Константин Воронов: Великодержавные амбиции Китая в Арктике: алгоритмика вожделенного лидерства

Москва, 7 августа 2013, 12:16 — REGNUM  

Если нынешний международно-правовой режим Арктики, который закрепляет преференциальную юрисдикцию прибрежных государств в отношении статуса арктических пространств (как в связи с континентальным шельфом, так и экономическими зонами) будет пересмотрен в сторону расширения наднациональности, экстерриториальности, сокращения суверенных прав государств в пользу международных органов и регулирующих институтов, то такая опасная линия может привести, думается, к неприятным непредсказуемым последствиям, особенно для России (1). Так, при определении статуса зоны Арктики на основе принципа "общего наследия человечества" (ОНЧ) (2) легитимизируются, например, настойчивые требования китайцев об увеличении их роли и влияния на полиресурсном Севере. Уже сейчас Арктика становится тем местом, где Китай откровенно экспонирует свои великодержавные амбиции и планы. Другие страны Юго-Восточной Азии (Япония, Южная Корея, Тайвань) также смотрят на Северный полюс как на свежую арену приложения своих державных сил, экспансивных устремлений. Пекинское руководство полагает, судя по всему, что развитие Арктики не должно определяться только странами-членами Арктического совета (АС) без участия КНР (3). В Пекине резонно и напористо полагают, что богатая ресурсами арктическая зона имеет решающее значение для всего человечества, судьба которой должна решаться, само собой разумеется, при учете взглядов и потребностей 1,3 млрд. китайцев.

Инфраструктурное врастание

В последние годы Китай использовал свои значительные экономические ресурсы, веские политические рычаги, "литые стратегические мускулы", чтобы завоевать лучшие геополитические позиции в арктических широтах. Для этого ему пришлось направить значительные сырьевые и промышленные инвестиции в Канаду, послать ясные сигналы о своем желании сотрудничать с Гренландией и Исландией как ключевыми "стражами" у ворот Арктики. К тому же, здесь продолжилось показательное сближение Пекина с Москвой. В частности, Россия стала первым пунктом посещения Си Цзиньпином в качестве нового председателя КНР. В ходе этого прагматически знаменательного по многим параметрам исторического визита был подписан ряд масштабных документов, согласно которым "Роснефть" и китайская государственная нефтяная корпорация - CNPC договорились о серьезных коопроектах на арктическом шельфе и в Восточной Сибири (4). Россия и Китай (CNPC и "Роснефть") подписали гигантский 25-летний нефтяной контракт в объеме $270 млрд (5). Это сотрудничество Пекина с Москвой является частью более широкой политики по диверсификации поставок российских энергоносителей, чтобы, по-видимому, сбалансировать нынешнюю высокую зависимость России от переживающей затяжной кризис Европы, открыть новое "окно в Азию". На своем геополитическом "заднем дворе" - Северной Корее дальновидные китайцы арендовали несколько портов на восточном побережье КНДР с целью развития перспективных перевозок российским Северным морским путем (СМП). Другими словами, северокорейский лидер Ким Чен Ын, который играет порой в опасные для мира "атомные игры", остается верным союзником Пекина при его проективном позиционировании, в частности, прокладке новых судоходных маршрутов в Северном Ледовитом океане.

Существующие и планируемые гавани для организации перспективного судоходства через канадский Северо-Западный и российский Северо-Восточный проходы (нам привычнее - СМП) могут обеспечить перевозчикам значительные хозяйственные выгоды как с точки зрения экономии времени, так и снижения уровня издержек. Сравним альтернативные транспортные артерии, проходящие через Суэцкий или Панамский каналы: например, расстояние, проходимое судами из порта Мурманск в порт Иокогаму (Япония) через Суэцкий канал, составляет 12,8 тыс. морских миль, в то время как СМП - только 5,7 тыс. морских миль. Посредством аренды, использования портов КНДР китайцы улучшили, безусловно, свои геополитические позиции в плане прокладки маршрутов именно СМП вдоль российского арктического побережья. (Совсем недавно в Москве - на пересечении ул. Петровки и ул. Кузнецкий мост - официально открыли администрацию СМП. Теперь любая компания, намереваясь использовать этот маршрут, может получить разрешительный сертификат благодаря ясной, прозрачной процедуре.) Продолжительность навигации по СМП за последнее 2-3 года почти удвоилась, установлен также новый рекорд по тоннажу перевозимых грузов.

Дипломатические баталии

Когда министры иностранных дел восьми постоянных стран-членов АС (Канада, Дания, Финляндия, Исландия, Норвегия, Россия, Швеция и США) собрались 15 мая с.г. в шведском г. Кируна, согласно совместному решению представитель КНР всё же получил от них долгожданный статус постоянного наблюдателя в этом "арктическом клубе для избранных" (6). Хотя регламент организации четко обозначает пределы компетенции постоянных наблюдателей, китайский представитель, судя по всему, не намерен скромно сидеть в заднем ряду, смиренно ожидая, принимаемых решений странами-лидерами. По оценке Линды Якобсон - руководителя восточноазиатских исследований из Института международной политики Лоуи (The Lowy Institute for International Policy) в Сиднее, - Китай энергично содействует тому, чтобы страны-наблюдатели АС получили большее влияние на дальнейшее развитие Арктики (7). В соответствии с убедительными экспертными оценками, Пекин, по сравнению с Японией и Южной Кореей, которые также добиваются статуса наблюдателя в АС, рассматривает свою нынешнюю активную политико-дипломатическую деятельность, вовлеченность в арктические вопросы как вполне естественные, законные, обоснованные. Отчасти это связано с представлениями китайского руководства относительно изменений климата в северном полушарии, которые ведут к усилению негативных последствий для азиатских стран. Но главное - в том, что державы АТР, скорее всего станут ключевыми экономическими "тяжеловесами" мировой экономики в будущем. Поэтому Азия является, согласно их установкам, не столько периферийной, провинциальной зоной планеты, но - ареной бурного, динамичного экономического роста.

Этот геополитический мегарегион имеет, безусловно, своих активных игроков, а не только целую когорту стран - пассивных наблюдателей. Азиатские державы скептически настроены, очевидно, относительно того, что "арктическая восьмерка" рассматривает Арктику в качестве своего внутреннего банка национальных ресурсов (8). Отсюда проистекает, видимо, поддержка Пекином международно-правового принципа ОНЧ относительно дальнейшего раздела шельфа Арктики, его акцентированные ссылки на "лучший, убедительный пример Антарктиды", не принадлежащей ни одному государству и где разрешена только научная деятельность. Руководители Китая весьма осторожны, как водится, в своих высказываниях по поводу распределения углеводородного и прочего сырья в арктической зоне в будущем. Однако целый ряд признаков, даже прямых заявлений свидетельствует о том, что расширение прав приарктических держав на фрагменты континентального шельфа Северного Ледовитого океана без соответствующих уступок и компенсаций Пекину будет воспринято последним как несправедливое, некорректное, внеправовое деяние (9).

Укрепление позиций

Чем больше государств заинтересованно обращают свои взоры на Север, тем более важной Арктика становится для Китая, который намерен стать важным действующим лицом в свободных от полярного льда арктических водах. С тех пор как экономические конкуренты Пекина (в частности, Соединенные Штаты, Россия, Евросоюз, Канада, скандинавские страны) получают реальные хозяйственные преимущества от использования арктических ресурсов и намерены, в конечном счете, усилить роль северных районов в мировой экономике, Китай не может оставаться пассивно-безучастным. Особенно там не могут расстаться с самоочевидной мыслью о том, что многие минеральные ресурсы, без которых китайская промышленность в будущем не сможет выжить, находятся именно на севере (10).

Эти воззрения руководства находятся в основе и служат, очевидно, идейно-политической базой для развития в КНР хозяйственно-транспортной инфраструктуры, побудительным мотивом мощного спурта научно-технической деятельности, разработки НИОКР (метеорологических, экологических, транспортных, технологий подводного бурения и добычи полезных ископаемых) в его университетах, институтах, лабораториях страны по арктической тематике. Хотя китайские власти и частный капитал хорошо представляют себе динамическую картину происходящих перемен в природно-климатической среде Арктики, они опасаются, как считают эксперты из Стокгольмского международного института исследований проблем мира (СИПРИ), что возможным изменением бизнес-среды в мире - в АТР в частности - могут воспользоваться ряд стран-конкурентов в целях своего экспанс-стратегического продвижения (11).

Для предотвращения, видимо, подобного сценария Китайская океанская судоходная компания (COSCO - China Ocean Shipping Company) - один из тяжеловесов в своём классе, провела дорогостоящее исследование относительно возможности расширения китайского судоходства через СМП. Судостроительная отрасль КНР - крупнейшая в мире - несмотря на неблагоприятное воздействие мирового кризиса в 2011-2012 гг. активизирует, согласно оценкам аналитиков, постройку судов ледового класса, несмотря на свой ограниченный опыт в этой сфере. Другим примером реализации китайских амбиций в Арктике может служить заказ Пекином финской судостроительной компании Aker Arctic второго дизель-ледокола, поставка которого намечена на 2016 г. В августе 2012 г. китайский ледокол совершил первую успешную экспедицию в Северном Ледовитом, провел там разведку условий навигации. В этом году Китай запускает регулярные коммерческие рейсы по СМП, а к 2020 г. собирается перевозить здесь с использованием ледоколов до 16% своих экспортных грузов (12).

