Александр Горбаруков ИА REGNUM

9 марта 2016 г. 57 депутатов Европарламента потребовали от «министра иностранных дел» ЕС Федерики Могерини создать новый «чёрный список» из 28 имён государственных деятелей России и ЛНР, связанных, по мнению евродепутатов, с «преследованием Надежды Савченко». Во главе списка — имя Владимира Владимировича Путина. А днём позже — 10 марта — федеральный окружной судья Нью-Йорка Джордж Дэниэлс вынес заочное решение суда, согласно которому Иран должен выплатить 10,5 миллиардов долларов родственникам и другим представителям лиц, погибших во Всемирном торговом центре и здании Пентагона, и страховщикам, покрывшим имущественный ущерб и другие материальные потери. Основанием судебного решения (напомним — салафитская «Аль-Каида», которая организовала теракты, является непримиримым врагом шиитского Ирана) стало, как заявил судья Дэниэлс, то, что «Иран не смог доказать свою непричастность к терактам и отсутствие связи с террористами, захватившими пассажирские лайнеры и атаковавшими башни-близнецы Всемирного торгового центра и здание Пентагона 11 сентября 2001 г.» Особенно пикантно выглядит решение Нью-Йоркского суда, если сравнить его с решением этого же суда от 30 сентября 2015 г. по иску, выдвинутому против Саудовской Аравии (которая, по мнению многих экспертов, прямо стоит за спиной «Аль-Каиды», созданной представителем Бен Ладенов — одной из богатейших семей королевства). В удовлетворении иска было отказано, потому что, как пояснил тот же судья Дэниэлс, «Саудовская Аравия, будучи суверенным государством, обладает иммунитетом и по американским законам её невозможно обязать выплатить запрошенную сумму».

Эти два ярких события позволяют нам радикально обновить свой подход к теме «санкций», судов, международного права и т.д., а главное — сам наш словарь, который мы используем, описывая происходящее. Потому что пока мы напоминаем непутёвого игрока в карты, который, получив от своего «партнёра» несколько раз канделябром по физиономии, продолжает настаивать, что козыри — пики.

«Список Савченко», как и «приговор Ирану» — яркая и убедительная демонстрация того, что Запад перешёл в следующую фазу своей «великой европейской цивилизации». Потому что, как совершенно правильно говорят сейчас некоторые наши комментаторы, даже Гитлер пытался придать видимость корректности своему режиму, проводя, например, открытый процесс по делу о поджоге Рейхстага и утвердив — потому что слишком белыми нитками оказалось шито обвинение — оправдательный приговор Георгию Димитрову и его соратникам. Современный Запад — абсолютно суверенный хозяин своему слову и своему делу: захотел — дал слово, захотел — обратно взял, захотел — обвинил, захотел — осудил, ну, а потом уже — хочешь-не хочешь — пошёл убивать. Мы же продолжаем по старинке оспаривать «санкции», приводить свои аргументы против аргументов другой стороны, выражать надежду на скорую отмену санкций, принимать решение об ответных «антисанкциях», как будто не понимая, что живём в совершенно новой реальности.

А реальность эта называется по-другому. Запад по всем направлениям (кроме прямых боестолкновений с Россией) перешёл к неконвенциональным действиям. Фактически не действуют международные договорённости, сокращены полномочия ООН, отменены этические нормы для СМИ, дипломатов и высших должностных лиц, позволяющих себе разговор о России и её государственном руководстве на том языке, которым пользуются только во время войны в отношении к противнику. Не говоря уже об Украине, где Верховной радой и «радами» всех уровней приняты официальные решения об объявлении России агрессором.

И конечно, санкции — это никакие не санкции. Санкции — это меры ограничительного характера, принимаемые в рамках международного права с целью оказания давления на власти той или иной страны, фактически — меры экономического шантажа, направленные на побуждение этих властей к переговорам и компромиссам. А то, что делается сегодня Западом в отношении России — это экономическая агрессия против России, направленная на сокрушение её государственности и нанесение максимального ущерба её гражданам. Совершенно очевидно, что обоснование «санкций» надумано, никаких «компромиссных шагов», кроме выполнения ультимативных требований о капитуляции, от России на Западе не ждут.

Соответственно, совершенно непонятно, зачем мы называем действия со стороны России «ответными санкциями» или «антисанкциями». Мы что, надеемся этими мерами вынудить власти Запада изменить свою позицию? Добиться от них осознания их неправоты? Хотим подорвать их экономику? Если бы это было так, что «антисанкции» следовало бы признать огромной ошибкой.

Но, во-первых, это не ошибка. А во-вторых, не «антисанкции». Это — в ответ на экономическую агрессию — национальная экономическая самооборона. Она ещё называется политикой протекционизма. То есть политикой государственной защиты интересов собственного производителя и потребителя.

О необходимости протекционизма в современной России говорят вот уже 25 лет — все годы после распада СССР. И все эти годы любые доводы сторонников протекционизма отметались — безо всякого обсуждения, в режиме «полно дурь-то молоть!» — нашими системными либералами, до недавнего времени сохранявшими тоталитарно-монопольные позиции в определении экономической политики страны. И только после начала экономической агрессии против нас мы стали — вынужденно — защищаться. Пока ещё не «по полной программе». Но — именно защищаться. И защищать: отечественных товаропроизводителей, получивших мощный стимул для роста и развития. Отечественных потребителей, которые получат теперь доступ к экологически чистой продукции. Отечественную экономику в целом, у которой только теперь и появился шанс стать суверенной, самодостаточной, а значит — намного более инвестиционно привлекательной, чем раньше.

Поэтому ситуация с «санкциями-антисанкциями», а точнее, с экономической агрессией против России и её экономической самообороной, парадоксальная.

С одной стороны — и это характерно — тема «санкций» в России стала темой для анекдотов. До всё более широкого круга наших граждан доходит: низкая цена на нефть и протекционистские меры, принятые руководством России, — это скорее благо для нашей экономики. Скажу совсем странную вещь — если бы снижения цен на нефть и западной экономической войны не было, у нас продолжился бы застой в экономике, и мы продолжали бы и дальше «прогуливать» наследство предков — сырьё, природные ресурсы — проедая будущее страны и своих детей.

С другой стороны — хотя для шапкозакидательства у нас оснований нет — следует признать: пока что западные страны, ввязавшиеся в экономическую войну с Россией, ничего не выиграли, более того, они ставят под угрозу экономическую стабильность во всем мире. Своими руками усугубляют общемировую рецессию. А самое главное — они резко ускоряют свой собственный «закат». То, что западная цивилизация уже давно движется по нисходящей, — всё более очевидный факт не только для историков и философов. То, что центр формирования будущего переместился в Азиатско-Тихоокеанский регион — тоже факт. То, что России и её Дальнему Востоку предстоит сыграть в Восходе Востока особую роль — совершенно очевидно. Поэтому Запад по инициативе США просто рубит сук истории, на котором пока сидит, и резко ускоряет предсказанный Шпенглером «Закат Запада».

Очевидно одно: нельзя жить, «пережидая санкции». А если их вдруг снимут — совершенно не нужно отменять наши протекционистские меры, направленные на защиту российской экономики от пагубного зацикливания на необеспеченном потреблении. Спасибо США и Западу, что они своими непартнёрскими — а точнее враждебными — действиями вынудили нас, наконец, к преодолению давно изживших себя либеральных комплексов.

Ростислав Гольдштейн, член комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам