Приход к власти деятелей националистической Украинской народной республики (УНР) на волне самостийного разгула, охватившего Украину после распада Российской империи в феврале 1917 года, нынешние киевские власти называют «Украинской революцией». Последовавшая же за этим Гражданская война именуется ими не иначе как «украинско-большевистской войной».

Первый Генеральный секретариат Центральной Рады. Стоят (слева направо) П.Христюк, М.Стасюк, Б.Мартос. 
Сидят И.Стешенко, Х.Барановский, В.Винниченко, С.Ефремов, С.Петлюра. Киев. 1917
Первый Генеральный секретариат Центральной Рады. Стоят (слева направо) П.Христюк, М.Стасюк, Б.Мартос.
Сидят И.Стешенко, Х.Барановский, В.Винниченко, С.Ефремов, С.Петлюра. Киев. 1917

Военного командира правительства УНР Симона Петлюру на постсоветской Украине всячески пытаются героизировать в рамках вышеназванных мифов об УНР и «украинско-большевистской войне». В результате создается еще и отдельный миф о Петлюре. А где мифы, там и памятники.

О необходимости установить памятник Петлюре заявил в 2005 году президент Ющенко. Тогда дело ограничилось установкой мемориальной доски. Но в наши дни киевские власти, всерьез взявшиеся за дело исторического мифотворчества, вновь заявляют о намерении установить Петлюре памятник.

В 2016 году Верховная рада Украины объявила «днем скорби» 25 мая — день 90-летия со дня гибели Петлюры, убитого в эмиграции еврейским поэтом Самуилом Шварцбурдом, мстившим ему за еврейские погромы. По прошествии «дня скорби» Национальный совет по телевидению и радиовещанию решил провести проверку, разместили ли телеканалы, согласно инструкции, на экране траурное изображение (например, горящую свечку), сообщили ли про траурную дату в эфире и огласили ли минуту молчания. Примечательно, что всего этого не осуществил целый ряд телеканалов, в том числе основной украинский Первый национальный канал. Налицо спонтанное отторжение мифов украинства. Это отторжение в чем-то сходно с тем, как человеческий организм отторгает чужие пересаженные ткани и органы.

Симон Петлюра — главный атаман армии УНР. 1918
Симон Петлюра — главный атаман армии УНР. 1918

Но создатели конструкта «Украинство» твердо намерены преодолеть такое отторжение. И реализуют это свое намерение в конкретных акциях по насаждению украинства. Так, 2 марта 2017 года, в год столетия «Украинской революции», В. Вятрович, директор главного идеолого-пропагандистского центра страны — Украинского института национальной памяти, сообщил о запуске «геоинформационной системы» «Места памяти Украинской революции». Система предусматривает сбор данных по истории УНР. На основе этих данных, сообщил Вятрович, будут установлены мемориальные доски и памятники, причем в одном Киеве таких «мест памяти» планируется создать около 300. Одна из целей проекта — «показать, что действующие вооруженные силы являются не столько преемниками советской традиции, сколько собственной украинской». Таким образом, на Украине предполагается создать целый культ, состоящий из большого набора мифов о «героях» первой украинской самостийности.

Насколько антироссийской уже сейчас является трактовка тех событий, можно понять из «Сборника методических рекомендаций относительно празднования памятных дат в общеобразовательных учебных заведениях». В этой методичке заявляется: «Украинская незалежность (УНР) была уничтожена большевиками вследствие «гибридной войны», признаками которой являются: непризнание наличия своих войск на территории УНР, создание марионеточных пророссийских псевдореспублик и поддержка антиукраинских повстанческих движений». При помощи таких вот методичек украинцам пытаются навязать миф, согласно которому на Украине были «великая» УНР и «великий» Петлюра, пользовавшиеся широкой народной поддержкой. Все же, поднявшиеся против их власти, представляли собой «антиукраинские» силы, искусственно сфабрикованные Москвой в качестве ее «марионеток».

Первый Генеральный секретариат Центральной Рады. Стоят (слева направо) П.Христюк, М.Стасюк, Б.Мартос. 
Сидят И.Стешенко, Х.Барановский, В.Винниченко, С.Ефремов, С.Петлюра. Киев. 1917
Первый Генеральный секретариат Центральной Рады. Стоят (слева направо) П.Христюк, М.Стасюк, Б.Мартос.
Сидят И.Стешенко, Х.Барановский, В.Винниченко, С.Ефремов, С.Петлюра. Киев. 1917

Посмотрим, так ли обстояло дело в действительности.

Ослабление центральной власти после произошедшей в Петрограде Февральской революции способствовало росту сепаратизма на окраинах. На Украине эти настроения еще задолго до революции разогревались националистически настроенными идеологами и организациями. Большую работу по продвижению националистических идей провел историк Михаил Грушевский, заявивший в своей полной фальсификаций и подверстываний «Истории Украины-Руси» о том, что украинцы и русские — два чуждых народа. Наибольшее же влияние на развитие радикально-отделенческих настроений оказал Николай Михновский, выдвинувший на рубеже веков лозунг «Украина для украинцев».

После революции на юго-западных окраинах бывшей Российской империи, как и по всей стране, исполнительная власть перешла к губернским и уездным комиссарам, назначенным Временным правительством. Параллельно с ними на местах активно формировались альтернативные центры власти — Советы рабочих и солдатских депутатов. Тем временем в националистическом движении разгораются споры между радикалами-самостийниками, требовавшими немедленной независимости от России (последователями Михновского), и сторонниками автономии, предпочитавшими добиваться той же самой независимости, но поэтапно (таков был более осторожный подход Грушевского).

17 марта 1917 года в киевском литературном клубе «Родина» объявляется о создании Украинской Центральной Рады (УЦР). Рада была учреждена нелегальной националистической организацией «Товарищество украинских прогрессистов» (ТУП), еще более резко националистической Украинской социал-демократической рабочей партией (УСДРП) и рядом общественных организаций.

Среди руководителей ТУП были Грушевский, Владимир Винниченко, Симон Петлюра. Лидерами УСДРП были Дмитрий Антонович, Николай Порш, а также те же Петлюра и Винниченко.

Тут надо оговорить, что УСДРП появилась в результате раскола «Революционной украинской партии» (РУП), идеологом которой был Михновский. При расколе менее радикальная часть партии, образовавшая «Украинский социал-демократический союз» («Спилку»), слилась с российскими социал-демократами, в среде которых, что греха таить, на окраинах империи встречались националистические настроения. А более радикальная часть РУП, выступавшая за независимость Украины от России, после раскола создала резко националистическую УСДРП.

Председателем Рады избрали Грушевского.

Вот как сам Грушевский вспоминал о создании Рады:

«3−4 марта решено было добиваться создания центрального объединяющего органа вместо запланированного «прогрессистами» бюро ТУП, дополненного делегациями других организаций. Чтобы формально обосновать этот постулат, Антонович выискал аж 13 профессиональных и всяких других организаций Киева с.-д.-цкого окраса — включая церковные хоры, и добивался для них представительства, аналогичного с ТУПом. В связи с этим в кружке Антоновича возникла идея звать меня как можно скорее в Киев — встать во главе создаваемого центра <…> Потому что те 13 товарищей Антоновича никому не были известны и само существование их было более чем проблематично, а гражданский характер их был совсем никакой (с.-д.-ки высмеивали Винниченко и «старых украинцев» с их «певческими обществами», но эти, от Антоновича, были именно такими) <…> без дискуссии как-то само собой пришло название «Центральной рады» — как противопоставление всяким местным и профессиональным советам, которые создавались в большом количестве».

Поначалу Центральная Рада заявила, что будет осуществлять на Украине политику Временного правительства, сбросившего иго монархии, провозгласившего демократию, но декларировавшего единство и неделимость того, что ранее называлось Российской империей.

Но уже в середине апреля 1917 года в Киеве прошел Всеукраинский национальный съезд, выдвинувший требование автономии Украины. Заметим, что поначалу речь шла только об автономии, хотя, говоря об этом, украинские националисты, бе­зусловно, планировали создание в ближайшем будущем независимого государства. В резолюции Всеукраинского национального съезда говорилось:

«В соответствии с историческими традициями и современными реальными потребностями украинского народа, Съезд считает, что только широкая национально-территориальная автономия Украины обеспечит потребности нашего народа и всех других народов, живущих на украинской земле». Согласно предложенному Радой проекту, в состав будущей автономной Украины должны были войти 12 губерний юга Российской империи, «населенных украинцами».

Центральная Рада инициировала съезды рабочих, крестьян и военных, поддержавших проект автономии. Тот проект, внутри которого, как уже было сказано, активно вызревал настоящий сепаратизм.

Съезд военных — Первый Всеукраинский военный съезд — прошел 18−21 мая 1917 года. Его организатором стал Украинский военный клуб имени гетмана Павла Полуботка. Клуб этот был основан в марте того же года вышеупомянутым идеологом самостийности Николаем Михновским с целью объединения сторонников создания независимой украинской армии. Съезд постановил начать формирование украинской национальной армии по национально-территориальному принципу. В том числе предлагалось выделять украинцев в отдельные части как в тылу, так и на фронте и пополнять Черноморский флот только за счет украинцев.

Отметим, что создание национальной армии, безусловно, далеко выходит за рамки автономии, предполагает дальнейший отказ от подчинения центральной власти и объявление о независимости.

На военном съезде также был образован Украинский генеральный войсковой комитет (УГВК), которому поручалось формирование национальных вооруженных сил. Главой комитета избрали Петлюру — члена ТУП, одного из руководителей УСДРП и единомышленника Михновского.

Очевидцы позже свидетельствовали, что на съезде Петлюра призывал к «объективной, спокойной и умеренной работе, подчиняя порывы сердца приказам холодного разума». Он говорил: «Не нужно в эту политическую минуту отделять судьбу России от судьбы Украины. Если Россия потерпит поражение — последствия этой катастрофы отразятся и на политической части ее — на Украине».

Безусловно, под этой мнимой «умеренностью» Петлюры скрывался рьяный самостийник. Грушевский позже вспоминал о несколько запоздалом обнаружении истинных взглядов Петлюры: «Позже выяснилось, что Петлюра является, возможно, более тактичным … изданием Михновского… Но в данный момент эти негативные стороны отходили на второй план перед позитивным достижением — отдачей военного движения под гражданский социалистический контроль».

Отметим, что хотя Центральная Рада считала себя выразителем воли украинского народа, на деле она отнюдь не была избрана демократическим путем. Это подчеркивал в своих воспоминаниях министр иностранных дел Временного правительства П. Милюков:

«Центральная Рада, не вышедшая из всенародного избрания и представлявшая только одно из течений украинства, не являлась достаточно компетентным органом для выражения воли всего украинского народа и не представляла вовсе неукраинских элементов. С этой точки зрения выделение 12 губерний в состав территории будущей Украины являлось предрешением воли местного населения, украинского и неукраинского».

Оппоненты Милюкова говорят о том, что уже в апреле 1917 года прошел Всеукраинский национальный съезд, переизбравший начальный состав Рады, которая была сформирована в марте того же года фактически в качестве штаба, призванного как можно быстрее провести этот самый Всеукраинский национальный съезд.

Но что представлял собой данный съезд? И, кстати, каким образом его удалось провести уже в апреле 1917 года? Именно то, что оппоненты Милюкова выдвигают в качестве аргумента в защиту Рады («смотрите, как быстро был проведен съезд, подтверждающий ее полномочия»), является на самом деле аргументом в пользу версии Милюкова. Потому что так быстро провести настоящий демократический съезд, представляющий население 12 губерний, в принципе невозможно. И вдвойне невозможно в тогдашних условиях рухнувшей монархии и продолжающейся мировой войны. В середине марта 1917 года группа украинских националистов, собравшись, называет себя аж Украинской Центральной Радой, не имея к этому никаких оснований. А уже через месяц, в середине апреля, проходит съезд, обосновывающий правомочность действий этой узкой группы и обеспечивающий ее как бы легитимность. Как за месяц в тех условиях можно было собрать полноценный съезд?

