Альтернативные правые в США: у AltRight всё впереди

Интервью Ричарда Спенсера, основателя и лидера движения AltRight (“альтернативных правых”) в США

Дарья Андреева, 5 марта 2017, 23:59 — REGNUM  

Ричард Спенсер, основатель и лидер движения AltRight («альтернативных правых») — движения, которое стало альтернативой консервативному мейнстриму в США и причастно к приходу Дональда Трампа к власти, рассказывает о связях AltRight с европейской философией и правыми в России, значение мемов в политической борьбе и о том, почему отсутствие политической корректности иногда идет на пользу.

Вы известны как автор термина AltRight. Что он означает сегодня? В чем заключается альтернативность?

В 2008 году, когда я впервые стал использовать термин «Alternative Right» («альтернативные правые»), позже сокращенное до AltRight, то тем самым хотел отмежеваться от американского консервативного мейнстрима вместе с его провалами и ошибками. В моих глазах американский консерватизм выглядел чисто реакционной формой, пытающейся сохранить статус-кво вместо того, чтобы сосредоточиться на передаче ключевых традиций, унаследованных от наших предков будущим поколениям. За рядом исключений, правые в США представляют собой неоконсерваторов, либертарианцев и палеоконсерваторов, которые либо не в состоянии обращаться к вопросам идентичности, либо не готовы заходить далеко в этих вопросах. Таким образом, я пытался создать новое правое движение, которое предлагало бы жизнеспособную альтернативу этим несовершенным формам — стремясь понять, кто мы на самом деле, отстаивая политику невмешательства в дела других стран, а также пропагандируя ценности социального консерватизма и выступая против глобализма, стирающего культуры.

AltRight — исключительно американский феномен? Можем ли мы использовать этот термин применительно к европейским движениям и политикам, таким как, например, Марин ле Пен, UKIP, «Альтернатива для Германии»?

AltRight — это американское явление, возникшее под влиянием европейским мыслителей, и никак иначе. У континентальной Европы богатая интеллектуальная традиция — так называемые Новые Правые во Франции, Консервативная революция между двумя мировыми войнами в Германии и, конечно, всемирно известные философы, которые близки правым, такие как Фридрих Ницше и Мартин Хайдеггер, а также многие другие. Соединенные Штаты не могут похвастаться большим количеством выдающихся правых интеллектуалов, которые повлияли на Европу, относительно численности своего населения. Поэтому AltRight надеются расширить связи с европейскими единомышленниками, потому что мы разделяем их взгляды на некоторые проблемы.

Ваши критики заявляют, что одна из главных проблема AltRight — это отсутствие ясной общей идеологии. Что вы можете сказать на этот счет?

AltRight начиналось как низовое движение. Оно находится в самом начале своего политического развития, для этого периода разнообразие мнений естественно. Как только мы сформулируем общее послание и начнем оттачивать идеологию, появятся лидеры и будут определены политические цели. Это уже начало происходить — недавно мы запустили AltRight.com — проект, который позволил объединить силы двух самых известных в кругах сторонников идентичности англоязычных издательств — Washington Summit Publishers, которым руковожу я, и Arktos Media.

Вы известный и активный сторонник Дональда Трампа, однако он предпочел дистанцироваться от AltRight. Не стало ли это разочарованием для вас и ваших сторонников? Как думаете, Трамп сдержит свои обещания? Он сейчас оказался под мощнейшим давлением.

С учетом клеветы, распространяемой ангажированными СМИ, и кампании по дискредитации AltRight и меня лично, я не был удивлен, что Трамп оказался в непростом положении и был вынужден публично отмежеваться от движения, которое частично причастно к его приходу к власти. По крайней мере, если говорит о социальных медиа.

Должен заметить, что Трамп более важен не столько как реальный политик, сколько как символ и источник «энергий», которые вышли наружу в результате его выборов — вопросов идентичности для американского большинства, а также проблем суверенитета.

На самом деле, знаменитый лозунг Трампа «Make America Great Again» это апелляция к старой Америке 1950-х, которую уже не вернуть.

