Беларусь: элита уже выбрала преемника Лукашенко

Что будет делать с этим Лукашенко?

Юрий Баранчик, 6 августа 2016, 23:12 — REGNUM  

В первых числах августа ИА REGNUM разместило довольно дискуссионный и в этом плане, несомненно, интересный текст научного сотрудника Института философии НАН Беларуси Алексея Дзерманта «Белоруссия: что будет после Лукашенко?», в котором автор высказал ряд весьма интересных с точки зрения дискуссии о будущем Беларуси и о преемнике нынешнего президента республики Александра Лукашенко тезисов. Рассмотрим их более подробно.

Начнем с главного тезиса статьи, который изложен автором в самом её начале: «Тот, кто знаком с реальным положением дел в стране, скорее всего, даст вполне очевидный ответ: после Лукашенко будет «новый Лукашенко».

В качестве обоснования автор приводит следующую аргументацию: «Не важно, какая у него будет фамилия, потому что и сегодня это не столько личность, сколько функция. А функциональный вакуум всегда требует соответствующего наполнения. Эта «наполненность» возможна только на основании преемственности и выполнения нескольких условий:

1. Сохранение и развитие крупной индустрии, промышленности как экономического базиса страны, завершение начатых больших проектов (БелАЭС, китайско-белорусский парк «Великий камень») и реализации новых.

2. Обеспечение безопасности как внутренней, так и внешней, то есть тесная связь с силовым аппаратом.

3. Идеологическая преемственность с БССР и Республикой Беларусь Лукашенко как во властной вертикали, так и в среде влиятельных интеллектуалов.

Политик, который сможет обеспечить эти условия и будет «новым Лукашенко» и, вероятнее всего, он будет выходцем из силовых структур, опирающимся на поддержку России, возможно, Китая и не сильно раздражающий Запад, по крайней мере, в начале своего правления. Невыполнение этих условий будет означать крах не просто системы, построенной при Лукашенко, но всего столетнего развития Беларуси как исторического субъекта. То есть, и большинство белорусского общества, и белорусская элита будут делать весьма однозначный выбор и даже если возникнет какой-то кризис переходного этапа, страна организуется также, как и в 1994 г., когда избрали первого президента».

Версия, конечно, интересная. Возможно, именно она наилучшим образом отвечала бы национально-государственным интересам республики в контексте евразийской интеграции и выстраивания самостоятельного политического и экономического центра мира, независимого от англосаксонских элит. Но, к сожалению, она имеет целый ряд серьезных объективных и субъективных ограничений, которые делают её, на мой взгляд, трудно реализуемой. В силу чего Беларусь, скорее всего, ждёт гораздо более неблагоприятный сценарий развития ситуации.

Во-первых, история девятнадцатого-двадцатого веков тех стран, которые относят себя к европейской цивилизации, а Беларусь, особенно последние годы, к ней себя, несомненно, относит, практически не знает примеров, когда одного диктатора, а о том, что он диктатор, пусть и в положительном смысле, говорил неоднократно и сам Лукашенко, сменял другой диктатор. Особенно она не знает таких примеров в двадцатом веке. Чили, Ливия, Ирак, Югославия, СССР (предатель Хрущев после Сталина, предатель Горбачев после Андропова), Китай, масса примеров других стран и лидеров, говорят о том, что после диктатора (сильного харизматичного лидера) приходит либо клоун, либо предатель.

Во-вторых, приход нового диктатора после прежнего невозможен по той простой причине, что первый зачищает политическую поляну от конкурентов так, что на ней перестает что-либо колоситься выше сантиметра от слоя почвы. Так и в Беларуси — не то, что в окружении президента, на всей политической поляне республики не осталось не то что хотя бы одного «диктатора» или «харизматичного политика», «сильного лидера», но вообще мужчин с признаками мужчины. Основная масса чиновников, депутатов всех уровней, лидеров партий, что провластных, что оппозиционных, — это политические евнухи. Поэтому, даже чисто физически, второго продолжателя «дела Лукашенко» практически просто нет в республике. И это проблема всех сильных лидеров — создают сильную страну, но при этом так зачищают политическую поляну, что некому передать наследство. Сталину было кому — Берии, но против него объединились все остальные, пусть и не настолько сильные игроки, и Берия пал.

Так и Лукашенко — он может оставить наследника, но где гарантии, что чиновничья элита вся не соберется против и не съест преемника? Таких гарантий нет, так как преемник должен обладать харизмой Лукашенко. А таких людей сегодня в политике республики нет и не предвидится. Даже среди силовиков. Почему тут аргумент Алексея Дзерманта страдает? Дело в том, что нынешние белорусские силовики не понимают природы политической власти, так как живут уже в выстроенной Лукашенко политической системе власти, они за нее не боролись. Для них силовые структуры — власть, и они не понимают, что силовые структуры — это только инструмент. Если они власть — то мы получаем либо Чили Пиночета, либо Германию Гитлера. Но Беларусь Лукашенко — это ни то, ни другое. Потому что есть начинка проекта, некая суть, при всех нюансах внешнеполитической эквилибристики последних пяти-восьми лет. И от этого уйти нельзя. А вот какой начинкой будут насыщать проект Беларуси после Лукашенко его преемники — это большой вопрос.

Если говорить конкретно по персоналиям, то на сегодня я вижу только две возможные кандидатуры-преемника Александра Лукашенко — это Виктор Лукашенко, его сын, помощник по национальной безопасности, и Владимир Макей, нынешний министр иностранных дел. И если есть еще надежда на то, что сын будет двигаться в русле политики отца, то этого абсолютно нельзя сказать в отношении Владимира Макея, особенно понимая, что происходит во внешней политике республики и наблюдая за трансформациями Минска, в котором, уже нисколько не скрываясь от главы государства, готовят свой белорусский Майдан. Более того, Виктор Лукашенко и Владимир Макей — это сегодня главные конкуренты на белорусский престол после Лукашенко. И если сравнивать их аппаратный вес сегодня, то Владимир Макей легко обойдет на выборах президента Виктора Лукашенко, так как практически вся республиканская элита сегодня уже под ним, и президентские выборы они будут делать под него. Такая ситуация будет в том случае, если Лукашенко не сможет передать власть преемнику еще при жизни — страх у чиновников исчезнет, и они запросто лягут под Макея.

Почему? Проект Макея предлагает европеизацию Беларуси, католизацию, отрыв от Русского мира, вывод ее из-под лобового столкновения России и Запада (как будто это возможно), превращение во вторую такую Швейцарию, где чиновники правят спокойным народом и капитализируют свои политические и чиновничьи активы кто в малый бизнес, кто в ресторанную сеть, кто в сеть гипермаркетов, а кто и в сеть торговых центров, например, «Момо». В результате этой мягкой игры в «суверенитет» Беларусь становится через несколько лет элементом польской (на самом деле американской — еще вильсоновской) концепции Междуморья со всеми вытекающими для внешней политики, экономики, промышленности, образования и так далее.

Сегодня в Минске уже происходит тотальная десакрализация столичного центра. Имеется в виду площадь у Ратуши и улица Зыбицкая. Каждые выходные там организуются концерты, другие массовые мероприятия, массовые гуляния молодежи до утра. При этом можно спокойно прямо на улице употреблять спиртное, возможно, другие природные и синтетические возбудители до утра, милиция при этом никого не разгоняет, наоборот, охраняет. Кто-то скажет — да что здесь такого, во всем западном мире так. И это действительно так — власть в западном мире давно захватили сатанисты и сейчас ведут к власти в США Хиллари Клинтон.

Мне, как человеку не один год проработавшему в системе принятия решений на высшем государственном уровне в республике, удивительно, что силовые структуры Беларуси до сих не обратили внимание на то, что прямо у них под носом готовят Майдан. В Киеве в начале нулевых начиналось все точно также. Сначала, чтобы молодежь не пила по подъездам на окраинах (или особенно в западной провинции), их научили съезжаться на выходные в центр Киева, где также каждые выходные организовывались шоу и концерты, а потом, когда они к этому привыкли, перенесли акцент с музыкальной части на политическую. И уже тогда было поздно что-то менять. Почему? Потому что произошла десакрализация центра города как места власти, места, где власть принимает решения — толпа стала думать, что она принимает решения.

Почему в свое время было правильным решение проводить акции оппозиции в Минске в сквере на окраине? — Потому что где проводишь, такое твое и влияние. И прозападная оппозиция так до сих пор и не вылезла с политической окраины. А тут сама власть пригласила толпу пьяной молодежи в центр города (до администрации президента — сто метров), а потом чиновники и силовики начнут удивляться, почему они потеряли центр города и контроль над ситуацией.

Означает ли проект Макея «преемственность БССР и лукашенковской Беларуси» — нет, и это мы сегодня видим, как во внешней политике, так и в десакрализации центра Минска.

Означает ли проект Макея «сохранение и развитие крупной индустрии, промышленности как экономического базиса страны, завершение начатых больших проектов (БелАЭС, китайско-белорусский парк «Великий камень») и реализации новых» — нет, проект Макея это проект Беларуси не как научно-промышленного кластера (советская БССР и лукашенковская Беларусь), а это проект Беларуси как торгово-развлекательно-увеселительного центра для всей Европы со всеми вытекающими выводами.

Уже сегодня деиндустриализация Беларуси — из-за отсутствия реальной экономической и промышленной интеграции с Россией — происходит довольно серьезными темпами. О чем говорит и количество белорусских гастарбайтеров за границей — уже около 1 млн. из 5 млн. граждан республики, находящихся в трудоспособном возрасте, то есть около 20%. То есть проект Макея «будет означать крах не просто системы, построенной при Лукашенко, но всего столетнего развития Беларуси как исторического субъекта».

Не соглашусь и с еще одним тезисом Алексея Дзерманта: «В российском информпространстве, особенно на фоне ситуации в Украине, все чаще Беларусь стали описывать, иногда намеренно, в исключительно мрачных тонах. Беларусь дрейфует на Запад, в стране поднимает голову национализм, чтобы не потерять Беларусь России нужны какие-то другие активные действия — суть этого потока информации примерно такова. О действиях, как всегда, мало конкретики. Но логика вполне предсказуема: России надо экономически задавить страну, свергнуть Лукашенко, а его заменить генерал-губернатором или обычной марионеткой».

Хочется отметить, что данная трактовка политики России — «России надо экономически задавить страну, свергнуть Лукашенко, а его заменить генерал-губернатором или обычной марионеткой» — не имеет ничего общего с действительностью, поэтому является либо специально распространяемым мифом, либо откровенной ложью, в чем, естественно, не хочется заподозрить автора. России нужна сильная и стабильная Беларусь, потому что сегодня практически весь периметр границ России с постсоветскими странами является целью дестабилизации мировой «партии войны». И цель политики России, как самой крупной страны мира, наоборот, заключается в максимальной стабилизации периметра. Но так как Россия сильно выросла в финансово-экономическом плане за последние пятнадцать лет, а Беларусь осталась практически на прежнем месте, то прежняя модель белорусско-российской интеграции, не наполненная никаким экономическим содержанием за исключением бюджета «Союзного государства» не устраивает политические и экономические элиты России. Они говорят: «Не хотите нашу модель интеграции, хорошо, тогда давайте свою». И что в ответ? — Ничего. Но весь мир глобализируется. И если Беларусь не хочет стать экономической «черной дырой», то надо не просто отказываться от всего, а что-то предлагать в ответ, свою концепцию, но её нет.

Поэтому России здесь нужен не генерал-губернатор — своих хватает, а политик, лидер страны, отвечающий уровню современной политики, который сделает Беларусь ещё более стабильной в политическом и экономическом плане страной и гармонично впишет её в российско-китайский евразийский экономический проект. Лукашенко это худо-бедно, через сопротивление, подчеркну, нынешней, вроде целиком и полностью управляемой элиты, но делает. В этом плане даже «Великий камень» — проект, отвечающий интересам России. Но где гарантия, что этой же линии будет придерживаться преемник? Такой гарантии на сегодня нет.

Ну, и, конечно, не выдерживает критики следующий пассаж автора: «Действия по такому крайнему сценарию приведут к неизбежному хаосу, возможно, гражданской войне с перспективой перекинуться в Россию и взрыву всего пространства между Балтийским и Черным морями. Фактически попытка дестабилизировать Беларусь будет означать втягивание России в настоящую холодную, возможно, и горячую войну на всем протяжении своих западных границ». Элита одной страны южнее Беларуси, в 4,5 раза больше по населению и в 10 раз (!) больше по экономическому потенциалу, тоже так думала — о «неизбежном хаосе», «гражданской войне с перспективой перекинуться в Россию» и «взрыву всего пространства» европейской безопасности и так далее. Вышел громкий конфуз и геополитический пшик в отношении России, но который отозвался огромными людскими, экономическими, промышленными потерями для Украины и, скорее всего, ее скорой ликвидацией в нынешнем виде.

Поэтому надо как-то осторожнее быть с такими прогнозами. Тем более, что люди, которые такое прогнозировали на Украине, уготавливая ей такое «светлое будущее» как выступить плацдармом для войны Запада с Россией, свою страну профукали ни много, ни мало, а всего за два года, но Беларусь-то гораздо меньше. Поэтому если что и подрывают такие «прогнозы», то только национальную безопасность республики.

С чем соглашусь в статье Алексея Дзерманта, так это с тем, что «реальный запрос в развитии союза России и Беларуси — связывание наших экономик в наднациональные корпорации, освоившие новые технологии в биоинженерии, сельском хозяйстве, машиностроении, военной и космической сфере, где государства, а не частный спекулятивный капитал будут гарантировать справедливое участие, разделение расходов и прибыли». Сказано хорошо и правильно. Однако логичный вопрос возникает — мы знаем о российских проектах финансово-промышленной интеграции. Их, как хорошо известно, заморозила белорусская сторона. Хорошо. Но где белорусские проекты финансово-промышленной интеграции?

Также соглашусь и с тем, что «белорусской элите необходимо понять, что мышление только в категориях национального суверенитета в современном глобальном мире уже архаично и влечет потерю стратегического видения. Российской элите для работы с белорусами нужно понимание того, что их может реально вовлечь в общий проект. И это не критика самих по себе политически нейтральных «вышиванок» или фантазии об изобретении белорусской нации в польско-сталинских пробирках. Россия может и должна привлекать возможностью соразвития, соучастия в больших проектах, в том, что открывает будущее. Такой опыт у России и русской цивилизации есть. Последнее его воплощение — советский проект, лучшие черты которого, как небезосновательно считается, во многом сохраняются в Беларуси. «Новый Лукашенко» — это тот, кто сможет трансформировать этот опыт для новых условий и разделить его с Россией, где он будет востребован все больше и больше».

Тут можно подписаться под каждым словом автора. Никто из тех, кто выступает за стабильную и сильную Беларусь, стабильную и сильную Россию, за братский союз народов наших стран — возражать против этого не будет.

В заключение же хочу сказать о главной проблеме цитируемого текста. На мой взгляд, автор обошел главный и самый острый вопрос поднятой им самим темы, просто постулировав и бодро отрапортовав, что на смену Лукашенко в ритме вальса «весь в белом» придет Лукашенко-2. Тот, кто видит, что происходит во властных кабинетах Минска и областных центров, прекрасно понимает, что это уже далеко не так.

Лукашенко уже не такой резкий, как раньше. И просто так взять, и ещё раз поменять «верхи» он не сможет — кадровой скамейки нет вообще — чистки сделали свое дело. Более того, для создания «большой семьи» в последние годы он пошел на то, на что категорически был не согласен ранее — дал возможность чиновникам и бизнесменам легализовать свои капиталы в обмен на политическую лояльность. Это всё, конечно, правильно, но второй стороны — легализованного в общественно-политическом и информационном пространстве народного мнения как противовеса заговору элит и олигархата (что, кстати, имеется в России) — не создано.

Но как известно, аппетит в таких вещах границ не знает. Рано или поздно элитам надоест сидеть по своим кабакам и торговым центрам, и они захотят политического шоу. И тут уже будет не до реиндустриализации и нового подъема белорусской науки и промышленности. Достаточно посмотреть, к чему привело пятнадцатилетнее политическое шоу Украину — к распаду. А потенциально страна, при другом курсе, могла бы претендовать на то, чтобы стать пятой европейской экономикой после России, Германии, Франции и Британии. Но «що маемо, то маемо» — сегодня Украина вплотную приблизилась к тому, чтобы быть разделенной между Россией, Польшей, Венгрией и Румынией.

Поэтому главный вопрос будушей белорусской политики, действительно, упирается в приход «Лукашенко-2», в гарантию прихода во власть именно преемника политики Лукашенко. На мой взгляд, такое может произойти только при непосредственном участии самого Лукашенко, когда он успеет передать власть преемнику. И при новом президенте всем своим авторитетом и связями гарантировать преемственность внутри‑ и внешнеполитического курса (кстати, то, что Нурсултан Назарбаев сможет снять «кольцо всевластья» и передать при жизни власть преемнику — большой вопрос, соответственно, как и будущее Казахстана). Если же преемник останется один на один с республиканской элитой, уже почувствовавшей «кровавый вкус Майдана» и вкус барышей, которые за этим стоят, они его съедят и не подавятся — слишком долго они голодали и с завистью смотрели на своих российских и украинских коллег.

Читайте ранее в этом сюжете: Белоруссия: что будет после Лукашенко?

Читайте развитие сюжета: Белоруссия — не Украина: к вопросу о преемнике Лукашенко

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
27.06.17
На Украине «декоммунизируют» Днепропетровскую и Кировоградскую области
NB!
27.06.17
Китай отвергает вмешательство Ватикана во внутренние дела страны
NB!
27.06.17
Сколько новых вокзалов действительно нужно Москве?
NB!
27.06.17
Обыкновенный нацизм: ШухевичФест пройдет во Львове
NB!
27.06.17
«Дали мазь»: в бурятском лагере ребёнок с переломом сутки ждал медпомощи
NB!
27.06.17
National Interest: Боевики подталкивают Филиппины обратно в руки США
NB!
27.06.17
Немецким мусульманам в Польше плюют в лицо
NB!
27.06.17
Радио REGNUM: Аналитика. Главное за 27 июня
NB!
27.06.17
За что СБУ убила Вороненкова и Шаповала
NB!
27.06.17
Foreign Policy: «Заваруха» на востоке Сирии только начинается
NB!
27.06.17
Бургер Кинг, Му-Му и Шоколадницу могут лишить 15% выручки за «особые» цены
NB!
27.06.17
Европол: Саммит G20 — мишень для террористов
NB!
27.06.17
Годовщина Brexit: выхода нет!
NB!
27.06.17
«Надо постараться как-то отупеть»: почему алтайская медалистка завалила ЕГЭ
NB!
27.06.17
Белый дом Трампа: Подковерная борьба не только вредна, но и полезна
NB!
27.06.17
Балканские страны захватывает «ползучая исламизация» — Die Welt
NB!
27.06.17
Жители России дали характеристику современной молодежи: опрос
NB!
27.06.17
Военный Донбасс за сутки: в Донецке обстреляна автостанция, сгорел магазин
NB!
27.06.17
Свободный порт Владивостока лишает рыбы коренные малочисленные народы
NB!
27.06.17
«Истерика вокруг Армянской АЭС по белорусским лекалам»
NB!
27.06.17
Национальный рейтинг губернаторов за май-июнь 2017 года
NB!
27.06.17
Смертность растёт: челябинцы всё чаще умирают от «белого китайца»