Василий Верещагин. Три главных божества в буддийском монастыре Чингачелинг в Сиккиме. 1875
Василий Верещагин. Три главных божества в буддийском монастыре Чингачелинг в Сиккиме. 1875

Информация о том, что Россия усиливает свои системы ПРО и ПВО в Прибалтике, Крыму и на Дальнем Востоке, а также стремится сохранить статус глобальной державы, свидетельствует о том, что отказ Москвы от так называемого поворота к Азии должен быть воспринят в США и НАТО со всей серьезностью. Заявления о том, что такой «поворот» имеет место после введения против России санкций, не выдерживают критики, пишет Анита Индер Сингх в статье для National Interest.

Несмотря на то что Азиатско-Тихоокеанский регион является приоритетным направлением для Москвы, у которой есть неплохие шансы наладить сотрудничество со странами этого региона, Кремль в то же самое время стремится вернуться к прежним отношениям с ЕС.

Стремление России сохранить за собой позиции мировой державы очевидно в том, как Москва пытается укреплять свои связи с большим числом стран в Азиатско-Тихоокеанском регионе, однако, отмечает автор, Россия отказалась от риторики о стратегическом повороте на восток — и не без оснований. Размещение ракет в Прибалтике, Крыму и на российском Дальнем Востоке, а также преследование интересов в Западной Азии, Европе, Азиатско-Тихоокеанском регионе и Арктике свидетельствуют о том, что Кремль проверяет почву — или пытается военными силами получить позиции — по всем четырем сторонам от своей границы.

Вооруженные силы России находились в Азиатско-Тихоокеанском регионе и до конфликта на Украине в 2014 году. Так, Москва располагает Тихоокеанским флотом, а также занимает Курильские острова, тем не менее её присутствие за пределами своей территории ограничивается базой ВМС во Вьетнаме.

С учетом расположения баз России в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане едва ли можно говорить о «повороте» на восток или — даже в сторону Азии. Военные базы в Белоруссии, Молдавии и Крыму свидетельствуют о повороте в сторону Европы, тогда как база в Сирии — о повороте на запад. Базы в Армении и Южной Осетии находятся непосредственно на юге страны. Ничего из этого не означает «поворота» к Азиатско-Тихоокеанскому региону.

С экономической точки зрения, стремление Кремля убедить иностранных инвесторов развивать российский Дальний Восток было очевидно с начала правления президента России Владимира Путина в 2000 году. Россия приветствует китайские инвестиции в этот регион. На другом уровне, нашумевшее российско-китайское газовое соглашение обсуждалось на протяжении более чем десятилетия, что едва ли говорит о той быстроте «поворота», который этот термин предполагает.

С другой стороны, экономические отношения между Россией и Китаем нельзя назвать безоблачными. Объемы торговли между двумя странами сократились с $88,8 млрд до $61,4 млрд в 2015 году, что ненамного больше, чем показатели 2010 года. В то же самое время Саудовская Аравия вытеснила, по некоторым данным, Россию с первого места в списке поставщиков нефти в КНР.

Тем не менее Москву и Пекин объединяет желание бросить вызов глобальному доминированию США. У России и КНР, считает автор, не так много друзей, поэтому обе страны полезны друг другу. Хотя Москва и не выступает против действий КНР в Южно-Китайском море, она также и не хочет вмешиваться в этот территориальный спор.

Россия также принимает особые меры предосторожности, чтобы кажущаяся близость с Пекином не оттолкнула других партнеров Москвы по Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Отношения с этими странами Кремль налаживал с 2011 года посредством сотрудничества в области борьбы с терроризмом, а также продаж некоторым странам — членам АСЕАН оружия и энергоносителей.

Москва продает оружие тем странам, которые видят угрозу в поигрывающем военными мускулами Китае, а также его экспансионистских целях в Южно-Китайском море. Так, Россия на сегодняшний день является основным поставщиком оружия Вьетнаму, что говорит о том, что Кремль не стремится принести в жертву отношения в сфере обороны со странами, которые противодействуют территориальным претензиям КНР в Южно-Китайском море. Однако запланированные продажи оружия Вьетнаму и Лаосу не могут изменить баланс сил в Азии.