До сих пор Трамп, кажется, сдерживает свои обещания в том, что касается внутренней политики, начиная с указа о запрете въезда мигрантов из ряда стран Ближнего Востока и борьбы с нелегальной миграцией из Мексики в США. Он также сделал позитивные шаги в как в сторону России, так и Китая — вне сомнения, это отсыл к трехсторонней дипломатии Генри Киссинджера, выгодной для самой Америки. Но реальное изменение внешнеполитического вектора еще предстоит увидеть, в частности если говорить о кажущихся бесконечными войнах Вашингтона. Несмотря на то, что Трамп еще не совершил ничего по-настоящему революционного, либерально-глобалистические элиты не приняли его победу и делают все, что в их силах, чтобы помешать его президентству. Они находятся в состоянии перманентной истерии и, в первую очередь, используют мощную машину мейнстримных СМИ против президента. И именно такие моменты подтверждают символическое значение Трампа.

Давайте поговорим о Стиве Бэнноне, советнике Трампа по стратегическим вопросам, чья персона сегодня широко обсуждаются. Какие ожидания у вас связаны с ним? Может ли Республиканская партия стать более правой? В целом, какие перспективы открывает это для альтернативных правых в большой политике?

Американские СМИ, управляемые истеблишментом, описывают Стива Бэннона как «крайне правого» идеолога за спиной Трампа, который на самом деле контролирует Вашингтон. Если не брать во внимание их преувеличения и конспирологию, то очевидно, что в их словах есть доза правды: Трамп имеет отличное чутье бизнесмена, но у него нет четкой идеологии, в то время как Бэннон, как представляется, имеет более определенные взгляды: по крайней мере, он противник глобализма, сторонник суверенитета и социального консерватизма, олицетворяемого изданием Breitbart, которым он руководил в свое время.

Республиканская партия в основной массе является главной причиной, почему я отказался от мейнстримового консерватизма. В самом лучшем случае, республиканцев больше волнует налоговое законодательство чем цивилизационные проблемы. В худшем случае, они представляют из себя неоконсерваторов, экспортирующих войну, или тех, кто готов отдать на откуп либералам последние ценности, которые остались от социального консерватизма. Некоторые из этих республиканцев хоть и неохотно, но приняли Трампа, скорее всего, руководствуясь карьерными соображениями, в то время как другие, такие как Джон Маккейн или Линдси Грэм этого не сделали. Как можно заметить, есть только косметические различия между республиканцами и демократами, и если первые не начнут отстаивать интересы своего естественного электората — белых американцев, они будут продолжать терять свою популярность или даже исчезнут как политическое явление.

Что касается политических перспектив AltRight, каждый теракт или бунт мигрантов в Европе и каждое проявление насилия в ходе антитрамповских митингов невольно оправдывает нашу позицию в глазах масс. Тем не менее, мы также реалистично смотрим на вещи и понимаем, что AltRight находится в самом начале своего пути.

Стоит ли нам ждать большой гражданской войны в США? Эксперты говорят о расколе Америки, мы видим массовые митинги против Трампа, насилие нарастает…

В данный момент я не жду начала гражданской войны. Действительно, президентские выборы показали глубокий раскол в американском обществе. Поэтому мы наблюдаем протесты мейнстримовых либералов и тех, кто называет себя левыми (но на самом деле это левые либералы). Некоторые из этих митингов переросли в беспорядки после выборов Трампа и особенно после его инаугурации. Стоит отметить, что эти протесты находятся в связке с объединенной медиа-кампанией против Трампа. Также стоит понимать, что с точки зрения модели этих протестов, они разыгрывают медленно развивающийся сценарий цветной революции, которые глобалистские элиты из Вашингтона уже опробовали в различных частях мира в прошлом. Действительно, иногда кажется, что Трамп сражается с всеобъемлющим Либеральным Левиафаном, который некоторые описывают как «глубинное государство»:СМИ, управляемые истеблишментом, академические круги и даже суды, которые отказываются разблокировать указ Трампа о запрете мигрантам на въезд в США.

