Избрание бывшего министра экономики Эммануэля Макрона президентом Франции помогло гражданам страны сохранить убежденность, что Французская Республика является по-прежнему демократическим, инклюзивным и европейским государством. Однако значимость голосования не нужно преувеличивать, поскольку хотя Макрона и поддержало двадцать миллионов граждан, еще большое число избирателей — около двадцати шести миллионов — либо отказались прийти на выборы, либо решили бросить пустые бюллетени, либо проголосовали за его соперника, лидера правой партии «Национальный фронт». Более того, скоро Франции предстоят очередные выборы, на этот раз в Национальное собрание — нижнюю и наиболее важную палату французского парламента, пишет Саймон Серфати в статье для The National Interest.

Эммануэль Макрон
Эммануэль Макрон
Иван Шилов © ИА REGNUM

Читайте также: The Strategist: Выбранный в пику Ле Пен Макрон будет президентом-фикцией?

Так, в рамках конституции Пятой республики у президента имеются значительные полномочия, однако в этих условиях у главы правительства, который отвечает перед большинством в парламенте, остается место для маневра. С этим и связана близость президентских и парламентских выборов, поскольку считается, что их результаты будут идентичны. Однако из-за того, что у Макрона по-прежнему нет четкой политической базы и внятной программы, добиться такого большинства, которое бы он смог назвать своим, будет очень непросто. И действительно, более трех пятых избирателей Франции считают такое развитие событий нежелательным, вне зависимости от того, что он будет делать в первые 50 дней, когда его президентство подвергнется первым испытаниям: необходимости формирования первого правительства — особенно выбор нового премьер-министра — и знакомству с его коллегами из главных стран Запада, в частности Ангелой Меркель и Дональдом Трампом.

Франсуа Олланд
Франсуа Олланд
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Как ни посмотри, президентство Франсуа Олланда стало провалом. После пяти лет в Елисейском дворце уходящий президент так и остался тем, кем он был на момент своего избрания: лидером политической партии, неспособным перейти в разряд национального лидера. Что хуже, будучи партийным человеком, он так много времени потратил на примирение различных голосов своих коллег-социалистов, что забыл о своих убеждениях. В конечном счете он постепенно потерял поддержку социалистической базы, так и не добившись её от консервативной оппозиции. С уходом Олланда Социалистическая партия, по сути, перестала существовать, сведенная на нет слева Жан-Люком Меланшоном — революционером à la française, который получил поддержку 20% в первом туре выборов, а справа — Макроном.

Что же дальше? Если Макрон пойдет влево, он либо даст своему предшественнику второй президентский срок, которого тот не заслужил, или сделает Меланшона центральной фигурой, хотя тот этого не добился. Этот подход не сработает, поскольку либо его поддержит недостаточное число избирателей-социалистов, либо потому, что избиратели Меланшона не пойдут к Макрону. Таким образом, не получив поддержки на одной стороне политического спектра и несмотря на то, что он выступал против Ле Пен, новый президент Франции может пойти направо, где его проевропейская и либерально экономическая повестка дня по-прежнему находит отклик.

Однако там его ждет еще одна мейнстримовая политическая партия, называющая себя республиканской, которая также расколота и разозлена из-за результатов выборов. Слишком большое число сторонников Макрона в парламенте поставит крест и на их партии, поэтому они готовы бороться за каждое свободное место в законодательном органе и, таким образом, вынуждать к тому, что во Франции называется «сожительством» — сосуществованием исполнительной и законодательной ветвей власти, которые осложняются взглядами и несопоставимыми амбициями.

В целом такого глубокого раскола во Франции не было со времен Четвертой республики, когда половина избирателей голосовала против режима за счет способности другой половины управлять страной. Тогда это привело к концу Четвертой республики и рождению Пятой благодаря осуществлению де Голлем сложного политического перехода в мае 1958 года.

Через почти 60 лет Пятая республика, похоже, тоже подходит к концу, однако Макрон это не де Голль, поэтому нынешний переход не будет простым. Однако именно в ходе того периода послевоенных конституционных изменений Франция смогла начать свое восстановление от полувека внешних войн, когда дорогие имперские приобретения были потеряны, экономика восстановлена, общество примирено, а Европейское сообщество начало переоформлять Европу в некое подобие более близкого союза, которым оно стало в последующие 50 лет.

Избрание Макрона было важно не только для Франции, но и для ЕС в целом и, таким образом, для США, чьи близкие отношения с ЕС остаются важным аспектом будущего мира. Как отметил в 1949 году бывший государственный секретарь США Дин Ачесон, «ключ к европейской интеграции находится во французских руках». Очевидно, что сейчас это высказывание так же актуально, как и тогда. Более того, избрание Макрона не только приостановило возможный коллапс ЕС, но и дало новому президенту центральное место в диалоге с ФРГ.

Это немаловажно, поскольку во время создания Европейского сообщества несколько стран в Европе продемонстрировали способность образовать Европейский союз без Великобритании, однако без Франции они бы не начали процесс. Как заявил бывший президент Франции Франсуа Миттеран, «Франция — это Франция, и Европа — её будущее». Он разработал в 1987 году Закон о единой Европе, которым он вернул динамику стагнирующему Европейскому сообществу. Аналогичным образом, если Макрон хочет навести порядок во Франции, ему необходим перезапуск европейских институтов. Именно поэтому его первая иностранная поездка будет в Берлин. И этот перезапуск будет определяться тремя вопросами: Brexit, экономическим ростом и вопросами безопасности. Благодаря им и с учетом выборов в Германии у Макрона есть шанс стать равным партнером Меркель.

Ангела Меркель
Ангела Меркель
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Тем не менее для долгого периода обучения искусству быть президентом у Макрона нет времени, поскольку большинство граждан Франции, которые либо голосовали за Марин Ле Пен, либо воздержалась или испортили свои бюллетени, хотят, чтобы их голоса были услышаны. В то же самое время они готовятся к следующему «свиданию вслепую» с Макроном на исходе его первого президентского срока через пять лет. Более того, к тому моменту популистское движение никуда не уйдет.

Читайте развитие сюжета: Макрон открыт для диалога с консерваторами