Иван Айвазовский. Среди волн
Иван Айвазовский. Среди волн

Абсолютно понятно, почему концепция Индо-Тихоокеанского региона пользуется такой популярностью в Австралии и США. Справиться с экономическим ростом будет намного проще, если Восточная и Южная Азии сформируют единую интегрированную стратегическую систему, поскольку в ней основными стратегическими противниками будут Китай и Индия. Индия в ней, таким образом, будет служить противовесом КНР, балансируя и ограничивая его растущую мощь. С помощью этого США смогут принудить Пекин оставить попытки бросать вызов лидерству США в регионе и восстановлению Pax Americana — Американского мира.

Однако только из того, что стратегическое соперничество Китая и Индии желательно для Канберры и Вашингтона, не следует, что такое соперничество состоится. И одних разговоров об Индо-Тихоокеанской системе недостаточно, пишет Хъю Уайт в статье для The Strategist.

Автор отмечает, что, хотя некоторые эксперты приводят ряд ключевых причин, которые заставляют сомневаться в том, что такая единая система сможет или будет функционировать, нужно уделить внимание тем решениям, которые принимают в Нью-Дели и Пекине. Это связано с тем, что концепция «стратегической системы» является в некотором смысле абстракцией, тогда как в действительности она есть не что иное, как совокупность решений каждой страны. Страны не становятся стратегическими противниками, потому что они входят в одну систему, а потому что они принимают решение стать таковыми. Поэтому если Пекин и Нью-Дели решат стать соперниками в рамках одной системы, системе быть. В противном случае система не сформируется.

Иногда такой выбор страны вынуждены делать из-за географии, но это происходит не всегда. Так, Япония и Китай едва ли могут избежать конфронтации друг с другом стратегически, но в случае с Китаем и Индией география не является поводом для Пекина и Нью-Дели идти на стратегическую конфронтацию таким же образом. Их спектр возможного выбора более широк.

Такое заявление может показаться неубедительным ввиду непростых отношений между двумя странами из-за протяженной и спорной границы. Однако она является, вероятно, наиболее непреодолимой для вооруженных сил границей в мире. Ни для той, ни для другой страны невозможно перебросить столько сухопутных войск через Гималаи в таком количестве, чтобы добиться каких-либо стратегических успехов. Гималаи, подобно океану, разделяют две страны. В результате этого Индия и Китай относятся друг к другу как морские державы, на что и намекает выражение «индо-тихоокеанский».

Это означает, что у стран есть выбор в том, как они затрагивают ключевые стратегические интересы друг друга. Безусловно, две такие крупные и мощные державы будут соперничать в некоторой степени и по ряду вопросов, однако их соперничество не приведет к созданию Индо-Тихоокеанской стратегической системы и не поможет США и Австралии сбалансировать рост Китая, если в её рамках не будут затронуты основополагающие интересы.

По мнению автора, обе страны не будут оспаривать основополагающие интересы друг друга, становиться первоочередными соперниками друг для друга и создавать Индо-Тихоокеанскую стратегическую систему, если одна из них или обе не попытаются бросить вызов позиции другой в соответствующих морских регионах. Иными словами, если Индия попытается добиться более значительных стратегических позиций в западной части Тихого океана, или если Китай попытается пойти на такой же шаг в Индийском.

Автор подчеркивает, что вероятность таких шагов со стороны как Индии, так и Китая мала. Во-первых, потому, что обеим странам будет сложно добиться и поддерживать морское превосходство в водах, где установлен потенциал сухопутных систем запрещения доступа противника.

Во-вторых, потому, что непонятно, зачем им вообще предпринимать такую попытку. Ни той, ни другой стороне не нужно доминирование в морском пространстве противника для достижения их ключевых целей. Каждая сторона признает, что её соперник является внушительным противником. Зачем тому или другому делать из соседней страны первоочередного соперника, если им это не нужно?

Некоторые могут указать, что у Китая нет иного выбора, кроме как становиться крупной морской державой, действующей в Индийском океане, для защиты своих коммуникаций. Однако угрозы им нет, поскольку со времен Наполеоновских войн ни одна крупная держава не пыталась пресечь торговлю другой державы. Исключения составили только мировые войны. Это связано с глобализацией и взаимозависимостью. Завязанная на море торговля Китая, как и других стран, защищена взаимной зависимостью от торговли других государств. Поэтому Пекину не нужно бросать вызов Индии в Индийском океане для защиты своей торговли.

Без сомнения, возможно, что одна или обе страны могут по ошибке начать затратное стратегическое противостояние, которого они могут и должны избегать. Но на это в США и Австралии нельзя полагаться. Более вероятно, что они будут втайне согласны не вмешиваться в дела регионов, принадлежащих друг другу. В таком случае и с учетом того, что, по мнению автора, лидерство США в Азии не сохранится, стоит ожидать появления двух отдельных стратегических систем в Индийском океане и на западе Тихого океана, в которых доминирующую роль будут играть Индия и Китай. А между ними проляжет линия от Мьянмы через Малайзию и Индонезию в Австралию.

Если события пойдут по этому сценарию, Австралия окажется в интересном положении между сферами влияния двух крупных держав. В этих рамках появляются свои риски и возможности, которые нужно изучать подробнейшим образом, а не надеяться, что Индия позволит использовать себя в качестве карты в игре США против Китая.