Альтернативные правые прославились своими интернет-мемами и другой активностью в социальных медиа. Умелое использование интернет-технологиями сегодня стало реальным политическим оружием. Ваши оппоненты тоже активно их используют. Как победить в этой медиа-войне?

AltRight известны своим чувством юмора и отсутствием политической корректности. Мы часто шутим, что навсегда в долгу перед Хиллари Клинтон за звездный рост нашей популярности в СМИ. Дело в том, что она решила публично осудить AltRight и нашего «талисмана» — лягушонка Пепе, в водной из своих предвыборных речей в августе 2016 года. Благодаря этому мы получили такое внимание и популярность, о которых и мечтать не могли.

Иногда, когда ситуация кажется политически безнадежной, юмор — самый лучший выход, также как и не принимать себя слишком серьезно. Это то, что не хватает нашим оппонентам, которым предпочитают тяжеловесную мораль, чтобы изобразить себя хорошими, а нас плохими, взывая к добродетели своих сторонников. В целом, Интернет — наши сайты, статьи, видео и особенно социальные сети стали для нас наиболее важным инструментом для того, чтобы распространять наше послание и установить связи с единомышленниками по всему миру.

Однако за свои радикальные взгляды вы были забанены некоторыми медиа и социальными сетями, как Твиттер. Не думаете ли, что будь вы чуть более умеренным, у вас была более широкое поле для игры и больше сторонников?

Уточню, что мой Твитер-аккаунт был однажды заблокирован, но недавно восстановлен. Я также виновен в мысленных преступлениях (thought crimes). У меня есть временный запрет на взъезд в страны Шенгена, а Тереза Мэй прислала мне письмо — непосредственно перед своим назначением на должность премьер-министра — запрещающий мне въезд в Великобританию, хотя у меня и не было таких планов в ближайшем будущем. Считаю, что такие запреты это знак особой чести, схожим образом и российские политики и интеллектуалы оценивают свое пребывание в списке лиц, попавших под западные санкции. На самом деле одни и те же глобалистские либеральные силы пытаются заставить нас замолчать.

Кроме того, с одной стороны, я не уверен в какой степени поворот к мейнстриму может помочь. Те, кто называют себя противниками Трампа нападали на умеренных сторонников Трампа просто за то, что те надели кепки с лого Трампа. Эти так называемые активисты проводили агрессивные протесты в кампусе университета Беркли в Калифорнии, где Майло Яннопулос, правый лидер куда более умеренного AltLight, гей и наполовину еврей, должен был выступать с речью, которая в итоге была отменена по соображениям безопасности. Это говорит о том, что наши оппоненты не видят разницы между людьми вроде меня, у которых смелые идеи, бросающие вызов доминирующему взгляду на мир и просто мейнстримовыми консерваторами.

С другой стороны, я постоянно нахожусь в фокусе внимания мейнстримовых СМИ. В то время как многие истеблишмент-журналисты на самом деле искажают факты и принимают участие в кампаниях по очернению, их регулярное внимание также обеспечивает баланс. В частности, это их заслуга, что у меня было почти 50 тысяч подписчиков на Twitter.

Действительно ли AltRight имеют связи с российскими консервативными силами? Может ли Россия на деле влиять на политику США и каким образом?

То, что AltRight является частью, возглавляемого Кремлем заговора с целью сфальсифицировать выборы в Европе и даже США — это популярный время от времени возникающий сюжет, распространяемый мейнстримовыми западными медиа. Этот медиа-миф непременно сопровождается манихейским, псевдо-нравственным бредом о «свободном мире», возвращающим нас к языку эпохи холодной войны.

Это двусторонняя стратегия. С одной стороны, цель здесь дискредитировать популистские, суверенистские, и уничтожающие существующие парадигмы движения в европейской и американской политике. С другой стороны, это подрыв международных отношений: любого прагматичного дипломатического сотрудничество между Россией и странами Запада.

Я же конечно, считаю, что AltRight принесет пользу наращивание каналов связи и других форм сотрудничества с единомышленниками и организациями в различных частях мира, особенно в России.

