Чтобы составить себя нечто похожее на целостный, пусть и ошибочный подход к внешней политике Дональда Трампа, необходимо сложить события вокруг Афганистана, Сирии и Северной Кореи в единую картину, пишет Кристофер Р. Хилл в статье для The Strategist.

Дональд Трамп
Дональд Трамп
Иван Шилов © ИА REGNUM

Читайте также: Хаос во внешней политике США: Вините Трампа — The National Interest

Стоит начать с военного удара по базе ВВС Сирии, с которой, как считает автор, сирийским «режимом» был нанесен удар химическим оружием по городу Хан-Шейхун. Непонятнно, был ли удар «Томагавками» предназначен стать посланием, о чем и говорит администрация Трампа, говорит ли он о более интервенционистском характере подходе Белого дома к гражданской войне в Сирии.

Читайте также: Обвинения Асада в химической атаке притянуты за уши — American Conservative

Можно только гадать, свидетельствует ли этот удар о более «напористой» внешней политике вообще. Тем не менее сразу после этого вооруженные силы США, получив «полное разрешение» от своего главнокомандующего, сбросили массивный боеприпас — «матерь всех бомб» — в Афганистане. Непосредственной целью было уничтожение туннеля, используемого террористической группировкой «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Опять же возникает вопрос — в том ли заключалась основаня цель США, поскольку склонность КНДР прятать свою военную инфраструктуру под землей, хорошо известна.

Читайте также: Психиатр из США указал на признаки «психического заболевания» Трампа

Трамп также направил авианосную группу США к Корейскому полуострову на фоне напряженности, вызванной ядерными и ракетными испытаниями КНДР. В этом контексте показалось, что курс «стратегического терпения» по отношению к КНДР может быть заменен.

Однако хотя Трамп и полагается на демонстрацию жесткой силы больше, чем Обама, он, похоже, не определился с каким-либо основным дипломатическим подходом. После того как Трамп выставил дипломатов Обамы за дверь в день инаугурации, ему еще предстоит заполнить ключевые посты, в том числе послов США в Южную Корею, Японию и Китай.

Читайте также: США ждет катастрофа в дипломатии и обороне, потому что у них нет стратегии

Даже те крохи дипломатии, которые и остались в политике США — как, например, недавний саммит Трампа с председателем КНР Си Цзиньпинем — существуют, видимо, только для того, чтобы поддерживать военные решения Белого доама. Но всё должно быть наоборот: военная сила должна использоваться для поддержки дипломатии.

Стоит рассмотреть ситуацию в Афганистане. Так, покойный Ричард Холбрук, величайший, как отмечает автор, дипломат начала нынешнего столетия, пытался провести переговоры с членами движения «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Хотя не все члены этого радикального движения были бы открыты к переговорам, он считал, что достаточное их количество можно будет привлечь к взаимодействию и примирить для ослабления наиболее экстремистски настроенных группировок. Он следовал тонкому стратегическому подходу — разделяй и властвуй.

При Трампе же вооруженные силы США сбросили «матерь всех бомб». Может быть, Трамп стремится, как и Обама до него, к одностороннему выходу из Афганистана, однако, уходя, США могут сбросить еще не одну такую бомбу.

Администрация Трампа, кажется, начинает идти курсом прежней по еще одному вопросу: отстранению президента Сирии Башара Асада. Однако что последует за этим? Сдадут ли суннитские исламисты, составляющие большинство в оппозиции, свое оружие, отбросят свой «докучливый» экстремизм, согласятся с ценностью жизни, свободы и стремлением к счастью в рамках демократического устройства?

Читайте также: Трамп: За химической атакой в Идлибе стоит Асад

В любом случае это вряд ли когда-либо удастся узнать, поскольку Асад по-прежнему побеждает. На его стороне поддержка могучих союзников, в том числе России и Ирана, тогда как оппозиция безнадежно расколота. Даже Свободная армия Сирии представляет собрание нескольких армий, которые вряд ли когда-либо объединятся, из-за чего у них еще меньше надежд свергнуть «режим». Наиболее вероятным вариантом завершения военных действий в Сирии, считает автор, станет взаимодействие США с глобальными державами, в том числе союзниками Асада, которые согласятся с необходимостью продвижения дипломатического урегулирования, основанного на разделении власти и децентрализации правительства.

Читайте также: Удар по Сирии: Как пойдут отношения между США и РФ дальше — The Strategist

Северная Корея также страдает от автократического лидера, который не планирует куда-либо уходить. Однако, в отличие от Асада, Ким Чен Ын может подорвать ядерный заряд со дня на день.

Но в КНДР существуют границы того, что могут осуществить вооруженные силы, что, тем не менее, не остановило вице-президента Майкла Пенса от его недавнего заявления о том, что в отношении КНДР «рассматриваются все варианты». Со своей стороны, государственный секретарь США Рекс Тиллерсон провел все время, пока он находился в Южной Корее, с военным руководством США, а не с собственными сотрудниками — дипломатами в посольстве США.

Читайте также: Майкл Пенс — о КНДР: «Стратегическое терпение» США истекло

Сенатор-республиканец Линдси Грэм даже рекомендовал осуществить удар по КНДР сейчас, пока Пхеньян не разработал ракеты, способные доставить ядерное оружие до территории США. Ему неважно, по всей видимости, что КНДР может доставить их через свою южную границу. Грэм считает себя прагматиком, однако нет ничего прагматического в том, чтобы уничтожить доверие, лежащее в основе американо-южнокорейского альянса.

Читайте также: Сенатор Грэм: Трамп не позволит «психу из КНДР» заполучить МБР

Немногие в США, кажется, настолько же решительны и готовы идти на военные действия, которые поставят под неизбежный удар 20 миллионов граждан Республики Корея. Некоторые выступают за соглашение с режимом Ким Чен Ына: мораторий на испытания оружия в обмен на сокращение военных учений между США и Южной Кореей. Однако данный подход также привет к ослаблению критически важных союзов с Южной Кореей, хотя и в меньшей степени, при этом не сделав ничего, чтобы подавить аппетит Северной Кореи к ядерному оружию.

Читайте также: Politico: Как заключить соглашение с Северной Кореей

Последствия для Сирии, Афганистана и КНДР очень разные, однако между ними много общего. Все они представляют серьезные внешнеполитические проблемы для администрации Трампа. И ни одна из них не может быть решена без многосторонней дипломатической стратегии.

Часто говорят, что 80% жизни — это работа «на публику». В дипломатии же, тем не менее, крайне важна последовательность, с помощью которой видение высокопоставленных политиков может трансформироваться в целостную стратегию, составляющую структуру работы по защите интересов США и их союзников по всему миру. Вооруженные силы добиться этого не могут.

Читайте развитие сюжета: Эрдоган: Турция готова открыть «новую страницу» в отношениях с США