Можно осуждать Временное правительство за то, что оно слишком долго собирало Учредительное собрание, и это осуждение справедливо. Но нельзя не понимать, что Временное правительство медлило не только потому, что хотело сохранить свою власть, но и потому, что было безумно трудно обеспечить хоть какой-то минимум демократических процедур, включающий, например, правильное ознакомление населения с программами разных кандидатов, из числа которых население должно было выбрать того, кого оно реально делегирует. Сегодня эти кандидаты могли бы выступить по телевидению. А тогда? Тогда они не могли даже ознакомить население со своими программами, раздавая печатные материалы, потому что существенная часть населения не умела читать. И что, в тех условиях на Украине за месяц были сформированы полноценные избирательные участки, напечатаны бюллетени? Конечно, нет. Украинские националисты, сформировавшие некую Раду в марте 1917 года, понимали, что им побыстрее надо собрать «своих» на некий съезд, являвшийся не настоящим демократическим собранием, а наскоро собранной тусовкой.

Тусовку эту и собрали с бесстыдной скоростью для того, чтобы как-то себя легитимировать. Собрав же, начали дурить голову автономией и т. д. Иными словами, налицо вопиющий образец так называемой манипулятивной демократии, то есть такой псевдодемократии, которая хуже любой диктатуры и является бесстыдной формой подмены настоящего народного волеизъявления — националистическим суррогатом.

В Петрограде отказывались удовлетворять настойчивые требования Центральной Рады и не признавали украинскую автономию. Не добившись желаемого, Рада обнародовала призыв «организоваться и приступить к немедленному заложению фундамента автономного строя на Украине».

В последний день Второго военного съезда, прошедшего 18−23 июня, был озвучен Первый Универсал Центральной Рады. Этот Универсал провозглашал автономию Украины в составе России, призывал украинцев созвать Всенародное Украинское Собрание, которое должно было стать законодательным органом Украины, и вводил новый налог на «родное дело», который должен был поступать в казну Центральной Рады.

Через несколько дней по окончании съезда был создан Генеральный секретариат Центральной Рады, в котором Петлюра занял пост генерального секретаря по военным делам. На него возложили задачу «украинизации армии, как в тылу, так, по возможности, и на фронте, приспособления военных округов на территории Украины и их структуры к потребностям украинизации армии». То есть задачу формирования внутри действующей российской армии украинских частей и переподчинения их Центральной Раде.

11 июля в Киев на переговоры с Центральной Радой приезжает делегация Временного правительства во главе с военным и морским министром Александром Керенским. Делегации удалось договориться с Радой не объявлять автономию до созыва Всероссийского учредительного собрания.

По результатам переговоров Рада 16 июля выпустила Второй Универсал, в котором признавала, что автономия Украины может быть утверждена только Всероссийским учредительным собранием. В новом Универсале также объявлялось, что Генеральный секретариат будет утверждаться Временным правительством, а украинское войско — формироваться под контролем Петрограда. Кроме того, признавалась необходимость принятия в состав Рады неукраинцев.

В ответ Временное правительство выпустило постановление, в котором признало Генеральный секретариат высшим органом краевой власти на территории Украины и подтвердило возможность создания в будущем украинской автономии.

Не все националистически настроенные украинские военные смирились с компромиссом, заключенным между Радой и Временным правительством. Часть солдат, ожидавших в Киеве отправки на фронт, подняли мятеж. Восставшие не признали Второй Универсал Рады и заявили, что сами начнут «наводить порядок на Украине». К агитации солдат был причастен Украинский военный клуб имени гетмана Павла Полуботка, созданный Михновским.

А.Керенский в сентябре 1917 года. На заднем фоне видна карта с выделенными границей Волынской, Киевской, Курской, Подольской, Полтавской, Харьковской и Черниговской губерниями
А.Керенский в сентябре 1917 года. На заднем фоне видна карта с выделенными границей Волынской, Киевской, Курской, Подольской, Полтавской, Харьковской и Черниговской губерниями

Центральная Рада направила против восставших Первый украинский полк им. гетмана Богдана Хмельницкого. Мятежники не решились вступить в прямое столкновение с регулярным полком, сдали оружие, вернулись в казармы и вскоре отбыли к месту военных действий.

Под давлением националистически настроенных военных в конце июля 1917 года делегация Центральной Рады во главе с Винниченко прибыла в Петроград для продолжения переговоров об автономизации. Однако на этот раз Временное правительство ужесточило свои требования. Отныне Генеральный секретариат должен был назначаться Временным правительством. Помимо этого, центральная власть упразднила военный секретариат, потребовала введения в состав Генерального секретариата генерального контролера и замещение не менее чем четырех секретарей лицами неукраинской национальности.

Были также четко определены границы украинской территории, на которую распространялась власть Рады. Во «Временной инструкции» Генеральному секретариату Центральной Рады, выпущенной Временным правительством 17 августа 1917 года, указывалось: «Полномочия Генерального секретариата распространяются на губернии Киевскую, Волынскую, Подольскую, Полтавскую и Черниговскую, за исключением уездов Мглинского, Суражского, Стародубского, Новозыбковского».

Ни о каких 12 губерниях, как мы видим, речи не было. Мы видим также, что все эти действия были осуществлены не «ужасными большевиками, терзавшими украинский национальный дух своей советизацией», и не «свирепым царизмом, относившимся к Украине как к своей внутренней колонии», а самыми что ни на есть демократами — тем Временным правительством, которое для ревнителей демократии является единственной альтернативой и царизму, и большевикам.

