luxfon.com
Мыльный пузырь

Совсем недавно президент Бразилии Дилма Русеф заявила, что «страны БРИКС вместе являются одной из крупнейших экономик в мире, и не смогут в середине XXI-го века довольствоваться зависимостью от кого бы то ни было». Где теперь эти декларации? Наверное, там же, где их автор — в ожидании импичмента за коррупцию.

В 2010 году Бразилия действительно стала седьмой экономикой мира, страна была привлекательна для инвесторов и показывала почти китайские темпы роста — более 7%. Сейчас она находится в рецессии. ВВП только в 2015 году сократился на 3%, и будет продолжать падать. Как это случилось? Многие эксперты считают, что в первую очередь подвела стратегия развития, основанная на экспорте сырья (в основном Китай), а также падение мировых цен на сырье. К этому добавились такие факторы, как коррупция, плохое управление, инфляция и безработица. Еще осенью агентство Standard and Poor’s снизило кредитный рейтинг страны до «мусорного» уровня…

Бразилии остается экономить, однако в перспективе это только обострит проблемы. Результат можно наглядно рассмотреть на примере Греции. Президенту страны Дилме Русеф, которая «бьётся в кровь» за сохранение своих позиций, можно только посочувствовать — политические союзники, бизнесмены, общество, оппозиция в парламенте запустили процедуру импичмента. А «микс» из политического и экономического кризисов способен создать такой «коктейль» незамедленного действия, который способен будет «разнести» страну в клочья.

Что ж, один из столпов БРИКС почти пал. Россия, учитывая нынешнее положение, также не вполне подходит на роль лидера организации. Совершенно ясно, что великая китайская эстафета снижает темп и показывает, как сильно зависело будущее БРИКС именно от её итога.

За 20 лет, извлекая выгоду из очень низкого уровня доходов населения и огромного рынка труда, помноженных на западные инвестиции, Китай удвоил рост экономики. Теперь «бассейн высыхает», затраты на рабочую силу поднялись, рост замедлился с 12% до 10%, и в настоящее время составляет 7%, а по некоторым подсчетам — 4%.

Россия также показывает поразительный спад — от $2 трлн экономики в 2013 году до $1,2 трлн экономики в 2015 году. Экономика Южной Африки также стала сокращаться в 2015 году (низкий рост экономического развития, высокая инфляция). И только Индия, которая не настолькозависит от китайской экономики, кажется, в состоянии сохранить прежний уровень роста.

Когда британский экономист Джим О'Нил придумал термин БРИК в 2001 году, идея нового «кирпича» в глобальной экономике не выглядела столь призрачно: началась глобализация, был разблокирован экономический роство многих развивающихся странах. Потенциал четырех стран-основательниц БРИК (Южная Африка была добавлена в 2010 году) был огромен. Большие страны с впечатляющей численностью населения, низким уровнем доходов (в 2001 году) и значительными ресурсами… Эти четыре страны, говорил О'Нил, способны обеспечить 60 процентов мирового экономического роста. Западные неудачи в Ираке и финансовый кризис тогда только укрепил положение этих развивающихся рынков, которые как от трамплина отталкивались от западной экономики.

Почему же не получилось? Самые очевидные причины заключаются в следующем: ошибочно было принимать на себя проекцию прямой линии китайского роста. Два десятилетия подъема, увеличившего экономику в два раза — это, конечно, величайшее достижение, но нельзя было рассчитывать, что он будет продолжаться вечно. Рынок труда в Китае исчерпан (трудоспособное население стареет); зарплаты ныне соперничают по уровню с США; вливания иностранного капитала когда-то должно было прекратиться. Все это крайне неустойчивые факторы.

Вторая проблема — то, что после замедления китайских темпов роста, Россия и Бразилия, не позаботившись о диверсификации своей экономики, решив и далее «пользоваться моментом» и оседлать «китайскую волну», остались сейчас у разбитого корыта.

В последние несколько недель идут дебаты о том, включит ли МВФ юань в корзину резервных валют. На данный момент МВФ подтвердил четыре основные валюты: доллар США (40%), евро, фунт, иена. Если юань будет включен в качестве резервной валюты, это может заставить китайцев пересмотреть свои планы по поводу экономической независимости. По крайней мере, этого очень хотелось бы западным державам.

Учитывая все вышесказанное, пассивная позиция Пекина, Бразилиа, Дели и Претории в сирийском кризисе выглядит вполне понятно. Естественно Китай не позволит, будучи постоянным членом Совбеза ООН, санкционировать смену режима Асада, но на этом вмешательство заканчивается.

Что касается Индии, правительство Асада ясно высказалось по поводу возможной роли страны: «Мы бы очень хотели, чтобы Индия играла более активную роль. Индия находится в редкой позиции, и имеет хорошие отношения с Сирией и мировыми державами», — заявил недавно посол Сирии в Индии, Риад Камель Аббас. Однако, не похоже, что Индия собирается жертвовать своим внеблоковым статусом в угоду сирийским и российским интересам. Правда заключается в том, что каждая из этих держав лавирует между Ираном, странами Персидского залива, США самостоятельно, стараясь сохранить существующие экономические связи.

«БРИКС — это гетерогенная группа различных стран, движущихся в разных направлениях. Удобно думать, что удастся создать новую группу, новый класс активов при наличии общих объединяющих факторов, которые в итоге сводятся к обеспечению растущей некогда экономики Китая сырьем. Но мы говорим о развивающихся рынках упрощенно. Сейчас они представляют 40% мировой экономики. То, что является движущей силой роста в странах с высоким на душу населения, какими как Корея и Тайвань очень отличается от того, что приводит к росту экономики в Индии или Нигерии. Мы должны уделять больше внимания отдельным сюжетным линиям, и не сваливать развивающиеся рынки мира в одну кучу», — пишет Крис Райт из Forbes.

По материалам Forbes, Allafrica, Global risk insights, Counterpunch, The daily beast, Huffington post, El Pais.