Глава Ассоциации промышленников и предпринимателей Санкт-Петербурга Сергей Федоров рассказал ИА REGNUM, почему развитие города невозможно без смены системы управления и зачем Петербургу нужен свой Столыпин.

Сергей Фёдоров
Сергей Фёдоров
Apppiter.ru

***

Сергей Владимирович, как бы вы сформулировали, какой должна быть в современных условиях модель экономики Петербурга и в чем главное препятствие на пути ее создания?

— Мы должны понимать, что та система управления экономикой, которая у нас выстроена, не работоспособна при цене на нефть ниже $50, и самый главный для нас вопрос — смена системы.

Вне всякого сомнения, я бы объединил два субъекта федерации, Петербург и Ленобласть. Это повысило бы управляемость территории, особенно со стороны федеральных структур. Объединением можно сэкономить массу ресурсов и быстрее решать многие задачи, скажем, по развитию территорий. Главной причиной того, что регионы не объединяются, является боязнь тысяч чиновников потерять свою работу.

Для решения своих экономических задач при существующей системе управления нам необходимо найти жёсткого и квалифицированного лидера. Таким премьер-министром и лидером экономической перестройки в прошлом веке стал Пётр Столыпин. Он начал работать на своем посту в 1905 году, и через пять лет мы были уже на шестом месте в мире по уровню развития реального сектора экономики. Его убили свои российские коррупционеры, которых он лишил незаконных источников обогащения.

«Столыпин» — это человек одновременно решительный и разумный?

— Конечно. Ключевое качество при этой системе управления — решительность. Время для эволюционных изменений в экономике России безвозвратно утеряно. Мы не трогаем государя всея Руси и вертикаль власти, я по своему убеждению придерживаюсь именно этой структуры управления. Из истории нашего государства видно, что подобная вертикаль управления добивается успехов только тогда, когда управляется сильной, жёсткой и квалифицированной рукой.

Надо признать, что правительство города много делает для того, чтобы поставить экономику на ноги. Но что смущает? Я имел честь работать еще при Собчаке, с первым вице-губернатором Петербурга, председателем комитета экономики, промышленной политики и торговли Дмитрием Сергеевым. Еще тогда можно было видеть, как работает система управления при вертикальной структуре власти. В те годы за развитие экономики города отвечал один профильный вице-губернатор, а сегодня их у нас как минимум четыре: Албин, Мокрецов, Мовчан, Бондаренко. А если добавить и того вице-губернатора, которого назначили управлять районными администрациями (надеюсь, что перед ним поставили цель — повысить их экономическую эффективность), то Константин Серов — пятый экономический вице-губернатор. Не много ли это?

Это вызывает проблемы с отсутствием единоначалия?

— Наша система управления без единоначалия работать не может. Причем я не говорю, что эти чиновники — плохие люди. Уверен, они отличные специалисты. Но рукой лучше бить, когда все пальцы руки плотно прижаты друг к другу, т. е. в кулак.

А почему их стало пять?

— Потому что чиновничий аппарат разрастается. Раньше было семь околоэкономических комитетов, теперь их шестнадцать. Зачем столько комитетов, если нам нужно концентрировать систему управления? У нас 127 ГУПов, которые питаются из бюджета, и они продолжают появляться. Скажем, комитет имущественных отношений создает силовые структуры для уничтожения малого бизнеса на местах во внесудебном порядке. Созданная система управления не сможет эффективно решать задачи, поставленные президентом страны. Почитайте майские указы главы государства и проанализируйте, как они выполняются на местах.

Система работает на себя?

— Да, она расширяется. Приятно, когда у тебя три заместителя, приличная секретарша, машина с водителем. Туризм — важное направление? Важное. Давайте создадим комитет. А малый бизнес — важное? Важное, давайте тоже создадим. Потом отдельный комитет по промышленности, и так далее.

Это неверный и пагубный путь. Мы понижаем управляемость этих структур. Чтобы изменить эту ситуацию, нам и нужен петербургский Столыпин. Он бы сказал: всем спасибо, а теперь мы начинаем работать по-другому.

Петр Столыпин
Петр Столыпин

Есть люди, похожие на «Столыпина»? Игоря Албина хвалят как раз за решительность.

— Я с ним лично не знаком. Дела его мне импонируют. Но готов ли он сыграть такую роль — я не знаю. Это ведь страшно. Столыпина убили, причем убили свои. И если сейчас начать наступление на интересы крупных госмонополий, то это может кончиться тем же. Готов ли он?