В целом, что объединяет AltRight и русских патриотов и националистов? Есть ли движения в России, которые вы бы могли назвать AltRight?

У России иной исторический опыт чем у США. Ваша страна оставалась приверженной социальному консерватизму, даже во времена СССР, а в 1900-х Россия получила «прививку против Либерализма», какой бы тяжелой она не была. Есть определенные вопросы, которые принимаются как само собой разумеющееся в России, например в целом позитивный взгляд на собственную историческую идентичность — то, что еще предстоит отстаивать США и Западу в целом. Например, западное сообщество возникло на основе того, что начиналось как разумная критика исторического колониализма и его современных последствий, и в итоге пришло к сообществу, охваченному чувством вины, ненависти к самими себе, впадающему в невроз из-за всего что делают люди европейского происхождения сами по себе. Маятник качнулся слишком далеко, и это не может продолжаться. Таким образом, некоторые здоровые традиции, которые являются нормой в России воспринимаются как крайние и опасные в условиях гегемонии либерализма на Западе.

Что еще объединяет американский AltRight и русских патриотов — это наши антиглобалистские убеждения, социальный консерватизм, антивоенная позиция, гордость за собственные культуры, и так далее. Есть очень много идей и опытов, которые могут и должны быть общими, несмотря на культурные различия.

Если говорить начистоту, нужно ли нам, чтобы России и США стали союзниками. Разве геополитическое противостояние между Москвой и Вашингтоном — не стимул для наших стран? Как вы видите будущее российско-американских отношений?

Это верно в классической геополитической теории, где Море и Суша находятся в вечной оппозиции. Между тем отказ от стремлений к глобализму и гегемонии ведет к уменьшению этого противостояния. Я сторонник Реальной политики (Realpolitik) и прагматичных взаимовыгодных международных отношений, а не альянсов или дружеских союзов. Я также считаю, что некоторые цивилизационные вопросы намного важнее и насущнее, чем геополитическое соперничество.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
27.06.17
На Украине «декоммунизируют» Днепропетровскую и Кировоградскую области
NB!
27.06.17
Китай отвергает вмешательство Ватикана во внутренние дела страны
NB!
27.06.17
Сколько новых вокзалов действительно нужно Москве?
NB!
27.06.17
Обыкновенный нацизм: ШухевичФест пройдет во Львове
NB!
27.06.17
«Дали мазь»: в бурятском лагере ребёнок с переломом сутки ждал медпомощи
NB!
27.06.17
National Interest: Боевики подталкивают Филиппины обратно в руки США
NB!
27.06.17
Немецким мусульманам в Польше плюют в лицо
NB!
27.06.17
Радио REGNUM: Аналитика. Главное за 27 июня
NB!
27.06.17
За что СБУ убила Вороненкова и Шаповала
NB!
27.06.17
Foreign Policy: «Заваруха» на востоке Сирии только начинается
NB!
27.06.17
Бургер Кинг, Му-Му и Шоколадницу могут лишить 15% выручки за «особые» цены
NB!
27.06.17
Европол: Саммит G20 — мишень для террористов
NB!
27.06.17
Годовщина Brexit: выхода нет!
NB!
27.06.17
«Надо постараться как-то отупеть»: почему алтайская медалистка завалила ЕГЭ
NB!
27.06.17
Белый дом Трампа: Подковерная борьба не только вредна, но и полезна
NB!
27.06.17
Балканские страны захватывает «ползучая исламизация» — Die Welt
NB!
27.06.17
Жители России дали характеристику современной молодежи: опрос
NB!
27.06.17
Военный Донбасс за сутки: в Донецке обстреляна автостанция, сгорел магазин
NB!
27.06.17
Свободный порт Владивостока лишает рыбы коренные малочисленные народы
NB!
27.06.17
«Истерика вокруг Армянской АЭС по белорусским лекалам»
NB!
27.06.17
Национальный рейтинг губернаторов за май-июнь 2017 года
NB!
27.06.17
Смертность растёт: челябинцы всё чаще умирают от «белого китайца»