Наиболее зримым признаком подготовки КНР к участию в прокладке новых судоходных маршрутов через Северный Ледовитый океан является аренда на следующие 30-50 лет двух уже упомянутых выше портов на восточном побережье КНДР - Чонгкинг (Chongjin) и Райан (Rajin), расположенных неподалеку от российского Приморья. Помимо своего удобного местоположения, облегчающего доступ китайским судоходным компаниям к северным маршрутам через Японское море, эти северокорейские гавани напрямую связаны с железнодорожной сетью КНР. Помимо расширения транспортных возможностей и добычи минеральных, сырьевых ресурсов Арктика привлекает внимание руководства КНР ещё и с точки зрения развития своего национального рыболовства. Поскольку таяние льдов в Арктике открывает дополнительные возможности в этом отношении, Пекин намерен расширять свою экономическую экспансию по всем азимутам, тем более что обострение внутренних проблем, общее старение населения однозначно подталкивает его к активизации этой хозяйственной деятельности.

Запад обеспокоен

Хотя официально Китай не имеет какой-то зафиксированной, публичной арктической стратегии, в последние годы динамичный восточный колосс проявляет всё более растущий интерес к северным районам. Поворотным пунктом стал, очевидно, 2007 г., когда Россия посредством батискафа водрузила свой титановый флаг на дне Северного полюса. Этот чисто символический акт вызвал активные, обостренные международные дебаты относительно того, кто именно владеет полярными ресурсами, различными зонами, сегментами континентального шельфа. В последние годы все арктические державы интенсивно занимаются проблемами картографии, определения границ собственного континентального шельфа, дабы предоставить полные, обоснованные данные для одобрения Комиссией ООН по границам континентального шельфа (13). Это необходимо им, чтобы начать перспективное разведочное бурение на нефть и газ, определить нахождение других неминеральных ресурсов на и под океанским дном. Норвегия и Россия бесспорно лидируют в столь важной, деликатной сфере. Это побуждает Китай настороженно, порой с подозрением, ревностно относиться, видимо, к активности России в арктических широтах.

В столицах арктических держав сейчас присматриваются, к каким последствиям приведет недавнее получение Пекином статуса постоянного наблюдателя (таковых - уже 14 стран и 20 международных организаций) в АС (14). В столице Норвегии Осло официальные круги (например, министр иностранных дел Эспен Барт Эйде) считают, что оставлять КНР вне рамок этой организации неразумно, а открытая изоляция может спровоцировать Пекин на нежелательные односторонние акции (15). На экспертном уровне (в частности, замдиректора Института Фритьофа Нансена Арильд Му) предполагают, что теперь у китайцев открываются более широкие перспективы по отстаиванию принципа ОНЧ, хотя КНР не обладает правом голоса здесь, но учитывая её геополитический вес, располагает более широкими возможностями влияния, чем другие постоянные наблюдатели (16).

Среди стран-членов АС Соединенные Штаты, Канада и Россия колеблются или же хранят молчание относительно будущего поведения Китая в этой структуре. Для Канады другой кандидат в постоянные наблюдатели, а именно - Европейский союз - создает бóльшие проблемы, чем КНР. Канадцы не хотят давать "зеленый свет" заявке Большого Брюсселя, в частности потому, что европейцы по экологическим причинам ограничили импорт канадских тюленей количеством 6 тыс. шт. КНР уже сейчас является стратегическим партнером Канады, поскольку китайские компании вложили свыше $500 млн в нефтедобычу, эксплуатацию рудных месторождений на канадском севере (17). Например, профессор Роб Хуберт из Университета в Калгари прозрачно подозревает, что за этими масштабными китайскими инвестициями стоят расчеты Пекина обеспечить себе непосредственный доступ к ресурсам Арктики. Поэтому канадское правительство пересматривает сейчас правила доступа иностранных компаний на территорию страны. Власти в Оттаве неожиданно обнаружили, что представления, ориентиры, действия Китая по управлению арктическими территориями не обязательно будут совпадать с теми принципами, которыми руководствуется Арктический совет (18).