Но почему какие-то уезды исключались даже из той небольшой территории, состоявшей из 5 (а не 12) губерний, где Временное правительство подтверждало полномочия Генерального секретариата Рады? По воспоминаниям Милюкова, Временное правительство настаивало на исключении этих уездов, так как в них «вовсе нет украинского населения». Что касается списка регионов, на которые изначально претендовала Рада, то Временное правительство урезало его, по словам Милюкова, на основании того, что в перечисленных регионах проживало отнюдь не только украинское население: «В Таврической, хотя украинцы и составляют более половины (53%) населения всей губернии, но население это сосредоточено в трех северных уездах (от 73% до 55%), в Крыму же украинцы составляют меньшинство (26−8%), а в Ялтинском уезде их нет вовсе. В Херсонской губернии целых два уезда — Одесский и Тираспольский — неукраинские. В Екатеринославской и Харьковской губерниях неукраинское население живет и среди сельского и, особенно, среди городского населения, и общественное мнение по вопросу о выделении Украины в особую автономную единицу было далеко не единодушно».

Третий всеукраинский военный съезд, собравшийся 2 ноября, не согласился с условиями, выдвинутыми Временным правительством и осудил соглашательскую политику Центральной Рады. Съезд предложил «встать на путь образования собственными силами Украинской Демократической Республики».

Спустя несколько дней произошла Октябрьская революция, и к власти в Петрограде пришли большевики. Центральная Рада осудила большевистское восстание и создала Краевой комитет охраны революции (подразумевалось: охраны от большевиков).

В ответ украинские большевики отказались от участия в деятельности Центральной Рады. Началась борьба за власть между Радой и большевиками.

Наиболее сильные позиции большевики имели в промышленных регионах: Харькове, Донбассе и Криворожье. В конце октября — начале ноября советская власть провозглашается в Луганске, Макеевке, Горловке, Краматорске. 23 ноября — в Харькове.

В Киеве преимущество имела Центральная Рада. Пробольшевистски настроенные военные части тут были вынуждены сложить оружие.

20 ноября Центральная Рада приняла Третий Универсал, провозгласивший создание Украинской Народной Республики (УНР). Заявлялось, что УНР сохранит федеративные связи с Россией. Вся власть в республике передавалась Раде и ее Генеральному Секретариату.

Украинские большевики начали готовить созыв альтернативного Всеукраинского съезда Советов. Рада всячески пыталась предотвратить съезд. Лидеров большевиков арестовывали.

Съезд всё же открылся 17 декабря. Но сторонники Рады, заручившись поддержкой лояльных ей воинских частей, явились на съезд и захватили большинство мандатов. Избранный таким способом съезд поддержал власть Рады.

В ответ большевики провели 24 декабря альтернативный Всеукраинский съезд Советов в Харькове, где к тому моменту была установлена советская власть. Съезд заявил о свержении Рады, провозгласил Украину Республикой Советов и избрал Центральный Исполнительный Комитет и Народный секретариат новой республики.

Таким образом, на Украине утвердилось двоевластие. А после признания Советом Народных Комиссаров РСФСР Украинского Советского правительства стороны перешли к военным действиям.

Демонтаж памятника Столыпину на Думской площади Киева. 1917
Демонтаж памятника Столыпину на Думской площади Киева. 1917

В середине декабря на Украину из России прибыли красногвардейские части. Освобождение ими городов сопровождалось вооруженными восстаниями рабочих. Так советская власть была установлена в Екатеринославе (Днепропетровске), Николаеве, Херсоне, Александровске (Запорожье), Мариуполе, Одессе и других городах Левобережной Украины.

Главный удар красногвардейцев планировался по направлению Полтава — Бахмач — Ромодан — Кременчуг — Киев. Параллельно готовилось наступление войск на Киев из Брянска через Бахмач. Через Винницу на столицу наступал 2-й гвардейский корпус Румынского фронта, перешедший на сторону большевиков. Серьезного отпора красногвардейские войска не встречали. За несколько недель красные отряды с боями продвинулись на сотни километров.

Во время наступления на Киев красногвардейцы не имели численного перевеса. Примечательно, что это признает даже украинский историк Валерий Солдатенко, предшественник Вятровича на посту директора Украинского института национальной памяти: «Численного преимущества советские войска над вооруженными силами Центральной Рады не имели. Это касается соотношения сил и в отдельных пунктах (например, под Полтавой оно было 1:2,5 в пользу Рады), и в общем по республике».

Другой современный украинский историк Ярослав Тинченко, в настоящее время занимающий пост заместителя по научной работе директора Национального военно-исторического музея (главного военного музея Украины), отмечал:

«Таким образом, большевистские и украинские силы по численности хоть и были приблизительно равными, однако моральное состояние их было совсем разным. В большевистских войсках была хоть какая-то военная дисциплина, по крайней мере, они еще точно выполняли приказы. В украинских полуразваленных анархией подразделениях этого уже не было. Несмотря на большое количество украинских командующих, совсем не велась разведка, подразделения не имели между собой должной связи, не знали, что происходит рядом. Большевистским войскам, командиры которых фактически вели войну по всем правилам военной науки, противостояли целиком деморализованные части, командование которых относилось к своим обязанностям с безразличием. Если Антонов-Овсеенко всегда знал всё про своего противника, то ни Капкан, ни Шинкарь, ни Порш о большевиках не знали ничего: ни их действий, ни их планов, ни их численности. Они не знали даже состояния своих войск».

Военные неудачи Центральной Рады объясняются тем, что она не имела широкой народной поддержки. Вышеупомянутый националист В. Винниченко, бывший заместителем председателя Рады, вспоминал:

«Мы предпринимали сверхчеловеческие усилия, чтобы остановить это «нашествие» [наступление большевиков], как мы его называли, чтобы склонить на свою сторону инертные к нам наши же солдатские массы. Но они даже в самом Киеве не проявляли никакого желания драться против большевиков, братались с ними, переходили к ним. Украинское правительство не могло положиться ни на одну из тех частей, которые стояли в Киеве, и даже для собственной охраны не имело верной части. Часто бывало, что при Генеральном секретариате, у дома, где заседало правительство, на карауле стояли части с большевистским настроением. Если бы у них было больше инициативы, то они бы в любой вечер могли арестовать всё правительство, вывести его в поле и расстрелять.
Единственной активной военной нашей силой была наша интеллигентная молодежь и часть национально сознательных рабочих…».

