Пока сторонники «брекзита» (победители) празднуют и ждут момента включения механизма 50-й статьи Лиссабонского договора, противники выхода Туманного Альбиона пытаются пересмотреть итоги референдума.

Brexit
Brexit
muffinn

Петиция с требованием провести новый референдум, который принесет «правильное» решение, собрала к 3 сентября четыре миллиона подписей. Для того, чтобы требование могло быть рассмотрено в нижней палате парламента, требуется всего 100 тысяч автографов. План, как видим, значительно перевыполнен.

Самое забавное из того, что связано с этой петицией — ее происхождение, отмечает испанское электронное издание El Confidencial. Тему с длинным названием «Активист-демократ Уильям Оливер Хили разместил на сайте Палаты общин требование о проведении повторного референдума» СМИ начали эксплуатировать через три дня после объявления результатов плебисцита, что позволило считать Хили сторонником сохранения членства Соединенного Королевства в ЕС. На самом деле «активист-демократ» подал это прошение в режиме онлайн еще в мае. То есть за месяц до референдума. Хили опасался, что народ не поддержит идею «брекзита», проголосует против, и потому заранее побеспокоился о возможности повторного волеизъявления. Противники выхода, таким образом, только воспользовались домашней заготовкой соперников, обратив ее в свою пользу и обновив сразу после 23 июня. Уильяму Хили оставалось только согласиться со сменой собственной политической ориентации, что он, по-видимому, и сделал, поскольку протестов из серии «без меня меня женили» с его стороны не отмечено.

В субботу 3 сентября по Лондону прошел «Марш за Европу» — продефилировали сторонники отсрочки даты введения в действие 50-й статьи. Набралось их, по оценкам правоохранительных органов, около 15 000. Вполовину меньше июльской 30-тысячной демонстрации шокированных выбором в пользу «брекзита», но все же немало.

«Мы просто были не в курсе, за что голосуем, у нас не было достаточно информации. Теперь многие жалеют о том, что проголосовали за выход», — мнения демонстрантов разнообразием не отличаются, а то, что незнание закона не освобождает от ответственности за совершенное — об этом предпочитают не вспоминать.

«У нас же не империя, она давно закончилась. У нас демократия, значит, должна быть вторая попытка, — приводит главную мысль марширующих Селия Маса, корреспондент испанской El Confidencial, оказавшаяся в гуще событий. — Великобритания по историческим и географическим причинам не может себе позволить быть вне блока».

Ради этого и условия плебисцита можно (и нужно) пересмотреть. Антибрекзионисты требуют, чтобы голосование считалось состоявшимся, если явка составила не менее 75% избирателей. А основанием для признания необходимости проведения кардинальных преобразований (выход Великобритании из ЕС как раз к таким и относится) полагать, только, если 60% проголосовавших высказались «за». Для сохранения статус-кво, разумеется, соблюдения столь жестких условий не требуется. Сторонникам сохранения места Британии в Евросоюзе не обязательно выигрывать — им достаточно того, что соперник не наберет подавляющего большинства.

Если вспомнить, что «брекзит» поддержали 18 миллионов человек (51,9% пришедших на избирательные участки), а явка составила 71,8%, большинство населения страны о существовании 50-й статьи бы не только не вспомнило, но и продолжало бы не знать.

Между прочим, такой активности электората, как 23 июня 2016 года Великобритания не знала аж со всеобщих выборов в далеком 1992-м.

Дэвид Дэвис, министр по «брекзиту» в правительстве Терезы Мэй (должность новым премьером была специально создана для разруливания всего, что касается процесса выхода страны из Евросоюза) высказался в минувший понедельник, что «нельзя провести второй референдум на основании лишь того, что некоторым людям не понравился ответ первого».

«Волю британского народа нужно уважать, — добавил Дэвис. — А «брекзит» означает только то, что Великобритания, покинув ЕС, сама будет решать, что ей делать со своими границами — для кого открывать или закрывать их, а также сама будет определяться с тем, на что расходовать деньги ее налогоплательщиков. 23 июня открыло перед нами огромные возможности, результат плебисцита является позитивным для страны. Что же касается наших европейских партнеров, то Соединенное Королевство от них никогда не откажется, и будет продолжать с ними сотрудничать в духе доброй воли».

Заявил все это министр «брекзита», выступая в Палате общин британского парламента. Аудитории, весьма трудной и совсем неподходящей для таких речей. Но выбирать аудиторию ему не приходится: парламентские слушания — обязательная программа для столь важных вопросов.

Депутаты нижней палаты пока не высказались в пользу второго референдума или против него. Честно говоря, перспективы у сторонников «оставить в силе результаты первого и реализовывать то, что им предписано» среди заседателей Палаты общин не самые лучезарные. Из всей массы в 650 депутатов, «брекзит» поддерживающих наберется едва ли 200 человек. То есть, что будет на выходе голосования — известно задолго до него. Однако не факт, что парламентариям вообще предложат голосовать: активация 50-й статьи, как настаивает Дэвис, есть чисто техническая процедура, следующая из итогов состоявшегося референдума и дополнительного утверждения не требующая.

Но препятствие к осуществлению этой технической процедуры уже установлено: группа парламентариев обратилась в Верховный Суд страны с апелляцией на эту установку. Теперь судьба «брекзита» — в руках не избирателей, но судей. Надеяться на то, что большинство в Палате общин выступит за включение механизма выхода, оснований нет. Если суд посчитает, что депутаты должны голосовать — у сторонников повторного референдума нарисуется практически стопроцентная возможность реализовать свою мечту.