В Узбекистане огласили предварительные итоги выборов. Результаты неожиданностью не стали — за Шавката Мирзиёева проголосовали 88,61% избирателей. Его трое соперников набрали всего по 2,35%, 3,46% и 3,73% голосов.

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев
Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев
Иван Шилов © ИА REGNUM

Одним из первых нового коллегу поздравил президент Таджикистана Эмомали Рахмон, который направил телеграмму с теплыми пожеланиями и напоминанием о дружбе и «вековых традициях добрососедства» двух «братских народов»:

«В Таджикистане Вас знают и уважают как сторонника последовательного развития отношений дружбы, добрососедства и многогранного сотрудничества между нашими странами. Уверен, что дальнейшее плодотворное взаимодействие между Таджикистаном и Узбекистаном отвечает коренным интересам наших народов», — говорится в послании.

Пост главы государства Шавкату Мирзиёеву прочили еще до официального сообщения о смерти первого президента Ислама Каримова — когда премьер-министр страны спешно направился организовывать субботник в Самарканд, где вскоре был похоронен президент. Организацией похорон руководил также Мирзиёев, наблюдатели отметили это, как одну из «примет» будущего президентского кресла.

В Таджикистане за ситуацией наблюдали с большой настороженностью. Эмомали Рахмон был одним из немногочисленных глав государств, который лично прибыл на похоронную церемонию, чем дал основание полагать, что его страна рассчитывает на сближение.

Практически сразу с выходом Мирзиёева на главную сцену узбекской политики СМИ напомнили о его таджикском происхождении, что эксперты в Таджикистане не раз упоминали как один из решающих факторов возможного потепления узбекско-таджикских отношений, которые с момента обретения независимости были одними из самых напряженных в регионе.

«Разумеется, не стоит ожидать разворота на 180 градусов, но отношения двух стран и народов должны нормализоваться. Что сейчас заметно, стороны отказались от истерии, взаимных упреков и обвинений. Постепенно снимается тот психологический стресс населения, образовавшийся в результате враждебной политики по отношению друг к другу. Первым готовность к налаживанию отношений выразила таджикская сторона. Впервые за долгие годы в разного рода мероприятиях в Таджикистане стали звучать узбекские песни. Узбеки отвечают тем же», — считает таджикский политолог Негматулло Мирсаидов, слова которого цитирует «Фергана».

За последние три месяца ленты информационных изданий пестрили сообщениями о новых шагах узбекских властей, свидетельствующих о намерении сближаться с соседями по региону и в частности с Таджикистаном.

Таджикистан
Таджикистан
Шухрат Саъдиев

«Новая, более мягкая линия Узбекистана в отношении к своим среднеазиатским соседям может быть сигналом того, что Ташкент желает попробовать политику пряника вместо политики кнута, которую использовал в последние годы. Узбекистан также может взвешивать выгоду от смягчения пограничного контроля, которое могло бы открыть дорогу для использования преимуществ своего географического расположения и превращения в главный торговый узел Средней Азии», — пишет радио «Озоди».

В узбекской столице в ноябре не раз обсуждалась тема таджикско-узбекской границы, общая протяженность которой составляет 1332,9 км и имеет ряд несогласованных участков, что нередко приводит к конфликтам как среди местных жителей, так и между пограничниками.

14 ноября во внешнеполитическом ведомстве Узбекистана обсуждали активизацию процесса демаркации и делимитации границы и ускорение ее правового оформления с послом Таджикистана в Узбекистане Содиком Имоми. А уже 16 ноября для обсуждения этой же темы в Ташкент прибывает заместитель министра иностранных дел Таджикистана Махмадшариф Хакдод. Правда, ни подробности, ни результаты переговоров, если таковые вообще имелись, не сообщаются.

В ноябре ожидались переговоры межправительственных групп о смягчении визового режима, действующего с 2000 года, отменить который таджикская сторона предлагала неоднократно, однако ранее Ташкент на эти предложения не отвечал. В этот раз о таких намерениях сообщил именно посол Узбекистана в Таджикистане Шокасым Шоисламов. Однако сообщений о проведении таких переговоров тоже все еще нет.

«На уровне общественной и официальной дипломатии ведется активная работа — то, чего прежде не было. Это позитивный сигнал. Есть определенная надежда, что удастся в ближайшее время разрешить хотя бы часть приграничных вопросов: делимитация границы, вопросы взаимного пребывания лиц, проживающих в приграничных районах, установление для них хотя бы льготного режима. Это системная работа и сложная. Позитивно то, что есть психологически важный момент готовности сторон обсуждать и идти на компромисс», — считает эксперт Центра изучения Средней Азии, Кавказа и Поволжья Института востоковедения РАН Станислав Притчин.

Испытанием серьезности намерений Узбекистана стал запуск возведения плотины Рогунской ГЭС. 29 октября Эмомали Рахмон лично принял участие в церемонии старта строительства и, управляя бульдозером, полтора часа перекрывал русло реки Вахш. Ранее любой шаг Таджикистана и Киргизии по возведению крупных гидросооружений встречался узбекской стороной бурно негативно, вплоть до угроз военных действий. В этот раз наблюдатели замерли в ожидании — и Узбекистан промолчал.

Плотина Рогунской ГЭС
Плотина Рогунской ГЭС
Ibrahim Rustamov

«О каких-либо соглашениях по Рогуну между Ташкентом и Душанбе в последние месяцы заявлено не было. Однако это событие совпало с «исчезновением» с сайта правительства Узбекистана ранее опубликованного заявления вице-премьера Рустама Азимова о том, что Ташкент никогда не поддержит строительство Рогунской ГЭС. Можно предположить, что стороны пришли к компромиссу, оставив это без публичного оглашения», — пишет по этому поводу таджикский политолог Хайрулло Мирсаидов.

К слову, никакой реакции из Узбекистана, действительно, не последовало. Более того, 30 ноября делегации транспортных ведомств двух стран встретились в Душанбе и подписали протокол о возобновлении прерванного еще в 1992 году авиасообщения между столицами. Предположительно, рейсы «Душанбе-Ташкент» будут совершаться авиакомпаниями обеих стран дважды в неделю уже с января 2017 года.

«Потепление в отношениях уже чувствуется. Сам факт того, что стороны уже с нового года хотят возобновить авиасообщение между Душанбе и Ташкентом, говорит о многом. Дальше, конечно, многое зависит от Таджикистана и от того, насколько ситуация внутри таджикского государства будет стабильной с точки зрения безопасности», — делится своим мнением писатель из Узбекистана Шариф Холов в интервью Sputnik Таджикистан.

Однако, отвлекаясь от хора оптимистичных оценок, надо отметить, что в сухом остатке ни один из заявленных вопросов пока не получил реального воплощения — все, что обсуждается сторонами, сегодня остается по сути анонсом светлого будущего двух «братских народов».

«Это все только создает дружественную атмосферу. Однако стороны пока конкретных действий не проявили. Видимо, и не могут проявить до тех пор, пока Шавкат Мирзиёев не подтвердит роль лидера в своей стране. <…> Необходимо просто повременить и дождаться выборов президента в Узбекистане. Тогда многое может проясниться, в том числе и то, как в будущем поведет себя узбекская элита», — отмечает Негматулло Мирсаидов.

Ряд аналитиков высказывали предположения, что смягчение политики Узбекистана после Каримова — лишь активная борьба Шавката Мирзиёева за электорат на президентских выборах.

Так или иначе, предварительные итоги президентских выборов в Узбекистане показали, что-либо эти действия так серьезно убедили избирателей, либо их мнение на самом деле не имело никакого значения и традиционный результат «80%+» был бы обеспечен в любом случае.

Шавкат Мирзиеев, на протяжение 13 лет занимавший пост премьер-министра страны при Исламе Каримове, избран новым главой государства.

В ближайшие месяцы станет ясно, какой курс выберет новый президент Узбекистана — пойдет ли по «каримовскому» пути, как обещал до выборов, или решит вывести страну из изоляции.