Несмотря на то, что недавно ВМС России участвовали в крупномасштабных военно-морских учениях в Брунее и Индонезии, с учетом численности войск на западной границе, Азиатско-Тихоокеанский регион является стратегическим отклонением для Москвы.

В области торговли же в 2015 году на долю России приходился всего лишь менее 1% общих объемов торговли ассоциации. Российские инвестиции едва ли регистрируются в статистике АСЕАН, при том что они еще и сокращаются.

Во время саммита России — АСЕАН в Сочи, прошедшего в прошлом мае, страны ассоциации заявили о готовности рассмотреть предложение Москвы о заключении соглашения о свободной торговле между АСЕАН и Евразийским экономическим союзом.

Хотя сделанные в Сочи заявления свидетельствуют об интересе как стран АСЕАН, так и России к более обширному сотрудничеству, они не означают, что Москва станет стратегическим партнером для АСЕАН. Как отмечает автор, неэффективно управляемая экономика самой России является плохим примером для развивающихся экономик Азии.

Таким образом, Россия не соперник тяжеловесам США и Китаю в регионе АСЕАН, в то же самое время из-за связей Москвы с Пекином дорога для Кремля по сближению со странами, опасающимися Китая, может оказаться закрытой. На сегодняшний день Россия «жонглирует несколькими мячами», считает автор, в Азии и не может поймать ни одного.

В сущности, ситуация проста: интересы России в Азии коренятся в желании расширить свою зону влияния там, а не помогать КНР устанавливать свое доминирование в регионе. При этом Россия не согласна с военным превосходством Вашингтона в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Что касается центральной Азии, то в мае 2015 года Китай и Россия обязались гармонизировать вопросы по Евразийскому экономическому союзу, а также китайскому Шелковому пути. Однако эта цель не носит главенствующего характера ни для той, ни для другой страны. Так, Пекин не испытывает энтузиазма относительно желания России включить Индию, Пакистан и Иран в Евразийский союз.

Неспособная экспортировать что-то, кроме энергоносителей и оружия, Россия не может предложить своим соседям по Центральной Азии инвестиций больше, чем Китай. Они, в свою очередь, также хотели бы диверсифицировать свои экономические связи, рассмотрев возможность сотрудничества с Индией и Ираном и другими странами. Однако ключевой характер для России имеет то, чтобы Китай не посягал на историческое политическое и военное влияние Москвы на регион.

Поэтому неудивительно, что глава МИД России Сергей Лавров, который попытался затушевать проблемы в российско-китайских отношениях, отметил, что, с одной стороны, отношения между Пекином и Москвой «находятся на наивысшем уровне в исторической перспективе», с другой стороны, признавая, что между двумя странами по большому числу вопросов нет согласия.

Судя по тому, что между Пекином и Москвой по вопросам Азии нет согласия, можно утверждать, что они не представляют угрозы для США в регионе, даже если КНР и Россия и захотят ограничить влияние Вашингтона там.

Вероятнее всего, наибольшее значение имеют стратегические вопросы. Так, поскольку НАТО и Россия считают друг друга крупнейшими угрозами, Вооруженные силы России находятся в европейской части страны, где происходит их усиление против Североатлантического блока.

Стратегические интересы сами по себе являются определением любого «поворота», а связи России в военном или экономическом плане со странами Азии довольно слабые. Даже старые экономические и военные отношения с Индией в рамках Дружба-Дости были заменены на экономическое и военное сотрудничество Нью-Дели с США, с индийской стороны, в то время как Россия перешла к продаже оружия противнику Индии в лице Пакистана и Китая.

Читайте также: WiB: Важное оборонное соглашение подписано Индией и США

С учетом всего сказанного, подводит итог автор, можно сделать вывод, что Азиатско-Тихоокеанский регион носит второстепенный характер для России, которая пытается укрепить свой международный престиж. В реальности же Россия, скорее всего, останется сфокусированной экономически и стратегически на Европе, даже на фоне того, как Москва пытается развивать отношения со странами в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Читайте ранее в этом сюжете: Почему Индия 10 лет тянула с подписанием военного соглашения с США