Министр Сергей Донской на охоте
Министр Сергей Донской на охоте
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

В соответствии с Рамочной конвенцией об изменении климата ООН, 11 декабря 2015 года в Париже прошла 21-я сессия Конференции Сторон, на которой российские Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской и специальный представитель Президента РФ Александр Бедрицкий согласовали от имени России Парижское соглашение по вопросам климата. В пункте 31 раздела III «Решения, касающиеся вступления в силу Соглашения» данного Соглашения зафиксировано:

а) Стороны представляют отчётность по антропогенным выбросам и абсорбции в соответствии с общими методологиями и метриками, оценёнными Международной группой экспертов по изменению климата.

d) стороны представляют пояснения в отношении того, почему какие либо категории антропогенных выбросов или абсорбции были исключены.

В последних официальных выступлениях Министра природных ресурсов и экологии Сергея Донского данные в отношении абсорбции (поглощения) углекислого газа фотосинтезирующим миром России были многократно занижены, в следствие чего Россия из страны-донора по поглощению антропогенного углекислого газа превратилась в страну-паразита. Как это удалось сделать? На основании чего? На основании методики Межведомственной комиссии РФ по проблемам изменения климата! В соответствии с этой методикой, в Третьем Национальном сообщении Российской Федерации (2002), подготовленном этой комиссией, поглощение CO2 фотосинтезирующим миром России определяется не по результатам фотосинтеза, а через изменение «общего запаса стволов древесины». По мнению комиссии, «для расчёта поглощения CO2 интерес представляют лишь земли, покрытые лесной растительностью на момент государственного учёта лесного фонда» (см. стр. 30, 32). Другая какая-либо методическая основа по инвентаризации поглощения («годового депонирования в общей фитомассе») парниковых газов или ссылки на неё в работе отсутствует, о чём авторы говорят и на стр. 55−60 своего труда.

Нужно отметить, что десятикратный «секвестр» российского углеродного стока произошел еще в конце 1990-х, когда с 1997 года Межведомственную комиссию возглавил глава Росгидромета Александр Бедрицкий. Величина секвестра? Приблизительно 300 млрд евро: 10 млрд тонн неучтенной поглотительной способности российской биоты по 30 евро за тонну СО2 — средний углеродный налог в ЕС (в Швеции, Финляндии, Швейцарии он еще выше). В 1999 году А.И. Бедрицкий публикует в журнале «Лесной вестник» статью «Лес и глобальные изменения климата», в которой приводит величину общей поглотительной способности биоты в 960 млн тонн в СО2-эквиваленте, из которой на долю лесов приходится 890 млн тонн. Данная оценка, как пишет Бедрицкий, получена «титаническими усилиями» работников Рослесхоза, Международного института леса и Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов РАН.

Кто же главный исполнитель заказа, автор методики, которую справедливо можно назвать «Методикой недооценки поглотительной способности». Знакомьтесь! Замолодчиков Дмитрий Геннадьевич! С 1991 по 2011 годы сотрудник Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов, закончил свою работу в Центре в должности заместителя директора Центра, с 2012 года заведующий Кафедрой общей экологии, профессор МГУ.

В 2003 году Дмитрий Замолодчиков защищает докторскую диссертацию в форме научного доклада «Баланс углерода в тундровых и лесных экосистемах мира», в котором он сообщает о себе:

«Автор является одним из ключевых членов творческого коллектива по оценке углеродного цикла лесов России, принимает участие в планировании и разработке методик исследований, осуществляет расчеты и количественную интерпретацию результатов. Результаты работы использованы в Первом, Втором и Третьем национальных сообщениях по изменению климата, структурами Министерства природных России»!

Далее он сообщает:

«Работа выполнялась на Биологическом факультете Московского Государственного Университета и в Центре по проблемам экологии и продуктивности лесов Российской Академии наук в рамках:

  • гранта Госдепартамента США «Потоки парниковых газов в арктических экосистемах» (1994);
  • гранта Института инновационных технологий для Земли (Япония) «Влияние повышенных концентраций СО2 и температуры на углеродный баланс арктических экосистем» (1997−1999);
  • гранта Национального научного фонда (США) «Исследование потоков углекислого газа, водяного пара и энергии: в направлении к глобальному синтезу» (1998−2003);
  • договора с Институтом мировых ресурсов (США) «Углерод в лесном фонде и сельскохозяйственных экосистемах России» (2001−2003).

Большую помощь в концептуальном и методическом плане оказали американские исследователи проф. В. Ошель (W. Oechel) и С. Хастингс (S. Hastings)».

Вот, выходит, кому персонально Россия обязана своим униженным положением «паразита» при определении абсорбции углекислого газа на её территории.

На III сессии Международного форума «Участие России в реализации нового соглашения ООН по изменению климата (Париж 2015) 18 февраля 2016 года, с участием государственных чиновников, отвечающих за выработку позиции России в переговорах по Парижскому климатическому соглашению, которая почему-то проводилась «под эгидой» и на деньги Российской экологической партии «Зеленые» распространялась брошюра Всемирного фонда дикой природы «Лес и климат», главным автором которой является Д.Г. Замолодчиков. В ней сообщается:

«Главное…, чтобы к 2030 году из нетто-стока, равного 600 млн т СО2 в год, осталась значительная часть».

Уже 600! Если так пойдет дальше и министр Донской в компании со спецпредставителем президента по климату Бедрицким и профессором Замолодчиковым продолжат свою энергичную деятельность, то не за горами полное обнуление поглотительной способности российской природы. Понять их мотивы можно — глобальное потепление ведь не шутка, а очень большие деньги!