Убийцу, которого официальные структуры объявили в розыск, но не разыскивали. Кровожадного маньяка, при помощи и поддержке американских спецслужб перебравшегося в Боливию, где преспокойно прожил четыре десятка лет после того, как рухнул режим, которому он служил.

Осужден на пожизненное заключение за преступления против человечности
Осужден на пожизненное заключение за преступления против человечности
Thetattoohut.com

Экс-шефа гестапо в Лионе, за свои деяния трижды (в 1947, 1952, 1954 гг.) заочно приговоренного к смертной казни, но в итоге помещенного в тюрьму для отбытия пожизненного заключения по четвертому приговору (1987).

Наконец, шпиона, завербованного разведслужбой США и готовившего под ее патронатом покушение на Сталина (в итоге так и недоразработанное).

Из овец Божьих — в волки

Николаус Барби, чаще называемый просто Клаус, родился 25 октября 1913 года в Бад-Годесберге, входящем ныне в землю Северный Рейн-Вестфалия. Понятно, что в работе с данными персонажей подобного уровня и размаха всегда есть место сомнениям в их соответствии действительности, но, по крайней мере, те же дату и место рождения называет боливийский историк, писатель и журналист Карлос Сория (Carlos Soria Galvarro Terán) в своей книге «Барби Альтман. От Гестапо до ЦРУ».

Родители Клауса были весьма набожными людьми и хотели, чтобы сын стал слугой Божьим: изучал теологию, принял впоследствии сан католического священника. Но отец рано умер, а матери не удалось повлиять на характер и устремления мальчика, бросившего учебу в 1935-м в силу увлеченности идеями национал-социализма и вступившего в тот же год в СС, а через два года — в НСДАП и чуть позднее перешедшего на службу в тайную полицию Германии (гестапо). Благодаря проявляемой животной жестокости к «врагам Рейха» быстро продвигался по службе, в 1941 г. способствовал аресту в Голландии 1400 евреев, за что был отмечен Железным крестом.

Слух о его жестокости и преданности фюреру бежал впереди него, открывая горизонты — в 1942-м он был назначен главой гестапо в Лионе, став одной из ключевых фигур в борьбе и планомерном уничтожении гитлеровцами бойцов французского Сопротивления. Для «достойного исполнения функций» Барби прошел ускоренный спецкурс «Организация и ведение войны на подавление повстанческих бригад», обнаружив при этом «заложенные природой способности быстрого поиска, обнаружения и уничтожения врагов».

«Шагая по служебной лестнице гитлеровской элиты, — отмечает Сория, — Клаус Барби быстро поднялся до уровня Геринга (командующего люфтваффе), с той лишь разницей, что последнему, чтобы войти в число избранных, не потребовалось погружать руки по локоть в кровь человеческих жертв».

Барби после ареста (слева) и в форме офицера СС
Барби после ареста (слева) и в форме офицера СС

Варварская страсть к пыткам

Как глава гестапо в Лионе, он был ответственным за депортацию тысяч евреев прямиком в Освенцим или во французский концлагерь Дранси, откуда их переправляли уже в Польшу. Американское правосудие после окончания войны обвиняло его в отправке семи тысяч человек в лагеря смерти. Но не это сделало Барби знаменитым. Свое прозвище Мясник он получил за варварское отношение к тем арестованным, кто попадал в его лапы по подозрению в участии в Сопротивлении.

Музей ужасов

Но это было не то, что сделало его известным. То, за что он получил прозвище «Мясник», было варварство, с которым он относился к заключенным, обвиненнымв принадлежности к французскому Сопротивлению.

«Барби, «офис» которого располагался в здании Школы военной медицины Лиона, превратил его в настоящий музей ужасов, — писал в своей книге «Бросая вызов Гитлеру» (Desafiando a Hitler) испанский политик-республиканец Хесус Эрнандес (Jesús Hernández Tomás). — Камеры пыток были «укомплектованы» ваннами, наполнявшимися ледяной водой, столами с привязными ремнями, газовыми горелками и аппаратами, вызывающими поражение человека электротоком. Для усмирения наиболее непокорных заключенных использовались специально натренированные на укус определенных мест собаки. Особое удовольствие Барби доставляло срывать ногти арестованным или загонять под них раскаленные иголки, а также зажимать пальцы рук в двери и закрывать их раз и другой, пока суставы не превращались в месиво».

Именно от такой пытки скончался в «музее ужасов» лидер французского Сопротивления Жан Мулен.

«Барби впрыскивал кислоту в легкие несчастным, наблюдая за их реакцией, — свидетельствовал английский писатель, историк и академик Гай Уолтерс (Guy Walters) в своей книге «Охота на зло» (Hunting Evil). — А одним из любимых его трюков было стрелять еврею из пистолета в затылок, заняв позицию на верхней ступеньке лестницы. Гордость распирала «ковбоя», если жертва совершала кувырок, получив удар пули. Он вел себя как настоящий мясник-раздельщик туши, экспериментирующий, как удобнее отсекать куски мяса, сохраняя при этом свой рассудок холодным».

Отметился Лионский мясник и в борьбе с детьми.