Большевики окончательно разгромили войска УНР в боях за станции Бахмач и Круты.

Современные украинские политики и историки пытаются приписывать «героизм» бойцам УНР, участвовавшим в этих боях. Так, после прихода к власти Ющенко в память о битве под Крутами на одноименной железнодорожной станции торжественно открыли мемориал.

На деле никаких героических подвигов войска УНР под Бахмачом и Крутами не совершали. Вот как описывал эти события член Центральной Рады, а позже министр иностранных дел при гетмане Скоропадском Дмитрий Дорошенко:

«Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд из студентов и гимназистов старших классов и бросили их — буквально на убой — навстречу прекрасно вооруженным и многочисленным силам большевиков. Несчастную молодежь довезли до станции Круты и высадили здесь на «позиции». В то время, когда юноши (в большинстве не державшие никогда в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах; большевики без труда разбили отряд молодежи и погнали его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих… Путь на Киев был теперь совершенно открыт».

Нелепую смерть трех десятков гимназистов Грушевский сотоварищи в дальнейшем использовали в пропагандистских целях. Тела погибших торжественно пронесли по центру Киева и перезахоронили на так называемой Аскольдовой могиле, где якобы находятся останки легендарного киевского князя Аскольда.

Отметим, что в схожем националистическом угаре по Киеву спустя почти сто лет будут носить гробы с телами «героев Небесной сотни».

Характерно также, что Аверкий Гончаренко, самостийный «герой», командовавший войсками УНР под Крутами, в годы Великой Отечественной войны будет служить офицером в дивизии СС «Галичина».

К середине января власть Центральной Рады сохранялась только в Киеве. 29 января в столице вспыхнуло вооруженное восстание рабочих. Началось оно тогда, когда части красногвардейцев были еще далеко от Киева. Поводом к восстанию послужила попытка войск Рады вывезти с завода «Арсенал» боевые припасы, вооружение, уголь и разоружить рабочих. Рабочие «Арсенала» дали войскам Рады вооруженный отпор. Выступление поддержали и рабочие других заводов, боевые действия развернулись по всему городу.

Три дня рабочие удерживали инициативу в своих руках, постепенно завоевывая Киев. Но 1 февраля в город, отступая под ударами продвигавшихся к Киеву красногвардейцев, вошли войска УНР, в том числе Гайдамацкий кош Слободской Украины под предводительством Петлюры. Восставших оттеснили на территорию завода «Арсенал». Завод окружили и подвергли артиллерийскому обстрелу.

Два дня рабочие стойко защищались, но продержаться до прихода красногвардейцев так и не смогли. 3 февраля «Арсенал» был взят. С его защитниками обошлись с невероятной жестокостью. Особенно отличились войска Петлюры — они убивали всех, кто был в рабочей одежде. Только вблизи «Арсенала» в братской могиле были погребены 750 рабочих завода.

4 февраля красногвардейцы подошли к Киеву. Начались бои за переправы через Днепр. В тылу войск Центральной Рады сражались рабочие киевских заводов. 8 февраля Киев был освобожден от власти Рады.

Министр внутренних дел УНР П. А. Христюк вспоминал, как киевляне встречали отряды красногвардейцев в районе рабочих кварталов Шулявки:

«Имел возможность видеть, как радовался приходу большевиков весь «шулявский свет». Рабочие и извозчики, вооруженные, запруживали улицы, суетились, кричали, расставляли стражу, ловили «украинцев». Стоило мне большого труда пройти, через это «народное море».

Центральная Рада бежала из Киева.

12 февраля 1918 года из Харькова в Киев прибыло советское правительство Украины.

Однако военная победа большевиков не означала окончательной политической победы. Центральная Рада, не найдя поддержки в народе, искала ее за границей.

1 января 1918 года представители УНР прибыли в Брест-Литовск, где делегация Советской России уже вела с немцами переговоры о мире. А 4 января представителей Рады согласился принять министр иностранных дел Австро-Венгрии Оттокар Чернин.

Совещания с европейскими дипломатами продолжались до 20 января. А 22 января, заручившись поддержкой Германии и Австро-Венгрии, Центральная Рада приняла Четвертый Универсал, провозгласивший УНР «самостоятельным, ни от кого независимым, свободным, суверенным государством украинского народа». В Универсале говорилось: «Приписываем правительству нашей Республики — Совету Народных Министров — с этого дня вести начатые уже им переговоры о мире с Центральными державами вполне самостоятельно и довести их до конца, несмотря ни на какие препятствия со стороны каких-либо других частей бывшей Российской империи».

Провозглашение независимости УНР дало германскому правительству формальный повод поддержать режим Центральной Рады. Взамен Германия рассчитывала получить значительную компенсацию деньгами, продуктами, сырьем, оборудованием и пр.

В результате, когда 30 января делегация Советской Украины приехала в Брест-Литовск, дипломаты Центральных держав отказались вести с ней переговоры.

9 февраля представители УНР подписали сепаратный мир с Центральными державами. По условиям мирного договора, УНР признавалась Германией и Австро-Венгрией. Центральная Рада получала помощь от немецких войск для войны с советской властью. Взамен Украина обязывалась поставить Германии продовольствие, в частности 60 миллионов пудов хлеба, 3 миллиона пудов говядины, 400 миллионов яиц и многое другое.

Таким образом, ради сохранения собственной власти Центральная Рада пошла на откровенное предательство интересов своего народа, фактически превратив Украину в колонию Германии и Австро-Венгрии. Надо сказать, что нынешняя бандеровская власть на Украине, предавая интересы своей страны ради вхождения в «западный мир», перенимает опыт у Центральной Рады.