Второй вопрос — это муниципальная власть. У нее есть собственные бюджеты, которые, что интересно, зависят от того, какое число малых предприятий находится на их территории. Чем больше предприятий, тем больше денег. Но у этих муниципальных образований, во-первых, нет никаких полномочий, а во-вторых, если они начинают зарабатывать деньги самостоятельно, то их лишают городского субсидирования.

То есть смысла работать нет.

— Ничего не делаешь — деньги идут. Начал работать — деньги перестали идти. Ну и кто будет работать? Мы уже вырастили класс чиновников-муниципалов, которые не хотят ничего менять. Нам необходимо сменить всю муниципальную систему управления. Сегодня в городе 111 муниципальных образований. Если их число сократить до 18 (столько в городе районов), то муниципальные депутаты существенно активизируют экономические усилия районных администраций. Взаимодействие муниципальных и районных властей приведет в действие первый закон философии — закон единства и борьбы противоположностей. Этот фундаментальный закон показывает единственный демократичный и законный источник развития. Развитие происходит лишь тогда, когда вы разрешаете противоречия, а не тогда, когда вы сидите, а холуи говорят вам, какой вы великий, могучий и всезнающий.

Следующий вопрос — госмонополии. Это — «шедевр» и экономическое безобразие. Стоимость «Газпрома» за 9 лет в рублевом исчислении сократилась почти втрое, в евро — почти впятеро. Если у вас есть сумма денег и активов, и вы наняли меня ими управлять, а я вам говорю, что через пять лет теперь у вас впятеро меньше денег, то что вы со мной сделаете? Вы мне скажете: ты хороший парень, Сергей, но разреши, я подыщу кого-то другого. Но ничего подобного не происходит, если вы управляете государственной монополией. Почему все чиновники довольны состоянием госмонополий? Отгадайте с трех раз.

Если говорить о Петербурге, то я был борцом против компании «Ленэнерго», докладывал городскому правительству, что легально и за разумные деньги присоединиться к электричеству в нашем городе невозможно. О том, что создана крупномасштабная федеральная коррупционная структура. Последним шедевром этой структуры было постановление правительства РФ от 04.05.2012 года №442, которое разрешало компаниям типа «Ленэнерго» брать деньги за потребляемую мощность с компаний, не сумевших заключить с монополией договор, не по показаниям электрического счетчика, а по толщине входного кабеля. Если вы не платите взяток и огромных денег за подключение, то с вас берут не столько денег, сколько электричества вы потребляете, а в зависимости от толщины кабеля, который вам дали.

Таким способом только в Петербурге компания «Ленэнерго» собирала и продолжает собирать от 3 до 6 млрд (экспертная оценка) рублей криминальных или коррупционных денег. Наша Ассоциация многократно обращалась в правоохранительные органы РФ, в том числе и в генеральную прокуратуру, с просьбой выяснить, кто и как подсунул премьер-министру 193-страничное постановление №442 правительства РФ, где на (кажется) 168-й странице мелким шрифтом написано про возможность брать средства по толщине входного кабеля. Главной целью этого постановления, по мнению экспертов Ассоциации, было положить себе в карман еще несколько миллиардов, отнятых у малого и среднего бизнеса. Причем только в Петербурге это постановление дочитали до нужной страницы. Ни в одном другом регионе нашей страны этого не происходит.

Сотрудники «Ленэнерго»
Сотрудники «Ленэнерго»
Lenenergo.ru

У всех госмонополий растут тарифы и стоимость подключения, а государство ничего от этого не имеет. Вокруг каждой монополии образовались сотни компаний, которыми руководят чада, домочадцы и жены топ-менеджеров этих монополий и государственных чиновников. Ты приходишь в такую якобы коммерческую структуру, а тебе говорят, что только компания «Ласточка» может перебросить кабель с одного силового трансформатора на другой, но стоить это будет три с половиной миллиона рублей только на разработку проекта. А если вы найдете другую компанию, то монополия просто не согласует вам этот проект.

Приблизительно по такой же схеме работает и «Водоканал». Если у вас пропадает вода, то «Водоканал» приезжает, закрывает вентиль и дает вам телефон компании «Лютик». Вы говорите: этот вентиль у вас на балансе, какой на хрен «Лютик»? Ремонтируйте! Они отвечают: обращайтесь официальным путем, мы через месяц пришлем ремонтную бригаду, а ваше предприятие, в котором триста человек рабочих, будет месяц стоять без воды. В итоге люди открывают люки и чинят сами, а «Водоканалу» Санкт-Петербурга в очередной раз выделяют миллиардные бюджетные субсидии. Стоимость воды, электроэнергии, тепла в этом июле выросла более чем на 10%. Вопрос: а зачем мне, чиновнику или главе монополии, модернизироваться при такой системе управления? Зачем, если у меня и так все есть?

