Все руководители Эстонии, участвовавшие в принятии политического решения о насильственном демонтаже мемориала «Павшим во Второй мировой войне» и братской могилы красноармейцев на холме Тынисмяги в Таллине, нисколько не жалеют о принятом 10 лет назад решении.

Таллинская наступательная операция (1944)
Таллинская наступательная операция (1944)

Возглавлявший в апреле 2007 года правительство и правящую праволиберальную Реформистскую партию Андрус Ансип, который и выступил как инициатор всех действий государства на холме Тынисмяги, а также намеренно оскорбил память павших красноармейцев, назвав их с трибуны парламента «пьяницами и мародерами», не жалеет о принятых решениях до сих пор. «Как известно, напряженность вокруг этого «Бронзового солдата» нагнеталась годами, она только росла. Наши эстонские спецслужбы говорили, что если «Бронзового солдата» сразу не перенести, то самое позднее через три года это придется сделать в любом случае, а обществу придется заплатить за это намного большую цену. Мы решили устранить эту проблему до того, как нам будет это не по силам», — сказал Ансип в интервью эстонскому гостелерадио ERR. Бывший премьер-министр считает, что проявленная тогда «твердость и решительность» помогли осознать, что Эстония действительно стала независимым государством.

Памятник советскому воину-освободителю в Таллинне
Памятник советскому воину-освободителю в Таллинне
Soldat.ru

При этом он видит прямую связь между событиями в Эстонии в 2007 году и начавшимся в 2014 году украинском конфликте: «Увидев все то, что произошло в Крыму и на востоке Украины, следует сказать, что мы справились». Он добавил: «Довольно много русскоязычных людей, которые благодаря этим событиям поняли, что Эстония все-таки независимое государство и решения принимаются не в Кремле». Поэтому он категоричен: «Сегодня мы сделали бы все еще быстрее».

Бывший министр обороны в апреле 2007 года и член Союза правых партий «Отечество — Республика» Яак Аавиксоо также не сожалеет о своих решениях во время апрельских событий 2007 года. Как и тогдашний руководитель министерства внутренних дел Юри Пихль.

Редкие посетители ранним утром 9 апреля 2007 года
Редкие посетители ранним утром 9 апреля 2007 года
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Бывший в 2007 году президентом Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес на своей страничке в социальных сетях сделал четыре основных вывода из событий «бронзовых ночей»: «Во-первых, те, кого существование Эстонского государства по какой-либо причине раздражает, обнаружили, что мы являемся довольно стойким противником, который в условиях доселе невиданной и критической ситуации достаточно умело реагирует на опасности. Да, несколько дней картина на улицах была плачевной, но потом все складывалось для Эстонии как нельзя лучше. Народ Эстонии в большинстве своем — как эстонцы, так и русские — доказал, что отвечать мародерам таким же насилием мы не будем. Полиции было трудно, но они со своей работой справились».

Во-вторых, добавил он, «судебная система показала свою независимость, оправдав предполагаемых организаторов беспорядков за недостатком доказательств»: «Да, это вызвало у общественности сильное недовольство, но в любом демократическом государстве суд может работать лишь в рамках предъявленных обвинений, собранных доказательств и действующего законодательства. Государства, в который суд выполняет политическую волю власть имущих и их избирателей, не являются свободными государствами».

Полиция преградила путь защитникам памятника
Полиция преградила путь защитникам памятника
Leena Hietanen

В третьих, по его убеждению, «кибератака на Эстонию» (эксперты так и не нашли доказательств этому утверждению эстонского правительства — прим. ИА REGNUM ) вернулась бумерангом к ее организаторам: «Совершенные на Эстонию кибератаки запустили серьезную и крайне содержательную международную дискуссию на тему киберзащиты как средства обороны. Они длится до сих пор».

Ильвес, тем не менее, признает, что ненависть в эстонском обществе остается одним из отголосков событий «бронзовых ночей»: «Непонимания, а местами и презрения, и ненависти в Эстонии слишком много. И это касается не только отношений между эстонцами и русскими».