Карта УНР на момент провозглашения Центральной Радой независимости в январе 1918 года, Харьков, изд-во «Южная экспедиция». 1918
Карта УНР на момент провозглашения Центральной Радой независимости в январе 1918 года, Харьков, изд-во «Южная экспедиция». 1918

18 февраля 1918 года Германия, нарушив условия перемирия, начала наступление по всему фронту от Балтийского до Черного морей. Большевики на тот момент оказались неспособны противостоять регулярной германской армии. Перед ними встала задача отстоять Петроград, организованно отступив на других направлениях.

21 февраля 1918 германские войска подошли к Киеву. В этой ситуации 3 марта большевики вынуждены были подписать мирный договор на немецких условиях. Согласно этим условиям, от России отторгалась Украина, Россия обязывалась прекратить войну с войсками УНР. Ленин назвал Брестский мир «похабным». Но было ясно, что этот вынужденный мир долго не продлится и что не за горами крах Германии под натиском Антанты и грузом собственных внутренних проблем.

Подписание мирного договора между УНР и Центральными державами 27 января (9 февраля) 1918 года
Делегаты от УНР и Тройственного союза в ходе разработки соглашения, Брест-Литовск, начало февраля 1918 год
Подписание мирного договора между УНР и Центральными державами 27 января (9 февраля) 1918 года
Делегаты от УНР и Тройственного союза в ходе разработки соглашения, Брест-Литовск, начало февраля 1918 год

Еще до прихода немцев правительство Советской Украины во главе с Николаем Скрыпником бежало из Киева в Полтаву. 10 марта 1918 года ЦИК и Народный секретариат переехали в Екатеринослав, на территорию Донецко-Криворожской республики. К 21 марта они уже были в Таганроге. Главнокомандующий советскими войсками Юга России Владимир Антонов-Овсеенко позже вспоминал: «Киев был покинут, по-видимому, без достаточных оснований, без должной обороны».

Харьковские большевики, считавшие свой регион частью РСФСР, критически восприняли попытки ЦИК Украины управлять ситуацией на безопасном расстоянии. Газета областного комитета ДКР «Известия Юга» 24 марта писала:

«Руководить восстанием, сидя вне Украины, это значит предавать и позорить уже восставших, кричать громкие фразы и творить похабные делишки. Негодный секретариат Украины во внутренней политике достаточно себя скомпрометировал, не говоря уже о стремительном бегстве по маршруту Киев, Полтава, Екатеринослав… Переездом в Таганрог ЦИК бесшумно покончил жизнь самоубийством. Спасти Украину от немецко-гайдамацких банд можно не сидючи в Таганроге в министерских креслах, а поднимая восстание крестьян и рабочих. Руководить же восстанием можно и надо, находясь в первых рядах повстанцев, а не за спинами».

Тем не менее сопротивление большевиков и партизан на юге и востоке Украины продолжилось, особенно в Донецко-Криворожской республике (ДКР), созданной большевиками Донбасса в январе 1918 года. Немцы смогли взять Харьков лишь 8 апреля. За это время большевики ДКР под руководством председателя СНК ДКР товарища Артема провели мобилизацию, а также эвакуацию оборудования заводов, транспорта, ресурсов и продовольствия. Вместе с заводами эвакуировались рабочие с семьями.

Центральная Рада, изначально не имевшая массовой поддержки населения, после своего согласия на оккупацию УНР Германией окончательно потеряла власть в стране. Представитель германского МИДа Колин Росс докладывал своему руководству:

«Украинская самостийность, на которую опирается Рада, имеет в стране чрезвычайно слабые корни. Главным ее защитником является небольшая группа политических идеалистов. <…> Рада, власть которой усиливается со времени прихода немцев с каждым днем, всё же опирается теперь, как, по всей вероятности, еще долго и в будущем, на немецкие штыки». А начальник штаба Восточного фронта генерал Гофман (представлявший те самые немецкие «штыки») в интервью газете Daily Mail, выдержки из которого перепечатала местная пресса, открыто говорил о явлении украинской незалежности: «Украина дело рук моих, а не является делом рук сознательного волеизъявления самого народа, о чем теперь не без удовольствия воображают украинцы».

Соответствующим было и отношение немецких оккупантов к украинским националистам. Так, бывший полковник немецкого Генерального штаба Борис Штейфон вспоминал: «Командир баварского корпуса генерал Менгельбир оказался очень суров к пришедшей к нему украинской делегации. Последняя явилась в украинских костюмах, с «оселедцами». Менгельбир заявил, что «не умеет говорить с людьми, у которых хвосты растут на голове». Подобные слова старшего начальника чрезвычайно правдиво выявили фактическое отношение немецкого офицерства к украинскому вопросу».

Германские оккупационные войска на Думской площади. Киев. 1918
Германские оккупационные войска на Думской площади. Киев. 1918

Добавим, что немцы явным образом рассматривали Украину как свою сырьевую колонию. Так, помощник главнокомандующего германской армией генерал Эрих Людендорф вспоминал, что целью наступления немцев была оккупация «главного хлебного района» (эта цель была достигнута в начале апреля 1918 года), но затем оказалось, что «без угля Донецкого бассейна эксплуатация железных дорог невозможна. Хорошо это было или плохо, но пришлось согласиться и на занятие еще и этой части Украины, и продвинуть наш фронт до Ростова…»

Оккупировав территорию УНР, немцы подписали с Центральной Радой дополнительные соглашения, согласно которым они должны были получить не только обещанное ранее продовольствие, но и другие материальные ценности: лес, железную руду, лен и др. Оккупанты совместно с Центральной Радой развернули фактический грабеж населения. Это вызвало серьезный отпор на местах — крестьяне не хотели отдавать хлеб и другие продукты. Германское командование поняло, что Центральная Рада не справляется со своими обязательствами по поставкам продовольствия. И к концу апреля немцы решили сменить власть на Украине.

