбе с коммунизмом и Советским Союзом. И нет оснований утверждать, что эта эстафета перестала передаваться. Показательно, что даже тема «примирения» начиналась изначально с подачи испанских франкистов — к слову, завсегдатаев российского посольства, пытавшихся выстроить отношения и с РПЦ. Вопрос не в этом.

Читайте также: Примирение «красных» с «белыми» или антисоветский реванш?

Вопрос в том, начинает ли заигрывать с этой черной, мракобесной стихией власть. Вспомним, например, самое начало истории противостояния Поклонской и «Матильды». Формальным поводом для этого послужило обращение от общественного объединения «Царский крест». Организация эта впервые «засветилась» в интернете (из ресурсов у них — группа в «ВКонтакте») именно в связи с травлей «Матильды» и до сих пор плотно занимается этой темой. После недолгих перестановок в руководстве группы «Крест» определился, что его руководитель — некий Александр.

Неравнодушные граждане быстро проанализировали его страницу в соцсети и нашли там весь «джентльменский набор»: Болотную, Навального, «русский марш», иконы Распутина, грех царебожия (когда Николай II считается повторившим искупление Христа), воспевание казаков из СС (выданных СССР в Лиенце) и даже символику эзотерического фашизма — черное солнце (считается символом Черного ордена СС). Знала ли бывший прокурор Поклонская, с кого всё началось?..

Теперь дело дошло до открытого террора, который представители власти и Церкви таковым признавать отказываются. Одни заявляют, что мотивация преступников им «понятна» (так же, как госпоже Алексиевич была понятна мотивация карателей-бандеровцев?). Другие говорят, что экстремисты просто отвечают на «отсутствие цивилизованного диалога» (как будто они находятся на стороне, которая хотя бы видела фильм). Третьи продолжают подливать масла в огонь и делают видеообращения типа «выход Матильды — смерть России!».

Вице-спикер Госдумы так и вообще дошел до сравнения выпуска фильма с отрицанием холокоста и выносом Ленина из мавзолея, а Николая Кровавого — с пророком Мухаммедом. Невольно задумываешься: в какой стране все эти годы провел господин депутат? Как же все эти массивы антисоветского кино, в котором большевики — сплошь кровавые палачи, насилующие балерин, а Ленин — Гитлер-сифилитик (но, конечно, «нельзя человека оскорблять по физическим недостаткам»)? Куда деть образ Сталина — «кровавого тирана»? Стоит ли вспоминать самые скандальные фильмы, вызывавшие бурю живого общественного возмущения, — вроде творений Михалкова и Кончаловского (фильм «Консервы» — оно как?)? А может, припомнить высказывания самой Поклонской в их адрес?

«Дело не в Поклонской, она не себя представляет, она не одна, за ней если не миллионы людей…» — вице-спикер не оканчивает замечательную фразу.

А ведь интересно: даже со всей этой пропагандой, иконами, «особо святыми» храмами в честь, истерией вокруг «Матильды» и пр. — «веру» скольких людей все-таки задевает фильм? О том, какова в России популярность Ленина и Сталина, сколько людей всё еще любят СССР — говорят постоянно проводимые опросы, голосования, конкурсы (типа «Имени России»). И, несмотря на мнение народа, на них упорно продолжают лить грязь — и господ депутатов это почему-то не волнует.

Сколько же людей представляет Поклонская? О каком проценте населения так печется вице-спикер? На что они опираются, говоря о «народном возмущении»? На группу террористов и небольшие компании странных людей, тут и там ходящих с плакатами о «Матильде»?

А ведь речь-то идет не о фильме, где Николай II представлен кровавым тираном (хотя на то есть веские основания). Не о фильме, где царя обвиняют в глупости, близорукости и обрушении Российской империи. Не о фильме, где показано, как Николая скидывают все, начиная от его ближайших друзей, клевретов, Церкви — и заканчивая обычными солдатами и крестьянами. А о фильме, где царь показан то ли человеком с присущими ему слабостями, то ли вообще новым секс-символом (кино нужно же еще посмотреть). Потерь от этого нет никому: молодежь «клюнет» на героя-любовника, царебожники — получат повод для агитации, православные — докопаются до правды, подняв еще раз исторические факты. Для сравнения: проклятие СССР или приравнивание Сталина к Гитлеру — эти две любимые темы нашего кинематографа — могут обернуться для России денежными репарациями, потерей места в международных организациях и пр. «радостями», гораздо более близкими к «краху Отечества».

В общем, скандал вокруг «Матильды» явно высасывали из пальца ради пиара высокостатусной «жертвы коммунизма» и подогревания «белых» настроений. Значит ли это, что такая мягкая позиция к «правым» террористам и погромщикам — часть этой тенденции? Будем надеяться, что это останется просто пессимистичной теорией.

Однако через ее призму можно по-другому взглянуть, например, на раздувание значения казаков с идущим «на фоне» проектом насильственного увеличения их числа на Кубани — и на скандалы вокруг него, связанные с пропагандой нацистской «Казакии» и возвеличивания атамана Краснова. Конечно, как и в 1917 году, большинство казаков — нормальные, адекватные люди. Но медийное пространство полно абсолютно «погромными» акциями: сознательно высвечивается та часть казаков, что призвана решать все проблемы нагайкой. А вот протесты нормальных казаков против создания для них мракобесного образа в СМИ найти тяжело.

История показывает, что погромщикам и «черносотенцам» в итоге ничего не перепадает: они — лишь инструмент в чьих-то руках, который при первой же возможности выбрасывается. Однако в 1917 году господ, желающих огреть всю Россию нагайкой, а также стоящую за их спинами элиту, как сказали бы сейчас, «мягко и корректно» поставил на место организованный в Советы и вооруженный народ. Ныне ситуация не столь критичная — и борьба с провокаторами и экстремистами поручена государству. Власть должна определиться с позицией, прекратить подливать масла в огонь и поставить всех, кто вышел за рамки закона, на место. А народ внимательно за этим посмотрит.

Читайте развитие сюжета: Учитель, Поклонская, «Матильда» и демократия. Что лишнее?

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail