Бывший министр обороны Швеции Бьерн фон Сидов посетил Литву, где заявил, что «понимает» беспокойство Вильнюса из-за «российской угрозы», и заверил, что его страна чувствует себя ещё в меньшей безопасности, поскольку в отличие от Литвы не входит в НАТО. Однако вступление в НАТО — вопрос времени, уверен политик. ИА REGNUM сегодня, 13 июня, публикует перевод с литовского языка интервью шведского политика, которое он дал литовскому изданию Lietuvos rytas:

НАТО
НАТО
(cc) Nicolas Raymond

«У меня нет видения, как Россия поворачивалась бы к демократии в ближайшие десятилетия, поэтому ее соседи должны это учитывать», — сказал глава комиссии по вопросам обороны Швеции, член шведского парламента, бывший министр обороны и спикер парламента Бьерн фон Сидов.

В 2014 году в прессе можно было найти, как комиссия по вопросам обороны Швеции говорит, что если на члена НАТО нападут, или с ним случится катастрофа, Швеция не останется пассивной. Что это означает? Или это какое-то неформальное членство в НАТО?

Мысль такая — если на члена ЕС или Северного совета напали бы, Швеция выразила бы солидарность с тем государством. Если говорить о партнерстве с НАТО ради мира, его цель — укрепить сотрудничество с теми же самыми государствами — членами ЕС. НАТО особенно отличается в сфере оборонных технологий.

Для обороны стран Прибалтики стратегически очень важен остров Готланд. Поэтому интересно, чувствуете ли вы на встречах с балтийскими коллегами давление, призывы присоединиться к НАТО?

Да. Большинство придерживается мнения, что Швеция должна стать членом НАТО, но они понимают, что независимое государство остается независимым только в том случае, если оно независимо принимает решения. Они уважают нашу позицию. А мы им говорим, что предпринимаем действия. Мы укрепили силы на Готланде. И дальше будем укреплять. Не знаю, заметили ли вы, но не один американский генерал и сам министр обороны заявлял, что суверенитет Швеции, в том числе острова Готланд, необычайно важен для самой Америки.

Как вы считаете, почему число добровольцев, которые идут в профессиональную армию, заметно сократилось, что Швеции вновь пришлось вернуть призыв?

Должен напомнить, что решение по поводу нового видения армии не было абсолютно единогласным. Оно было принято без поддержки моей партии — социал-демократов, а также без поддержки других левых. Скорее всего, это новое видение опиралось на мысль, что в армии не нужна повинность. Это движущая мысль новой концепции. Я сам не одобряю это, потому что страна с таким маленьким населением (8 или 10 млн) не сумела бы привлечь достаточное число солдат. Поэтому меня это совсем не удивило, что новый порядок не привлекает достаточное число военных, которые были бы профессионалами, но точно также мотивированы. Между тем призыв символически подчеркивает гражданский долг. Это общественный взгляд, который очень важен для демократии.

Из-за иммиграции Швеция становится мультикультурнее. Это вызов или возможность для армии призывников? Вы склонны призывать армию приезжих из других стран, ныне проживающих в Швеции?

Если ты гражданин, тебя призовут. Мне кажется, что у мигрантов лучше идут дела, когда они прикасаются к основам шведского общества. И здесь в первую очередь везет женщинам. Приезжие женщины сразу чувствуют, что здесь легче, больше автономии, больше уважения со стороны мужчин, более открытый рынок труда, можно современнее воспитывать детей, без всякого насилия. Молодые женщины лучше, чем мужчины, чувствуют шведскую атмосферу. Я больше беспокоюсь из-за молодых мигрантов мужчин. У них не получается привыкнуть, скажем так, не к гегемонии шведской культуры, а к существенным ценностям. Например, если я хочу стать гражданином, и они просят идти в армию, а мне 27 или 29 лет, то может и стоит попробовать. Нужно стараться ради национальной идентичности, и для этого необязательно отрезать свои корни. Их тоже уважают, я уверен.

