Утром 3 февраля 2014 года все ведущие СМИ Запада вышли с заголовками на своих страницах типа "Европа и США работают над планом помощи для Украины", "Запад планирует пакет финансовой помощи для Украины". Дело в том, что накануне в кулуарах конференции в Мюнхене по безопасности в интервью влиятельному американскому изданию Wall Street Journal (WSJ) верховный представитель Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон сообщила, что ЕС и США работают над планом оказания Украине значительной краткосрочной финансовой помощи. Правда, размеры этой "помощи" пока не определены. Чуть позже еврокомиссар Фюле вторил Эштон, заявив: "Украине надо пообещать членство в ЕС". Председатель Европейского совета Херман ван Ромпей заявил на конференции, что "будущее Украины принадлежит ЕС". Государственный секретарь США Джон Керри заверил украинскую оппозицию в солидарности Запада. "США и Европейский союз на стороне украинского народа в этой борьбе", - сказал он. "Эта страна" не должна быть ориентирована только на Россию, - полагают США устами своего госсекретаря.

Что происходит? Является ли объявленный финансовый проект Запада для Украины: а) блефом с целью обострения в ближайшие дни и без того не простой ситуации в Киеве? б) действительным проектом - тем предложением украинскому руководству, от которого оно не сможет отказаться из-за того, что очередной российский транш из 15-ти миллиардного пакета задерживается Москвой по формальной причине отсутствия на Украине правительства? Если проект Запада является реальностью и действительно осуществится, то он ознаменует собой очередной успех "многовекторной" политики, принятой независимой Украиной после 1991 года. Отметим здесь только то обстоятельство, что деньги правящей верхушке Украины нужны по формуле "здесь и сейчас", поскольку, как выяснилось 28 января из ответов российского президента Владимира Путина на вопросы прессы в Брюсселе, Киев не в состоянии оплатить текущие счета по поставкам газа, не говоря об уже имеющейся многомиллиардной задолженности Газпрому.

Примечательно, что весть о "краткосрочной финансовой помощи" Украине прозвучала из уст верховного представителя Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон - официального представителя, выбранного на роль "посредника" в деле урегулирования политического кризиса на Украине. Здесь надо отметить, что собственно у верховных органов ЕС - у Европейской комиссии каких-либо свободных финансовых средств для возможного оказания финансовой помощи Украине - нет. Практика последних лет оказания финансовой помощи кризисным странам еврозоны предполагала совместную деятельность т. н. "тройки". Санкцию на выделение средств давали: Европейская комиссия, Европейский центральный банк и МВФ. Однако размер собственно европейской части финансовой помощи (без МВФ) определялся государствами-членами ЕС, для чего согласовывался в т. н. еврогруппе - Европейском совете министров финансов стран-членов еврозоны (EU17, сейчас после вступления Латвии в европейский валютный союз EU18). Процесс согласования помощи по европейской линии требовал довольно продолжительного срока - до полугода. Аналогичным образом помощь от МВФ обуславливалась обычно на продолжительных, порой с перерывами, переговорах. Итак, остается вопрос: в какой форме может быть осуществлена экстренная финансовая помощь Запада Украине в той ситуации, когда речь в интервью WSJ идет буквально о выделении денег через несколько недель. Тем не менее, в интервью Эштон назвала именно МВФ в качестве передаточного звена "финансовой помощи" Украине.

Ранее проект урегулирования, предлагавшийся американцами, предполагал вместо "кредита от Путина" возвращение Украины за стол переговоров с МВФ. Эштон в интервью WSJ объявила, что пакет "краткосрочной финансовой помощи" не будет зависеть от требований долгосрочного соглашения с МВФ, чьи финансовые условия Киеву ранее показались неприемлемыми. МВФ, таким образом, будет работать с Украиной, но без своих обычно тяжких условий. Механизм участия ЕС в помощи Украине остается пока неясным.

Тем не менее, условия будут. Они имеют политический характер. В интервью Эштон заявила, что выделение денег будет зависеть от того, насколько новое украинское правительство следует в своей деятельности экономическим и политическим реформам. Куда же без реформ? Слово это преследует нас уже 30 лет.

США и Европейский союз наращивают усилия, чтобы добиться исхода политического кризиса на Украине в свою пользу. План "краткосрочной финансовой помощи" Украине является контратакой в ответ на финансовое давление Москвы, последовавшее за отставкой кабинета Азарова. WSJ назвал означенную меру "наиболее значительным на сегодняшний день шагом Запада в возобновлении геополитической борьбы за Киев".

Как свидетельствуют выступления на конференции и сопутствующие материалы в СМИ, на Западе сейчас хорошо понимают, что возможности для разрешения политического кризиса на Украине крайне сузились. Сделано это было специально и вполне сознательно. Президент Виктор Янукович поставлен перед выбором либо кровавого подавления "антиправительственных демонстраций", либо полной капитуляции власти. "Украина стоит на грани, и Европа должна вернуть ее обратно. Это не бархатная революция, но и не восстание фашистских казаков или игра с нулевой суммой с Россией", - решительно пишет 2 февраля 2014 года британская Guardian.

