Европейские интеллектуалы продолжают искать ответ на вопрос, как и почему евроскептики и националисты сумели взять вверх над идеей единого Союза. Важной эта дискуссия остается и для Ватикана. Папа Римский Франциск, награжденный недавно премией Карла Великого, критикуя Европу, все же стоит на позициях ее целостности. Против референдумов о выходе из ЕС и евроскептиков по большей части выступают региональные Конференции католического епископата. Но кто запустил тот самый «вирус», который сегодня разрушает Евросоюз, приводит к власти в ряде стран авторитарные националистические режимы и реанимирует не самые лучшие поведенческие модели среди европейских народов?

Разгребать завалы, созданные «благодаря» усилиям польского папы и американского президента, теперь приходится аргентинскому Франциску
Разгребать завалы, созданные «благодаря» усилиям польского папы и американского президента, теперь приходится аргентинскому Франциску
thenews.pl

Известный итальянский католический журналист Луиджи Дженинацци обращает внимание на государства Центральной Европы, которые показали свое новое обличье в связи с кризисом с беженцами. Эти страны, среди которых особо выделяются Польша и Венгрия, после Второй мировой войны в силу политических процессов стали моноэтничными. В бытность существования «советского блока» националистический компонент активно подавлялся коммунистической идеологией. Правда, это не помогло евреям Польской народной республики, переживших в 1960-х годах волну гонений, когда власти их выдавливали в Израиль, но все же на официальном уровне пропагандировался интернационализм. Сегодня в Варшаве и Венгрии пришли к власти режимы, отмечает журналист, которые основываются на понятиях «патриотизма», «христианских ценностей», «национального суверенитета». Соответственно, оппозиция, которая выступает против правящих партий, усилиями проправительственной пропаганды, получается, превращается в тех, кто выступает против фундаментальных основ государства и общества. Для демократической Европы — это тревожный знак, существует опасность развала Союза. Болезнь заразна, вслед за Польшей и Венгрией риск угрожает Германии, где набирает обороты «Альтернатива для Германии», и Австрии, где на выборах президента страны чуть было не победил кандидат от Партии свободы.

Истоки сложившейся ситуации Дженинацци ищет в борьбе «народов Восточной Европы за освобождение от коммунизма». Элементом ее стало пробуждение националистических настроений среди стран Варшавского договора, а одним из проводников — папа Римский Иоанн-Павел II, говоривший о «теологии народов». По тем временам это выглядело прогрессивной идеологией раскрепощения и освобождения от «тоталитарных оков». Но то, что в начале 1980-х казалось вождям Запада лекарством, сегодня в итоге становится ядом. «Теология народов», которая была разработана Иоанном-Павлом II, использовалась в качестве лома, чтобы подорвать идеологический и репрессивный аппарат тоталитарного государства, — пишет итальянский журналист. — Польский папа говорил, что «нация живет истиной о себе и имеет право на эту истину о себе». Следовательно, «государство должно позволить нации реализовать свою субъектность». Слова красивые, но чем руководствовался сам понтифик? Польский историк и политик Павел Коваль напоминает, что приход к власти кардинала Войтылы ознаменовал для Ватикана пересмотр так называемой «просоветской» восточной политики, которую проводил на протяжении многих лет итальянский кардинал Агостино Казароли. Хотя Иоанн-Павел II и повысил его до позиции номер два, сделав государственным секретарем Святого престола, в отношении коммунистического блока папа проводил собственную линию в союзе с президентом США Рональдом Рейганом и американским экспертом по внешней политике Збигневом Бжезинским.

Уже под конец 1970-х годов Иоанн-Павел II подверг ревизии прежнюю политику Ватикана, не обращавшего внимание на существование в СССР «подпольных» греко-католиков, и вступил в контакт с кардиналом Иосифом Слипым, который после 1963 года проживал в Риме, откуда руководил остатками запрещенной на Украине греко-католической Церкви. В январе 1981 года власть сменилась в Белом доме, на смену Джимми Картеру пришел Рейган. Но еще на излете каденции Картера с концепцией развала советского блока выступает Бжезинский, сделавший ставку на разыгрывание двух жертвенных стран — Польши и Афганистана. С этого момента и до 1989 года последующие события в Польше будет являться одним из ключевых элементов политики США. А Бжезинский, который контактирует с Иаонном-Павлом II, выстроит свою карьеру в американских коридорах власти как «свой человек в Ватикане». Как отмечает Коваль, важнейшим на тот момент была политическая солидарность трех лидеров — Иоанна-Павла II, британского премьера Маргарет Тэтчер и Рейгана. Встреча в Ватикане польского папы и американского президента 7 июня 1982 закрепила этот антисоветский «завет». Никогда до того или после отношения между Святым престолом и США не были настолько глубокими, а контакты между задействованными в операцию лицами — настолько частными. С американской стороны в них были задействованы глава Совета национальной безопасности Уильям П. Кларк-младший и директор ЦРУ Уильям Кейси. Эта операция получила кодовое название Cappuccino.

Бумеранг, который польский папа запустил в Советский Союз, сделал свою работу — противник был повержен. В этом смысле успехи Иоанна-Павла II, Рейгана и Тэтчер безусловны. Но каждое действие оборачивается противодействием, а бумеранги имеют привычку возвращаться. Выпестованные по рекомендации Бжезинского в Афганистане моджахеды превратились в итоге во врагов Соединенных Штатов, а бывший агент Бен Ладен в сентябре 2001 года совершил самый смертоносный террористический акт на американской территории. Что касается Польши, то она сегодня превращается в еnfant тerrible Европейского союза, в первую очередь, для Германии как главного локомотива ЕС. Дело доходит до того, что немецкий президент Йоахим Гаук, выступивший на днях на организованных в Лейпциге Днях католиков, обвинил поляков в несостоянии оказать христианское милосердие, приписав этот «недуг» их жизни «в условиях коммунистического блока». Вряд ли папа Иоанн-Павел II рассчитывал на подобный результат, когда начинал свою операцию по «освобождению народов» в начале 1980-х годах. Но, как говорит известная пословица, благими намерениями вымощена дорога в очень жаркое и неприятное место. А разгребать завалы, созданные «благодаря» усилиям польского папы, теперь приходится аргентинскому папе Римскому Франциску.