28 апреля 1918 года вооруженный немецкий отряд разогнал Центральную Раду. А на следующий день на Всеукраинском съезде хлеборобов гетманом был провозглашен крупный помещик и бывший царский офицер Павел Скоропадский.

Скоропадский пообещал немцам не только выполнить все обязательства, данные Центральной Радой, но и выплатить Германии компенсацию за оказанную военную помощь.

Едва закрепившись у власти, Скоропадский приступил к восстановлению прав помещиков. Крестьянам было приказано вернуть захваченные земли и инвентарь. Их принудили к обязательным работам на помещичьих землях.

Естественно, украинские крестьяне воспротивились возвращению власти помещиков. Для подавления сопротивления немцы направляли в села карательные отряды. Скоропадский также формировал добровольческие отряды из зажиточных крестьян и помещиков для помощи немцам.

Одновременно урезали права рабочих. Рабочий день увеличился, а зарплаты уменьшились. Любое сопротивление жестоко подавлялось. Закрывали заводы, разгоняли профсоюзы. Обычной практикой в период правления гетмана стали расстрелы рабочих без суда и следствия.

Соответственно, владельцы фабрик и заводов, помещики и зажиточные крестьяне поначалу поддержали Скоропадского.

В июле-августе 1918 года на Украине развернулось крестьянское повстанческое движение. Будучи в целом направлено против немецкой оккупации, оно было неоднородно. Если на Правобережной Украине крестьяне больше поддерживали националистические лозунги, то на Левобережной — вставали на сторону большевиков, левых эсеров и махновцев.

Повстанцы нападали на немецкие войска. Так, в конце июля эсер Борис Донской совершил удачное покушение на главнокомандующего немецкой армии на Украине фельдмаршала Германа фон Эйхгорна.

Фактически к началу сентября 1918 года власть немцев и гетмана удерживалась лишь в крупных городах и административных центрах, где в связи с регулярными нападениями повстанцев было введено военное положение.

Ситуация изменилась после 11 ноября 1918 года, когда Германия потерпела поражение в Первой мировой войне и больше не могла защищать созданный ею режим. Немцы готовились к выводу войск, в спешке продолжая вывозить сырье, оборудование, продовольствие… При этом они перестали заниматься внутриукраинскими делами. Потеряв поддержку немцев и не имея опоры в народе, гетманство начало рушиться, как карточный домик.

Скоропадский сделал попытку опереться на русских монархистов. Но назначение в правительство представителей офицерских организаций, выступавших за Деникина, не обеспечило гетману поддержки Добровольческой армии, для которой он был скомпрометирован как немецкий прислужник и украинский сепаратист. Деникин так сформулировал отношение руководства Добровольческой армии к «скоропадщине»: «Гетман не желал понять, что между идеологией «Единой, Великой и Неделимой России» и той, которую до последних дней исповедовал гласно он — гетман, <…> лежит непроходимая пропасть, через которую не перекинуть мостика слухами, будто это — лишь политическая игра, обман, средство, чтобы сквозь узкую щель украинского шовинизма пролезть легче в широкие ворота свободной российской государственности». Кроме того, Деникин считал, что его армия, испытывавшая в то время большие затруднения на Северном Кавказе, не должна ввязываться еще и в украинские дела.

Разворот Скоропадского в сторону русских монархистов еще больше оттолкнул от него самостийников — им стало казаться, что готовится новое порабощение страны «москалями» деникинского розлива, ненавистными им ничуть не меньше, чем большевистские «москали».

К середине ноября 1918 года националисты структурно оформились. 14 ноября в Белой Церкви бывшие лидеры УНР создали Директорию и призвали к восстанию против гетмана. Председателем Директории поначалу стал Винниченко, главным атаманом — Петлюра. (С 10 февраля следующего года Петлюра занял пост председателя.)

Кавалеристы армии УНР перед гетманом Скоропадским. 1918
Кавалеристы армии УНР перед гетманом Скоропадским. 1918

Ядро армии Петлюры составила перешедшая на сторону Директории дивизия галицийских Сечевых стрельцов под командованием Евгения Коновальца, будущего основателя Украинской войсковой организации (УВО) и ее преемницы — Организации украинских националистов (ОУН) (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

Верность гетману сохранило подавляющее меньшинство украинских военных частей. Остальные массово переходили на сторону Директории. Часть подразделений УНР ушла в Добровольческую армию.

14 декабря 1918 года, после окончательного ухода немцев, Петлюра со своими войсками занял Киев.

Красные кавалеристы на улице Симферполя. 1920
Красные кавалеристы на улице Симферполя. 1920

Скоропадский бежал в Германию. Характерно, что позже, после прихода к власти Гитлера, Скоропадский направил нацистскому руководству письмо с предложением создать под германским началом «великоукраинскую державу». Бывший гетман вновь обещал превратить Украину в сельскохозяйственную колонию. «Связанная с Германией, Великая Украина должна естественно на все времена сохранить свой сельскохозяйственный характер. Техническую помощь она должна получать от третьего рейха», — писал Скоропадский.

К концу 1918 года Директория захватила власть на большей части территории Украины, а войска Антанты оккупировали юг и Крым. С приходом «освободителя» Петлюры на Украине начались помпезные парады и победные банкеты, сопровождаемые карательными акциями, расстрелами без суда и следствия русских офицеров и большевиков, массовыми еврейскими погромами. Общественные собрания запретили, профсоюзы разогнали, прессу взяли под контроль.

Председатель Директории Владимир Винниченко вспоминал:

«[Атаманщина] не видела даже того, что сами обыватели-украинцы, несмотря на самое искреннее свое желание иметь украинскую власть, стонали и корчились от этого бессмысленного режима. Единственный ответ на всё: карательная военная экспедиция на крестьян, на рабочих, на большевиков, на свои украинские партии, на обывателя, на газеты, на лозунги — решительно на всё. И всё это во имя украинской государственности. Несчастная государственность!».