На Западе сейчас никто не скрывает истинной геополитической подоплеки происходящих событий. В СМИ план "краткосрочной финансовой помощи" откровенно назван "большой морковью" (big carrot). Правда, адресата - сторонников украинского евромайдана при этом не называют "ослами", кому эта "большая морковь" предназначена. Альтернативой принятию "большой моркови" определяют насилие, т. е. "осел должен будет взбеситься". Британская Guardian грозит Украине "политическим Чернобылем". Американские дипломаты в Мюнхене подтвердили, что принятие плана зависит от мирного разрешения политического кризиса на Украине, который должен выглядеть как раздел власти между Януковичем и "его критиками".

Проект "большой моркови" - "краткосрочной финансовой помощи" дает условия для "почетной" капитуляции президента Януковича. Если отказ от "европейского выбора" в последнюю декаду ноября 2013 года обуславливался президентом Украины крайними финансовыми обстоятельствами, заставившими его "под давлением Путина" пойти на принятие российского кредита в $15 млрд., то теперь Януковичу предлагают проделать обратное, обратиться к западной финансовой помощи, обусловив это отсутствием очередного транша из России. В целом, западный проект политического урегулирования на Украине выглядит следующим образом: Янукович остается на президентском посту до 2015 года. Далее, по-видимому, ему будут предложены гарантии личной безопасности, и он уйдет из политики. В интервью Эштон отмежевалась от любых требований досрочных президентских выборов, планируемых в настоящее время на следующий год.

Перевороту на Украине Запад стремится придать легитимный характер. По плану, в Верховной раде будет создано "новое большинство", которое организует "возвращение демократической Конституции". Однако, на "переходный период" будет создано "правительство народного доверия" из "нейтральных" или "оппозиционных" деятелей. Разумеется, в "правительстве народного доверия" министерства обороны, внутренних и внешних дел перейдет под контроль "оппозиции". Целевой пакет помощи поможет Украине пройти через "переходный период". За время переходного периода переходное правительство предпримет "серьезные политические и экономические реформы" и подготовит президентские выборы. Институт президентства со значительными полномочиями останется, несмотря на конституционную реформу. Он будет нужен для подавления противников украинского национализма. Эштон даже заявила, что новая украинская власть должна затем сказать в деталях, что ей нужно. Это, по ее словам, может гарантировать и перспективы иностранных инвестиций на Украину. Уже 25 лет нас преследует этот фантом перспектив иностранных инвестиций в производственный сектор.

Пакет "краткосрочной финансовой помощи", по заявлениям Запада, может быть выделен сравнительно быстро, всего за две недели, как только Запад узнает, кто будет сидеть в переходном правительстве и иметь право на работу с МВФ.

2 февраля 2014 года британский колумнист Guardian Тимоти Гартон Эш написал в Guardian: "Вопрос товарища Ленина остается в силе, что делать? Поляки вместе с украинской оппозицией зовут "большую морковь". Не военное положение, но план Маршалла, - вторит лидер оппозиции Арсений Яценюк. Ваши бы мечты, Арсений... Другие призывают к целевым западным санкциям против клана Януковича и отдельных олигархов". Дальше Эш пишет: "В феврале 2045 года на 100-летие Ялтинского соглашения Украина должна быть либерально-демократической, с утвержденным верховенством закона. Она является членом ЕС, но имеет особые отношения с демократической Россией. Вы скажете: "Журавль в небе!". Но если вы не знаете, куда вы хотите пойти, все дороги одинаково хороши. Именно здесь мы должны хотеть, чтобы они шли. Такой исход, очевидно, будет хорош для Украины. Менее очевидно, что это будет хорошо для Европы. Посмотрите на изменение баланса мировых держав и посмотрите на демографические прогнозы для стареющего населения в Западной Европе. Нам нужны молодые украинцы раньше, чем вы думаете, если мы хотим оплатить наши пенсии, поддержать экономический рост и защитить наш образ жизни в постзападном мире. Менее очевидно все еще, что это было бы хорошо для России. Россия потеряла империю, но еще не нашла свою роль. Это неопределенное чувство само по себе неразрывно связано с ее глубоко укоренившейся путаницей об Украине - колыбели русской истории". Итак, сказано всем с завидной честностью и откровенностью. Полякам, украинцам, русским. "Мы потребовали от Европы решительных шагов на пути к восстановлению демократии на Украине и по защите ее населения", - заявил в Мюнхене шоколадный король Петр Порошенко. Самое поразительное в истории с евромайданом это то, что значительные общественные сегменты нашего постсоветского общества, так и не обретя гражданской идентичности, с изрядным постоянством с 1989 по 2014 годы демонстрируют приступы потери рациональности. В случае с Украиной глубоко укорененный патернализм стал искать новый источник благ. Символом евромайдана на новом этапе его истории становится большая оранжевая евроморковь, выращенная в брюссельской теплице Кэтрин Эштон - баронессой из трудовой шахтерской семьи.

Дмитрий Семушин (ИА REGNUM)