В романе Бориса Пильняка «Голый год» один из персонажей поет следующую частушку:

Иван Шилов © ИА REGNUM

Кама, Кама, мать река!..

Бей по роже Колчака!

Кама, Кама водяниста!

Бей по роже коммуниста!..

Новая книга историка Антона Посадского (Поволжский институт управления) восстанавливает историю крестьянского движения, этой третьей силы Гражданской войны, получившей название «зелёных». Исследователь справедливо отмечает, что

«в крестьянской (и обвально заново окрестьянившейся в 1917—1920 гг. за счет земельного передела и стремительной деиндустриализации) России главным действующим лицом в сколько-нибудь продолжительной борьбе оказывался мужик».

Парадоксом русской смуты является тот факт, что, несмотря на свою масштабность, массовые крестьянские движения оказались за немногим исключением вне зоны внимания историков.

Возможно, это было связано с тем, что они не имели единой общественно-политической базы и структурировались на региональном уровне как, главным образом, самозащита против вторжений в крестьянский мир со стороны других участников смуты. Последнее было характерно для самосознания большинства рядовых участников движений, лидеры которых имели определенные политические идеалы (братья Антоновы, Нестор Махно). Касаясь красно-зеленых и бело-зеленых отрядов, ученый обращает внимание, что их ориентация нередко обуславливалась сиюминутной конъюнктурной ситуацией, а не идеологическими предпочтениями.

Основу протеста составляли дезертиры, в основном из Красной армии (как более многочисленной).

Посадский опровергает утверждение, что крестьянские движения против советской власти, как правило, инспирировались, а зачастую и возглавлялись контрреволюционно настроенными офицерами.

«Таких сюжетов, которые дарит, например, Вандея в 1793 г. и далее, в России практически нет».

Также он подчеркивает, что значительная часть «зеленых восстаний не вызывала больших потерь и почти не давала упорных боевых действий», что не мешало властям их подавлять с исключительной жестокостью.

Историк соглашается с лидером эмигрантской крестьянской партии Сергеем Масловым, что зеленое движение было новым этапом

«развития крестьянского самосознания, ипостасью социального взросления крестьянства, которое вырабатывает свою политическую программу — твердая единоличная национальная власть, частная собственность».

Вот только сколько крови было пролито ради этого самосознания самими крестьянами и их противниками.