В канадских СМИ отмечают, что Китай - достаточно своенравный партнер, отношение которого переменилось к Норвегии, например, после того как норвежский Нобелевский комитет наградил премией Мира за 2011 г. диссидента, критика режима Лю Сяобо, которого иногда называют "китайским Сахаровым". Хотя Пекин и Осло заключили двустороннее торговое соглашение, а богатая энергоносителями Норвегия хочет экспортировать в Китай свои технологии разработки прибрежных месторождений нефти и газа, эта акция уже привела к серьезному осложнению взаимных отношений. Сравнение Китая с Канадой вполне правомерно, поскольку по своим размерам (10 млн. км. кв.) последняя больше, чем её стратегический партнер (9,6 млн. км. кв.), а с геостратегической точки зрения - ныне всё та же малая страна, вовлеченная в глобальную игру великих держав, геополитических "центров силы".

Кратко резюмируем: если раньше геополитический термин "Большая игра" традиционно использовался применительно к пылающему по всем азимутам макрорегиону Ближнего и Среднего Востока, то теперь, в XXI веке эта дефиниция всё больше употребима относительно Арктики, превращающейся в глобальную кладовую пока не используемого углеводородного сырья, зону перспективных транзитных перевозок, важного экологического резервуара планеты. В этих новых условиях активность как старых áкторов - США, Канады, Евросоюза, так и новых - особенно Китая, будет, видимо, только нарастать. Энергичные усилия Пекина, с его неутолимой жаждой ресурсов, в заполярных широтах требуют предельно внимательного отношения, адекватного, оперативного реагирования со стороны АС. Арктика становится, похоже, новым измерением кооперативного взаимодействия Пекина и Москвы. Современная геополитическая ситуация в мире, необходимость дальнейшего социально-экономического развития в нелегких условиях затяжной рецессии побуждают Россию, абсолютно убежден, к проведению тщательно выверенной, активной политической и экономической линии в Арктике.

Константин Воронов - кандидат исторических наук, заведующий сектором ИМЭМО РАН Источники:

1. См. подробнее: Воронов К. Арктические горизонты стратегии России: современная динамика // Мировая экономика и международные отношения, М., 2010, № 9, c. 54-65.

2. Об этом см. в частности, например: Гудев П.: Будущее Арктического совета http://www.regnum.ru/news/1672346.html

3. http://www.nytimes.com/2013/05/16/world/europe/arctic-council-adds-six-members-including-china.html?_r=0

4. http://ria.ru/economy/20130322/928606393.html#13741757062764&message=resize&relto=login&action=removeClass&value=registration

5. http://www.regnum.ru/news/1674881.html

6. http://www.arctic-council.org/index.php/en/events/meetings-overview/kiruna-ministerial-2013

7. http://www.lowyinstitute.org/publications/beijings-arctic-goals-are-not-be-feared

8. http://www.sipri.org/media/pressreleases/2010/100301chinaarcticreportSWE

9. Lagerkvist J. Tid för förändring: Kina med Xi Jinping. // Världspolitikens Dagsfrågor, Stockholm, nr 1 2013, s. 18-24.

10. О реальных интересах, ресурсном потенциале, перспективах арктической политики Пекина см., например: Карлусов В. Арктический вектор глобализации Китая. http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=244#top

11. Jakobson L. and Peng J. China's Arctic Aspirations. Stockholm, SIPRI Policy Paper no. 34, 2012, 32 p. https://docs.google.com/viewer?docex=1&url=http://books.sipri.org/files/PP/SIPRIPP34.pdf

12. Jakobson L. China prepares for an ice-free Arctic. SIPRI Insights on Peace and Security no. 2010/2 https://docs.google.com/viewer?docex=1&url=http://books.sipri.org/files/insight/SIPRIInsight1002.pdf

13. Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. предоставляет прибрежным государствам право контроля над континентальным морским шельфом (морское дно и недра подводных районов, находящиеся за пределами территориальных вод государства). Для реализации этого права стране необходимо подать заявку в специальный международный орган - Комиссию ООН по границам континентального шельфа. В 2001 г. Россия стала первой из пяти арктических стран, обратившейся с подобной заявкой с целью определить протяженность своей подводной окраины материка за пределами 200-мильной зоны лимита, однако эта комиссия ООН отвергла этот документ, сославшись на недостаточную доказательную базу. Для повторной заявки органы РФ проводят сейчас дополнительные соответствующие работы.

14. Общий разбор позиций см., например: Тулупов Д. Членство Китая в Арктическом совете. http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=1986#top

15. http://www.regjeringen.no/en/dep/ud/whats-new/Speeches-and-articles/e_speeches/2013/national-statement-arctic-council.html?id=727060

16. http://www.cicero.uio.no/fulltext/index.aspx?id=9944

17. Bergh K. The Arctic policies of Canada and the United States: domestic motives and international context.

SIPRI Insights on Peace and Security no. 2012/1 http://books.sipri.org/product_info?c_product_id=446

http://www.bgsu.edu/downloads/cas/file65541.pdf

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.