Совсем другие настроения и мнения царят там в эстонском обществе, где представлены известные деятели страны, до сих пор не принявшие действий властей в апреле 2007 года. Так, известный предприниматель Индрек Нейвельт до сих пор считает, что «Бронзовая ночь» повернула колесо интеграции на десять лет назад — в 1990-е годы. Социолог Юхан Кивиряхк признал, что эстонские политики и после «бронзовых ночей» не прочь использовать страшилки о русских и России: «К сожалению, не похоже, чтобы наши политики извлекли из прошлого какой-либо урок. Им по-прежнему невтерпеж бросить перед выборами на стол «русскую карту».

У Бронзового солдата
У Бронзового солдата
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Политик Урве Пало заявила, что главной ошибкой властей в те дни стало отсутствие диалога с русскоязычными жителями. При этом эстонцы в целом соглашаются с переносом памятника и братской могилы из центра Таллина на Военное кладбище, но критикуют форму реализации такого решения. Социолог Кивиряхк — в интервью Postimees: «Меня неоднократно спрашивают, хотел бы я, чтобы «Бронзовый солдат» по-прежнему стоял на Тынисмяги. Конечно, нет. Пусть «Бронзовый солдат» стоит там, где он стоит сейчас и где ему место, — на военном кладбище. Но даже спустя десять лет невозможно смириться с тем, как действовало правительство Андруса Ансипа при переносе памятника».

Профессор журналистики и публицист Виталий Белобровцев признает на страницах новостного портала rus.err.ee, что эстонские власти в нужный для себя момент напрочь забывают о своей «европейскости» и становятся оголтелыми националистами. Так было и в событиях «бронзовых ночей: «Понятно, что руководителям нашего государства внутри страны можно быть по ситуации то европейцами, то эстонцами. Эстонцами они были, когда организовали целую серию провокаций у теперь уже знаменитого памятника (Ансип: «Там похоронены мародеры и пьяницы»), а европейцами, когда понимали, что провокации зашли слишком далеко».

Кроме цветов ‑ и послания властям
Кроме цветов ‑ и послания властям
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Он задается вопросом: «Что же дала «Бронзовая ночь» нашей стране? Все тот же Ансип кроме слов о повышении уровня сознания большого числа русских людей приводит реальный итог: много людей записалось в помощники полицейских. Список завоеваний на этом исчерпывается. Зато страна потеряла российский транзит, а с ним не только деньги для бюджета, но и массу рабочих мест. Эстонским предпринимателям пришлось сворачивать бизнес в России, и тут не надо передергивать и говорить, что вот, мол, европейские санкции, все равно там работать нельзя. А кто посчитал скольких энергичных русских молодых людей уехало после школы из Эстонии в результате «завоевания свободы» по рецепту правительства Ансипа?»

Главный редактор Postimees на русском языке Олеся Лагашина считает, что «в той истории властям не хватило такта»: «Мы все помним цитаты и про то, что лежат там мародеры, и что Мартин Хельме за год до этого носил к памятнику венок из колючей проволоки. Это все накладывалось одно на другое и создавало абсолютно нездоровый фон для межнационального общения». Она напомнила, что под воздействием событий тогда она подала заявление об уходе с портала Delfi, где работала переводчиком: «Я бы сказала, что в тот момент сломалось абсолютно все. То доверие, которое между нами существовало. Раньше мы спокойно существовали вместе, вместе ходили на корпоративы, но после этого пошло явственное размежевание по национальному признаку».

Нет, в те дни таллинцы не были сломлены
Нет, в те дни таллинцы не были сломлены
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Фотохудожник Татьяна Маневская дополняет в интервью телеканалу ETV+: «Вспоминая о тех событиях 10-летней давности, я понимаю, что тогда мы не были действующими лицами или лицами, принимающими решения, чье мнение спросили бы, посоветовались бы. Мы были объектами решения». Она считает, что две крупнейшие общины Эстонии должны извлечь из этого урок, чтобы такое никогда больше не повторилось: «Нельзя играть с национальными чувствами, их следует уважать и с ними надо считаться. Очень легко пробудить страх, подогреть эмоции и недопонимание, если у людей мало информации».

Публицист Postimees Николай Караев делится воспоминания о событиях «бронзовых ночей» и свидетельствует: «Я хорошо понимаю участников Майдана, между прочим. И не надо мне говорить, что в Киеве все были белопушистые борцы за независимость, а в Таллине — злобные подкупленные «руки-ноги Кремля». Или наоборот, в Таллине — борцы за правду на земле, а в Киеве — сплошь подкупленные «руки-ноги Госдепа». Не стоит мыслить так бинарно. В обоих случаях на улицы вышли в том числе националисты, в том числе драчуны, в том числе сумасшедшие, но в том числе — и, рискну сказать, таковых во вторую бронзовую ночь на аллее Каарли было большинство, — люди, на чье достоинство власть покусилась. Эти люди получили от власти сполна».

Город вымер. Вечер 8 мая 2007 года. В центре в кафе — никого. Рядом у магазинов фанерой заколочены окна
Город вымер. Вечер 8 мая 2007 года. В центре в кафе — никого. Рядом у магазинов фанерой заколочены окна
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Куда категоричнее в негативной оценке действий властей бывшие активные участники тех уличных событий. Так, участник уличных протестов, таллинский студент Андрей сообщил в интервью ИА REGNUM : «Это была провокация со стороны властей, явно направленная на то, чтобы вбить клин между русской и эстонской общиной. Национализм в Эстонии развернулся с новой силой как раз после «бронзовой ночи». Мне тогда было 20 лет и до этих событий постепенно стиралась грань между русскими и эстонцами. Мы общались, дружили. Видимо, правительство праволиберальной Реформистской партии решило восстановить разделение общества по национальному признаку. Плюс политические очки, чтобы выиграть на следующих парламентских выборах».

Но не только в Таллине проходили массовые акции протеста. Самый известный случай — противостояние молодежи и полиции в Нарве вечером 28 апреля 2007 года. Именно там возле клуба «Женева» произошло жесткое задержание сотрудниками Полиции безопасности руководителя реабилитационного центра для наркоманов «Ты не останешься один» Юрия Магерова. Сразу после апрельских событий и своего случайного в них участия Магеров говорил о разочаровании в Эстонском государстве. Он признается, что до дня, когда был вынесен оправдательный приговор, у него не было уверенности в том, что политика не помешает объективному рассмотрению дела в его отношении. Спустя 10 лет он считает, что государство очень мало сделало для того, чтобы восстановить уровень взаимопонимания между общинами, который был до 2007 года. «Отношения между русскими и эстонцами, конечно, были лучше до 2007 года, а последствия их ухудшения еще ощущаются. Время что-то изменило, боль притупилась, но каких-то шагов со стороны руководства государства, давших очевидный позитивный эффект, сделано не было», — заявил он в интервью DELFI.

Лицо выдавало, дух не сломили
Лицо выдавало, дух не сломили
Денис Тарасенко © ИА REGNUM

Он добавил: «В следующем году мне будет 55 лет, а Эстония отпразднует столетний юбилей, то есть больше половины этого столетия я живу здесь, но государство не считает, что я своей работой на его благо заслужил равных с гражданами прав. То, что я и многие другие люди должны получить гражданство по факту рождения здесь — моя принципиальная позиция».

Как сообщало ИА REGNUMранее, 24—27 апреля исполняется 10 лет событиям «бронзовых ночей» — массовых акций протеста русской общины Эстонии против варварского переноса братского захоронения красноармейцев и памятника Воину-Освободителю «Бронзовый солдат» из центра Таллина на Военное кладбище. Государство применило силу при разгоне недовольных этим решением и использовало репрессии вместо поиска устраивающего все стороны конфликта решения. «Бронзовые ночи» стали главной причиной сохраняющегося до сих пор напряжения в отношениях двух крупнейших общин страны.

Памятник Бронзовому солдату в праздничные дни
Памятник Бронзовому солдату в праздничные дни
Mil.ru

Читайте ранее в этом сюжете: «Бронзовые ночи» были провокацией властей против русской общины»