В Литве – политический скандал из-за «Росатома»

Вице-председателя парламента подозревают в связях с российской госкорпорацией

Вильнюс, 15 декабря 2016, 18:30 — REGNUM  Пятым вице-спикером парламента Литвы был избран социал-демократ Миндаугас Бастис, на которого сразу же после избрания раскритиковали оппоненты, которые в его политической биографии нашли «тайные связи» с российской госкорпорацией «Росатом», сообщает корреспондент ИА REGNUM сегодня, 15 декабря.

Вслед за оппозицией на чиновника ополчились литовские СМИ, которые в эти дни пестрят публикациями о репутации Бастиса. ИА REGNUM полностью перевёл одну из таких статей, опубликованную сегодня литовским порталом 15min. lt:

«Социал-демократ Миндаугас Бастис, назначенный во вторник вице-председателем Сейма, считает, что вел себя правильно, когда три с половиной года назад в кабинет тогдашнего спикера Сейма Видаса Гедвиласа привел вице-президента дочерней компании «Росатом» Rusatom Overseas Александра Мертена. Бастис не считает, что представитель российского предприятия завербовал его. Между тем Гедвилас говорит, что сейчас такая ошибка не повторилась бы. «Конечно, если бы сейчас мне пришлось это сделать, я бы, может, поступил иначе. Я бы спрашивал, кто он такой, откуда и так далее. Тогда я просто доверял членам Сейма и все», — сказал Гедвилас.

По его словам, в 20 часов вечера 13 февраля 2013 года Бастис зря привел представителя «Росатома» к спикеру Сейма. Гедвилас не скрывает, что тогда сам ничего не понимал в энергетике. «Там не было никакого особого разговора, потому что он задавал мне такие вопросы, на который я не мог ответить из-за недостаточной компетенции. Я потом только начал работать в Комиссии по энергетике, а до тех пор меня с энергетикой абсолютно ничего не связывало», — сказал Гедвилас порталу 15min. Он уверял, что тогда не понял, что необнародованная встреча с представителем «Росатома» может быть рискованной, и что она не будет забыта спустя три года.

«Тогда я не чувствовал, тогда я только начинал свою работу, знаете, я еще был начинающим спикером парламента, не чувствовал здесь угрозу. Я тогда представлял, что если я представляю Сейм, то если член Сейма обращается ко мне, я должен его принять, если у меня есть время», — сказал Гедвилас.

Бывший спикер Сейма говорит, что не знает, почему Мертена привел Бастис, который тогда не входил в состав парламентской Комиссии по энергетике, и что связывает члена Сейма с «Росатомом», но не считает, что эта история должна ему помешать занимать должность вице-спикера Сейма. «Может он тогда тоже политически ошибся, может, нужно было поступить по-другому, если он хотел совершить это действие. Не могу сказать. Сейчас я уже понимаю, что спикер Сейма должен сообщать абсолютно обо всех встречах, но тогда я только начинал работать в той должности и поступил по-человечески, мы просто поговорили», — утверждал Гедвилас.

Но Бастис совершенно не жалеет о своем поступке. Во вторник с трибуны Сейма он хвастался своим решение привести представителя «Росатома» в кабинет спикера Сейма. «Там был затронут очень важный вопрос, касающийся закрытия Игналинской АЭС. Там на самом деле немало проблем, и, насколько мне известно, Еврокомиссия отправила аудит, чтобы оценить, как идет процесс закрытия АЭС. Я считаю, что эта встреча также дала определенный импульс, чтобы закрытие АЭС проходило как можно более слаженно. Если бы этого не было, вы прекрасно понимаете, что это стоило бы Литве и налогоплательщикам не один миллиард», — пояснил Бастис.

По его утверждению, после встречи Мертена с Гедвиласом о помехах в процессе закрытия Игналинской АЭС были информированы другие учреждения. «Спикер Сейма передал эту новость Министерству энергетики. Позже уже начались официальные разговоры, встречи в Игналине именно для обсуждения вопроса закрытия Игналинской АЭС», — сказал Бастис.

Однако Гедвилас не помнит, что в его кабинете шла речь об Игналинской АЭС. «Я не очень помню тот разговор, потому что это было давно, а этих разговоров за всю карьеру было очень много. Я только помню, что мы немного говорили о развитии атомной энергетики в Литве. Это длилось недолго, я их направил в Министерство энергетики. Я сказал, что некомпетентен для разговоров на эту тему. Больше никаких контактов или разговоров у нас не было. Шла речь о ситуации в целом, будем строить или нет Висагинскую АЭС, будем мы участвовать в строительстве или нет. Я сказал, что не знаю этих вопросов, я не знал даже содержания встречи, когда ко мне пришел член Сейма», — признал Гедвилас.

Предприятие «Атомстройэкспорт» российского государственного концерна «Росатом» владеет 100% акций немецкой компании Nukem, которая осуществляет проект закрытия Игналинской АЭС. Между тем с бывшим спикером Сейма встречался вице-президент другой компании «Росатом» — Rusatom Overseas. Компания Rusatom Overseas была учреждена в 2011 году для того, чтобы развивать российские ядерные технологии на мировом рынке. Калининградская АЭС — один из продуктов этого предприятия.

Три года назад Бастис не упоминал, что Мартена заботило закрытие Игналинской АЭС. Тогда он не скрывал, что представитель «Росатома» очень интересовался возможностью участвовать в проекте Висагинской АЭС. «Несомненно, интересовался мнением спикера Сейма по вопросу перспективы атомной энергетики — это, видимо, было одной из главных целей», — утверждал в 2013 года порталу 15min член Сейма.