Повлияла ли как-то Россия на решение вернуть призыв?

Конечно. Положение в регионе Балтийского моря ухудшается, также у южных границ России, на северо-западе. Россия сама ухудшила это положение. Нам была нужна более сильная армия, в которой было бы больше бойцов, подготовленных должным образом. В том числе военных, которые хотели бы стать офицерами. Достаточное число военных связано с призывом. А сделать это не позволяла система, принятая в 2009 году. К сожалению.

Как вы считаете, почему Россия прибегла к провокациям и против Швеции, которая не является членом НАТО? Здесь я говорю о подводных кораблях у Стокгольма (в Швеции не раз объявляли, что обнаружили российские подлодки в своих водах, но в итоге никаких доказательств так и не привели, а в одном случае замеченный объект и вовсе оказался гражданским судном самой Швеции, однако пропаганда в итоге сделала своё дело и теперь о подлодках в шведских водах говорят, как о состоявшемся факте, хотя в итоге его опровергли сами шведские военные — прим. ИА REGNUM ), военных самолетах, имитирующих атаку против Стокгольма и так далее. Какой была ваша реакция?

Меня это очень удивило. Если рассуждать об интересах самой России, то все сработало абсолютно наоборот. После этих агрессивных действий больше людей склонны присоединиться к НАТО. Россия сделала большую ошибку, к чему бы она не стремилась. Меня очень удивило агрессивное движение в море и тренировки в воздухе против Швеции.

Как вы думаете, почему Россия стала более агрессивной? Связано ли это с изменениями в международной системе, например, участившимися гуманитарными интервенциями, или это больше внутренние проблемы? Знаете, российские политики любят жаловаться, что на них давит НАТО…

Мне кажется, что если посмотреть на настроения жителей России, которые все еще можно предугадывать с помощью честных опросов, то мы обнаружили бы сильные национальные, консервативные чувства. Много русских все еще отожествляют себя с прежними системами. Даже рейтинги Сталина, Брежнева хорошие, когда русские оценивают прошлое. Это страна, где люди смотрят в прошлое, вместо того, чтобы мирно конкурировать ради будущего. Еще нужно обратить внимание на то, как распался СССР. Он оставил толпы без имущества, без прошлого. Банкроты. Все это можно сравнить с таким поражением, какое Россия потерпела в 1917—1918 годах. Это наполовину военная катастрофа. По опыту мы знаем, что в странах, потерпевших военные, социальные катастрофы, настроения националистские, консервативные, люди постоянно оглядываются в прошлое. На основании прежнего идеологического климата, которому несколько сотен лет, который связан не только с коммунизмом, настроение россиян уже примерно с 1994 года повернулось к национальной консервативности. А господин Путин этим воспользовался и поощряет это. Я пытаюсь так рассмотреть ситуацию, пытаясь понять, почему люди, видящее реальное положение дел, склонные выбирать авторитарный режим и так привлекать внимание соседей на Западе, США.

Слушая ваши речи об интерпретации прошлого России, я подумал, что Швеция тоже когда-то была сильной монархией, но в конце концов, повернулась в сторону демократии. В чем ваш секрет успеха, и подходит ли это современной Украине, России, может, можно было бы чему-нибудь научиться?

Части шведского общества понадобилось 200 лет, чтобы смириться с потерей позиции большой силы, что по сути произошло в 1718 году. Одним из основных моментов при выборе нового пути была своеобразная парламентская система в XVIII веке. Также — развитие науки и технологий, чтобы стать более конкурентоспособными без войны понадобились наука и технологии. Если Украина и Россия смогут это понять, тогда да. В большинстве аспектов мы точно так же «разгромлены». Но зачем копаться в этих наших и ваших трагедиях? Здесь стоит выбирать развитие, направленное на будущее. Давайте привлечем женщин. Можно и здесь найти ответ, почему Швеция встала на ноги после окончания пусть и короткого периода, когда она была большой силой в Европе.