У них нет заинтересованности в развитии?

— Выстроена многоуровневая коррупционная система взаимодействия профильных комитетов правительства города и государственных монополий. Губернатора, Георгия Сергеевича, просто обманывают. Я слышу в докладах городского правительства, что якобы к сетям можно присоединиться за семь дней. Где?! Это значит, что реальную обстановку губернатору не докладывают. Меня же некоторые городские чиновники за критику системы управления экономикой попытались записать чуть ли не в «пятую колонну». На что им было доложено, что в правящую партию «Единая Россия» я вступил еще когда она называлась «Единство».

Необходимо сделать фундаментальный вывод: «Без наведения элементарного порядка в функционировании городских естественных монополий нечего и говорить о развитии реального сектора экономики. Сегодня в Петербурге «стартовать» в реальном секторе экономики невозможно. Пока эта задача не имеет решения. Очень важно отметить что вся система поддержки бизнеса, как федеральная, так и городская, заключается в раздаче бюджетных средств: понижение налоговых или кредитных ставок, субсидирование лизинга, снижение налогов или прямая раздача денег.

Потом тех, кто получает субсидии, выводят в СМИ и они, разрывая на себе рубахи, рассказывают, как у нас все хорошо. «Просто нужно научиться правильно заполнять документы!» Компании, к которым я имел отношение, дважды пытались получить субсидии из городского бюджета. В первый раз с меня запросили откат в 60%. В стране, которая занимает 132-е место по уровню коррупции, помогать бизнесу методом раздачи бюджетных средств — это нонсенс или бессмыслица.

Коррупция есть везде, и чтобы ее сокращать, нужно усложнять им «работу». Воровать должно быть очень сложно. Для этого нужна правоохранительная система, которая у нас отсутствует. Она не плохая и не хорошая, ее просто нет. Полиция превратилась в ЗАО, которое работает исключительно за деньги. Хочешь отобрать у кого-то собственность — плати. Хочешь защититься от этого — плати.

Дело
Дело
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Вы говорите про систему управления, и это, возможно, основной вопрос, но что же сам бизнес? Или нужно просто навести порядок, вернуть логическую систему, и всё будет развиваться?

— Конечно. Нужно обеспечить малому и среднему бизнесу нормальную среду обитания, тогда наш креативный и толковый российский народ сам всё сделает. А мы вместо этого создаем «дома предпринимателей», выделяем деньги, выделяем здания, но в этих зданиях нет ни одного предпринимателя. И это очередной пример неэффективности системы управления. Пока мы создаем ГУПы и строим дома предпринимателей, более 50% мелкой розницы нашего города уже ушли в тень, потому что сетевые структуры, не заинтересованные в развитии конкурентов, «решили» эти вопросы с профильными государственными чиновниками.

Отдельный вопрос — это кадровая политика. Сейчас, если ваш папа не находится в системе, то продвинуться по служебной лестнице почти невозможно. Назначение на руководящие должности в госкомпаниях и во власти решаются, с моей точки зрения, либо за деньги, либо по ходатайству. Это неверный путь, это — ущербная система управления. Можно вспомнить, как было при коммунистах. Скажем, было невозможно стать министром экономики, не пройдя весь путь снизу вверх. А сейчас многие назначения государственных управленцев всех уровней вызывают вопросы и удивление.

Чиновники боятся потерять свои места. Это — животная боязнь. То, что я предлагаю, с точки зрения экономики делать надо, а с точки зрения выживаемости чиновников, делать нельзя. Но если этого не сделать, то мы нашу сегодняшнюю страну Россию можем потерять так же, как потеряли СССР. Холуи будут говорить, что всё хорошо, потому что если ты начнешь говорить иначе, это закончится твоей отставкой.

Как этот «Столыпин» может появиться в городской власти?

— Я думаю, что он должен там появиться, потому что по-другому задача не может быть решена. Президент должен поставить на это место человека, который представит ему дельную программу. Президент должен будет дать ему карт-бланш, потому что через пару месяцев после того, как «Столыпин» начнет работу, выяснится, что он не с той девочкой спал или не там разменял стодолларовую купюру. Через полгода на него заведут уголовные дела, а через год попробуют убить. Значит, у него должно быть личное «добро» от главы государства.

Читайте также: «Туризм для Петербурга — это тупик в развитии»

Читайте также: Чиновники должны научиться говорить «нет»

Читайте также: России нужна экономика с расчётом на «землетрясение»

Читайте ранее в этом сюжете: «Петербург — это вам не комсомольско-прожектёрская кампания» — интервью