«Осуждение экс-президента Лулы, разворачивающийся процесс по обвинению в коррупции действующего президент Мишела Темера — наглядная демонстрация того, что фактически всеми процессами, и в первую очередь политическими, в южноамериканском гиганте заправляют прокуроры и судьи, — убежден журналист. — Бразилия задыхается от коррупции и ведение дел против этого зла развязывает руки судейским, которым народ готов разрешить все, лишь бы обещанная нормализация жизни состоялась».

Pixabay.com
Флаг Бразилии

Автор обращает внимание читателя на то, что «в последние годы в стране была задержана не одна сотня высокопоставленных госчиновников: министров, губернаторов, сенаторов, конгрессменов. И не одна тысяча проходит по делам в качестве предполагаемых соучастников в незаконной деятельности».

«Луис Инасиу Лула Да Силва стал первым экс-президентом страны, осужденным на реальный тюремный срок. Но далеко не последним, — уверен корреспондент.

Впрочем, отмечает он, бразильская политическая власть перед судебной еще не выкинула белый флаг. И свидетельством тому смещение жействующим главой государства Темером Генерального прокурора страны Родригу Жанота с занимаемого им поста через считанные дни после подачи высокопоставленным юристом ходатайства в Верховный Суд о возбуждении дела «о причастности к пассивной коррупции» президента страны.

«В Бразилии всегда считалось одним из главных показателей независимости прокуратуры от политической власти уважение к решениям, принимаемым генпрокурором. Впрочем, это было во времена, когда и прокурор был персоной доверия президента. Теперь же наступают иные времена, — размышляет Том Авенданьо. — Персону доверия номер один, вышедшую из доверия меняют на персону доверия номер два — заместителя генпрокурора республики Ракель Додж. Вряд ли позиция прокуратуры от этого изменится — у Додж не меньший опыт борьбы в коррупцией, чем у Жанота, но сегодня этот жест можно считать пощечиной тем судейским, которые считают, что они теперь в стране заправляют всем».

Ранее в этом сюжете:

Экс-президент Бразилии считает свой приговор политическим заказом

«У Лулы равные шансы — исчезнуть из политики или избраться президентом»