Член Сейма три года назад новостному агентству BNS также рассказал, что Мертена интересовала и Круоньская гидроаккумуляционная электростанция. «Было упомянуто, что Круоньская гидроэлектростанция могла бы использоваться, когда в Калининградской области начнет работать АЭС, было сказано, что в Калининграде будут построены два блока, один блок будет необходим для нужд Калининграда, а другой будет использоваться для экспорта электроэнергии», — сказал в 2013 году BNS парламентарий. Кроме того, тогда он признал, что с Мертеном и Гедвиласом были рассмотрены возможности поставлять ночную электроэнергию из Калининградской АЭС.

По словам Бастиса, в 2013 году он не хотел говорить журналистам о том, что с Мертеном в основном речь шла о закрытии Игналинской АЭС, потому что тогда еще не состоялась официальная встреча главы Rusatom Overseas с тогдашним премьером Литвы Альгирдасом Буткявичюсом. «Может, в виду того, что пока что не были организованы официальные встречи в Игналине, мы не хотели торопить события», — пояснил Бастис, почему три года назад он назвал другие темы разговора. Он уверял, что сам он не организовывал встречу Бктявичюса с Мертеном и не посредничал в этом деле Буткявичюс в феврале 2013 года на самом деле в Висагинасе встречался с Мертеном.

О встрече было сообщено после того, как она состоялась. Утверждалось, что Мертен информировал премьера о проблемах закрытия Игналинской АЭС. Также Буткявичюсу было предложено встретиться с главой концерна Сергеем Кириенко, но премьер отклонил подобное предложение. В феврале 2013 года Буткявичюс отрицательно оценил необнародованную встречу Гедвиласа с Мертеном и заявил, что такие встречи могут проходить только публично. Находясь в Литве, Мертен хотел встретиться и с тогдашним министром энергетики Ярославом Неверовичем. Компания Rusatom Overseas даже публично заявила, что ее представитель посетил Литву по приглашению Министерства энергетики, но министерство категорически отрицало, что пригласило Мертена.

Три года назад Бастис признал, что знаком с Мертеном около полугода, но отказался сказать, кто их познакомил, не спросив разрешения тех людей. Но сейчас Бастис говорит, что никакого секрета здесь нет. «Мы познакомились на одном мероприятии. В чем здесь секрет, если мы просто познакомились? Мы обменялись визитками, телефонными номерами и все», — сказал Бастис. По его словам, это было связанное с энергетикой мероприятие в Литве, но конкретное название мероприятия и место его проведения Бастис не помнит.

То мероприятие, по словам социал-демократа, прошло примерно за полгода до встречи Мертена с Гедвиласом. Бастис уверял, что после знакомства с Мертеном близко с ним не сдружился, но признал, что Мертен несколько раз ему звонил, и что он встречался с представителем «Росатома». «Эти отношения не были очень близкими. Только то, что есть контакты, телефонные номера, и если я позвоню, то сомневаюсь, что Мертен вспомнит меня как личность. Не было звонков, это можно посмотреть в распечатках. Может было несколько, один-два звонка. Может было несколько встреч, во время которых в первую очередь шла речь о проблематике закрытия, а по другим вопросам мне было интересно, что происходит в других странах».

По его словам, Мертен рассказывал о том, что не было опубликовано. Например, что для Калининградской АЭС планировалось купить два реактора у французской компании. В 2013 году член Сейма довольно открыто рассказывал, как представитель «Росатома» воспользовался его связями для встречи с Гедвиласом. «Он меня попросил, сказал, что хотел бы встретиться со спикером Сейма, чтобы рассказать о своих планах, работах «Росатома» в соседних государствах — в Калининграде, Белоруссии. Я спросил Гедвиласа, может ли он принять, и поскольку это был поздний вечер, а Мертен как раз собирался на следующий день улетать, спикер Сейма согласился нас принять. Это был поздний вечер, около 20 часов», — рассказывал Бастис в феврале 2013 года.

Бастис говорит, после встречи Мертена с Гедвиласом, вице-президент «Росатома» больше его не искал. Вице-председатель Сейма уверяет, что никогда не думал о том, что Мертен мог его завербовать и использовать как посредника, чтобы выйти на глав государства. Бастису не приходила в голову мысль проконсультироваться с Департаментом госбезопасности по вопросу обмена контактами с представителем «Росатома». ДГБ в свою очередь наоборот распространил видеозаписи, призывающие избегать странных контактов с гражданами недружелюбных стран. Но Бастису его знакомство и сейчас не выглядит подозрительным. «Трудно оценивать. Несомненно, за атомной энергетикой в такой стране тщательно наблюдают. В этом я ни капли не сомневался. С другой стороны, знать из первых уст о размышлениях, не думаю, что это плохо. Важно, какие решения принимают политики и правление Сейма, но в этом случае не было сделано ни одного шага, касающегося нашего государства, интересов нашего государства, о котором я бы сейчас беспокоился», — сказал Бастис.

Член Сейма уверял, что был абсолютно уверен в том, что не владеет информацией, при передаче которой могли бы пострадать интересы Литвы. «У меня не было сомнений в том, что передается какая-то информация, которая считается государственной тайной. Мне было интереснее, о чем думает та сторона, чем той стороне, что я думаю или что я знаю», — сказал он. Бастис во вторник был назначен вице-спикером Сейма. В ближайшее время он намерен заполнить заявление для получения разрешения работать с секретной информацией».

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail