Происходящие сегодня процессы в Белоруссии раз за разом заставляют задуматься над тем, куда и под каким знаменем движется республика. Попытки идеологического переустройства белорусского общества, несмотря на их определенную хаотичность из-за политической конъюнктуры как внутри страны, так и за ее пределами, с каждым годом становятся все более очевидными. И на этом фоне вопрос об идентичности белорусов и попытках ее формирования со стороны государственных и иных структур становится все более актуальным.

Обложка книги «Нарысы гісторыі Беларусі»
Обложка книги «Нарысы гісторыі Беларусі»
ay.by

Часть 1. Белорусская идентичность на переломе эпох

Вплоть до начала перестройки белорусское общество в массе своей идентифицировало себя не в качестве отдельно этноса, а как часть советского народа. Конечно, понятие «белорус» существовало как некий отличительный признак тех, кто проживал в БССР, но именно здесь максимально широко была реализована концепция создания советского человека, который бы не определял себя отдельной от других народов СССР этнической единицей. Однако с началом перестройки ситуация стала кардинальным образом меняться, а в республике все больше стало расцветать местное националистическое движение во главе с различными культурно-просветительскими организациями, объединенными общей идеей «белорусского возрождения» («Талака», «Канфэдэрацыя беларускіх суполак», Белорусский народный фронт «Адраджэньне» и прочие). Практически все значимые массовые негосударственные мероприятия тех лет в БССР проходили под знаменем белорусской культуры и истории с националистической окраской. И именно из тех лет и организаций вышли многие из тех политиков, которые сегодня находятся в оппозиции (Зенон Позняк, Станислав Шушкевич и пр.)

Необходимо отметить, что к началу 1990-х годов белорусское общество все еще не воспринимало те исторические мифы, которые создавались националистически настроенной элитой, что нашло свое отражение в проведенном в марте 1991 года референдуме по вопросу о сохранении СССР. Тогда более 80% белорусов высказались против развала Советского Союза, что, правда, не помешало политической элите провозгласить вначале суверенитет (27 июля 1990 года), а затем и независимость республики (25 августа 1991 г.). С сентября 1991 года Белорусская Советская Социалистическая Республика превратилась в Республику Беларусь, что окончательно ознаменовало начало нового этапа формирования белорусской идентичности.

В 1991—1994 годах в Белоруссии была организована попытка внедрения новой национальной концепции, опорой которой стали молодежь и представители местной интеллигенции. При этом простые граждане, которые в те годы были заняты вопросами выживания, оказались в массе своей глухи к националистическим призывам. Тем более что практически все лозунги местных националистов носили крайне радикальный характер и вызывали в обществе отторжение. Если посмотреть на различного рода книги и учебные пособия тех лет (например, «Нарысы гісторыі Беларусі» или «100 пытанняу i адказаў з гiсторыi Беларусi»), то оказывается, что вся предыдущая историография была неправдой, выдуманной русскими историками, а на самом деле все было по-иному: главным врагами белорусов всегда были «москали», Великое княжество Литовское было белорусским государством, которое является основой для современной белоруской государственности, а идентичность белорусов неразрывным образом связана с понятием «литвинство».

История и, что более важно, язык были поставлены местной национальной элитой во главу угла всего развития Белоруссии, в результате чего были изменены государственная символика, белорусский язык стал единственным государственным, а в массовое сознание стала постепенно внедряться идея о единстве белорусской и европейской истории в качестве главного противовеса советскому прошлому. И в те годы это было совершенно неудивительно, так как схожие процессы проходили во всех бывших советских республиках.

К середине 1990-х годов стало понятно, что формирование белорусской идентичности в стране стало прочно связываться с европейской историей, а культурно-исторические, политические и иные связи с Россией постепенной отошли на задний план. Однако выборы первого президента Белоруссии продемонстрировали, что процесс трансформации белорусского сознания, начатый еще в середине 1980-х годов, был далек от завершения, а простые белорусы по-прежнему оставались индифферентны к национальным лозунгам. В 1994 году белорусские националисты — Зенон Позняк и его Белорусский народный фронт, который предлагал организовать так называемую Черноморско-Балтийскую дугу, чтобы отделиться от России, а также не давать гражданства «не белорусам», проиграли уже в первом туре. Во второй тур вышли тогдашний премьер-министр Вячеслав Кебич и глава временной комиссии Верховного Совета РБ Александр Лукашенко. И, что самое интересное, они оба использовали лозунги о дружбе с Россией, что нашло отклик среди большинства населения республики. Правда, популизм Лукашенко и его непосредственность оказались более близки электорату, чем выверенная программа Кебича, что позволило ему победить на выборах и получить в свои руки страну на десятилетия вперед.

Необходимо отметить, что национальная политика первого и единственного на настоящий момент президента была довольно непоследовательной. Придя к власти, он сразу же начал борьбу с местными националистами, противопоставив им советские стереотипы. Это было связано не столько со стремлением вернуться к идеологии Советского Союза, сколько с желанием обезопасить свое политическое будущее. В этой связи в 1995 году в республике был проведен референдум, где были предложены новая государственная символика, а также курс на союз с Россией и введение русского языка как второго государственного. Оказалось, что белорусы по-прежнему находились в глубокой ностальгии по советским временам, и план Александра Лукашенко удался — все его инициативы были поддержаны, а местные националисты оказались в меньшинстве.

В течение следующего года белорусский президент, умело используя свою народную поддержку и оперируя лозунгами о необходимости восстановления связей с Россией, смог добиться проведения нового референдума, который состоялся в ноябре 1996 года. По его итогам Лукашенко получил широкие полномочия, в том числе позволяющие ему реорганизовать парламент, который на тот момент представлял собой главный орган местной оппозиции. Попытка же белорусских националистов выступить против результатов простым народом поддержана не была, что в очередной раз доказало, что в белорусском обществе к середине 1990-х годов так и не была закреплена новая национальная идеология, основанная на отрыве от России. И именно 1996 год можно считать определенным рубежом в процессе формирования политики белорусской правящей элиты к вопросу об идентичности белорусов.

***

Продолжение следует…

Читайте ранее в этом сюжете: Как конструировалась белорусская идентичность: Часть 3. Современность

Читайте развитие сюжета: Как конструировалась белорусская идентичность. Часть 2: десятилетие поиска