«6 апреля 1944 года он с группой солдат приехал в детский дом городка Изьё. Захваченных здесь сирот (44 ребенка еврейского происхождения) фашисты погрузили в машину, забрасывая в кузов, как мешки с картошкой. Пытавшихся бежать били прикладами автоматов в голову. Всех отправили в Дранси, — пишет американский журналист Эндрю Нагорски в своей книге «Охотники за нацистами» (The Nazi Hunters). — Мясник отправил в Берлин телеграмму, информирующую о «ликвидации детского дома» как большой победе над взрослым вооруженным до зубов войсковым подразделением противника: «На рассвете мы ликвидировали колонию еврейских детей в возрасте от 3 до 13 лет. Кроме того, мы с успехом арестовали весь еврейский персонал, обслуживающий ее, — 10 голов, пять из которых — самки. Арестованные доставлены в Дранси для последующей отправки в Освенцим».

Агент США против Сталина

После окончания Второй мировой войны Лионскому мяснику удалось скрыться от правосудия союзников — место на скамье подсудимых для него выделялось трижды, каждый раз он получал смертную казнь, но зачитывался приговор в пространство: судили Барби заочно, на случай, если поймают. Поймать его было сложно. Потому что практически никто и не ловил — Мясника по свою крышу приняла американская разведслужба CIC, и для судебных органов Франции (а позднее и ФРГ) он превратился в невидимку.

Многочисленные «конторы» Соединенных Штатов еще в конце войны занялась сбором информации о нацистских преступниках, которых можно было бы завербовать для будущей холодной войны «против мирового коммунизма, свившего гнездо в Советском Союзе». Клаус Барби одним из руководителей американской контрразведки Робертом Тэйлором был охарактеризован, как «целеустремленный, честный добросовестный, умный человек, не скрывающий своей антикоммунистической нацеленности идеалист, безгранично преданный национал-социализму и считающий, что идеи этого течения были преданы теми, кто правил Германией».

Трудно даже себе представить, как эти качества можно уместить в одном лице, но Тэйлору разглядеть все их в Лионском мяснике тем не менее удалось. «Честный человек» с ярко выраженными садистскими наклонностями как нельзя лучше подходил для противостояния «коммунистической заразе». Так Клаус Барби стал сотрудником ЦРУ, одним из ответственных «за подрыв СССР и могущества лично Сталина». Проекта, оказавшегося, впрочем, чересчур глобальным для того, чтобы считать его серьезным и выполнимым.

Боливийский консультант

Нельзя сказать, чтобы Лионского мясника совсем уж не искали. Французское правительство через свои разведывательные структуры даже добыло какие-то полунамеки на то, что кровавый палач жив и находится «где-то в Америке», после чего попыталось надавить на Госдепартамент «помочь с поисками опасного военного преступника». К моменту получения запросов Барби уже отработал на CIC в Европе несколько лет и даже успел в 1951 г. отойти от активных дел, растеряв свои источники информации, и переключился на «консультации».

Неизвестно, почему те же рыцари плаща и кинжала из Лэнгли не устроили ему после этого вполне правдоподобную автокатастрофу с летальным исходом или менее затратную смерть в результате самоповешения. Упоминавшийся выше Эндрю Нагорски считает, что «из уважения, что он отработал на них достаточно, и из страха, что он знает слишком много». Вторая часть теоретического обоснования выглядит довольно сомнительной — для «знающих слишком много» у таких организаций существует одна-единственная форма отставки, которой Барби удалось все-таки избежать. Скорей всего потому, что его «консультационная деятельность» велась в дальнейшем под зонтиком ЦРУ, в интересах ЦРУ и с подачи ЦРУ.

Так или иначе, бывшего гестаповца в Вашингтоне решили отпустить на вольные хлеба (не отцепив при этом короткий поводок), состряпали фальшивые документы на имя Клауса Альтмана и позволили вылететь (или, что более вероятно, организовали вылет) из Женевы в Южную Америку, где он и — для мирового большинства, конечно — благополучно растворился. В Боливии. В которой прожил четыре десятка лет, не мучаясь угрызениями совести и не испытывая пристального внимания полиции. Зато активно помогая диктаторскому режиму, свирепствовавшему в этой стране. В частности, обучал правительственные карательные отряды методам борьбы с руководимыми Эрнесто Че Геварой южноамериканскими партизанами — сторонниками демократической формы правления. В 1980—1981 годахъ служил советником по безопасности президента-неофашиста Луиса Гарсия Мессы.

Пожизненное после трех смертных приговоров

Альтмана-Барби удалось отыскать французской семейной паре журналистов и «охотников за нацистами» Беате и Сержу Кларсфельдам, сумевшим добиться его ареста и выдачи, несмотря на противодействие правительства. На дорогу от обнаружения нацистского преступника для направления его на скамью подсудимых ушло 10 лет.

В 1987 году Клаус Барби выслушал свой четвертый приговор. На этот раз очно. Решение суда было менее строгим, чем три предыдущих: толерантность, временами переходящая во всепрощение, уже тогда уверенно шествовала по Европе. Лионский мясник получил пожизненное. Как оказалось, эквивалентное всего четырем годам пребывания за решеткой, — в 1991 году человек, отправивший на тот свет не менее семи тысяч душ, умер своей смертью. От старости.