Одержимый националистической идеей, постоянно опасаясь переворота, Петлюра предоставил своим атаманам полную свободу действий и закрывал глаза на совершаемые ими убийства, насилие и грабежи. Разгул беззакония и атаманщины делали жизнь населения невыносимой. Постепенно всё больше людей видели в большевиках единственную силу, способную остановить хаос.

11 ноября 1918 года Ленин поручил Реввоенсовету РСФСР подготовить план освобождения Украины. А спустя уже десять дней советские войска под командованием Антонова-Овсеенко выдвинулись в сторону Харькова и Чернигова. 30 ноября была создана Украинская советская армия во главе с Антоновым-Овсеенко. Ее войска стремительно продвигались по территории Украины. 3 января 1919 года советские части вошли в Харьков, к концу января они освободили Полтаву и Екатеринослав.

5 февраля 1919 года войска Украинской советской армии почти без боя заняли Киев. К апрелю красногвардейцы и повстанцы сами выбили и войска Антанты, и петлюровцев из Херсона, Николаева, Одессы, Симферополя и Севастополя.

Красная армия вступает в Бахчисарай и Киев
Красная армия вступает в Бахчисарай и Киев

После бегства из столицы путь петлюровского правительства лежал в Галицию. Известная присказка того времени «В вагоне — Директория, под вагоном — территория» подразумевала, что правительство Директории контролировало уже только территорию под собственным вагоном, в котором продвигалось к польской границе.

Петлюра до последнего не отказывался от попыток сохранить власть. В конце февраля 1919 года руководство Директории обратилось к Франции с просьбой принять Украину под свой протекторат. Французам был обещан контроль над железными дорогами и финансами Украины. При этом было совершенно понятно, что никакой силы эти обещания уже не имели.

10 марта в Харькове на III Всеукраинском съезде Советов провозглашается Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР).

Быструю победу большевиков невозможно объяснить вторжением армии из Советской России, откуда пришли всего лишь две дивизии. Основу Украинской советской армии составили полки червонных (красных) казаков. К ним присоединялись вооруженные отряды, ранее воевавшие на стороне Центральной Рады, Гетманата и Директории, отряды Нестора Махно. Украинские крестьяне и рабочие, вдосталь глотнувшие «незалежности», также вставали на сторону большевиков.

Вышеупомянутый бывший глава Директории Винниченко, отнюдь не склонный славословить советскую власть, писал:

«И тут снова, как и при Центральной Раде, мы всю вину возлагали на русских большевиков. Это они, дескать, шли на Украину со своими войсками и били нас. И снова необходимо открыто и искренне сказать, что, если бы против нас не было восстания нашего собственного крестьянства и рабочих, то Российское Советское правительство ничего не смогло бы сделать против нас. И снова, как и тогда, не большевистские агитаторы разлагали наши республиканские войска, которые так героически сражались с гетманцами и немцами, а мы сами… И не российское правительство выгоняло нас из Украины, а наш собственный народ».

В будущем Петлюра попробует вернуться на Украину вместе с поляками. Когда в 1920 году в ходе советско-польской войны поляки перейдут в наступление на украинском фронте, Петлюра подпишет с ними соглашение о совместных действиях против большевиков. Согласно этому договору в обмен на признание своего правительства Петлюра уступал Польше территории Западной Украины: Восточную Галицию, Западную Волынь, Холмщину, Подляшье и Полесье.

Позже, в ноябре 1920 года Петлюра писал главе Совета Народных Министров УНР Андрею Ливицкому: «Мы должны найти возможность непосредственного и актуального сношения с государствами Европы, заинтересовав их судьбой УНР и той вполне реальной выгодой, которую они могут получить от этого».

Тот факт, что соглашение Петлюры с поляками представляло собой акт национальной измены, отмечали не только советские историки. Вот что писал бывший министр гетманского правительства Сергей Шелухин: «Содержание договора производит гнетущее впечатление: он полон всяких хитростей и вывертов, и написан так, будто бы между сторонами, которые его творили, был сговор против Украинской нации, — в нем было всё для поляков и решительно ничего для украинцев <…> Такие договора могут быть продиктованы только победителями…».

Попытки украинских националистов добиться пресловутой самостийности, как известно, продолжились во время Великой Отечественной войны, когда самостийники вновь встали на сторону немецких захватчиков. Правда, самого Петлюру к тому моменту уже убили. Не было в живых и служившего в войсках УНР основателя ОУН (организация, деятельность которой запрещена в РФ) Евгения Коновальца, под чьим началом организация сотрудничала в предвоенный период с нацистами. Их дело службы нацизму продолжали Бандера и преемник Коновальца на посту главы ОУН (организация, деятельность которой запрещена в РФ) Андрей Мельник, также в свое время служивший в армии УНР под командованием Петлюры.

Вся история украинской «незалежности» вплоть до Евромайдана 2014 года показывает, что самостийникам важна «независимость» украинского государства исключительно от России. Кабальная зависимость от любых других стран их нисколько не смущает.

При этом характерно, что никакой самостийной украинской государственности ни атаману Петлюре, ни гетману Скоропадскому построить не удалось. И причина тут была, как видно из всего вышесказанного, вовсе не в мощи Красной Армии, каковой она в те годы не обладала, а в отсутствии широкой поддержки со стороны собственного населения. Украинский народ не принял идеологии и практики самостийничества и не захотел строить судьбу Украины отдельно от судьбы России.

Одесская эвакуация. Погрузка на борт британского транспорта «Рио Негро». Февраль 1920 года
Одесская эвакуация. Погрузка на борт британского транспорта «Рио Негро». Февраль 1920 года

Попытки нынешних украинских властей сварганить из хаоса, зверств, предательств и поражений, ознаменовавших собой период власти на Украине Петлюры и других деятелей УНР, некий псевдоисторический культ, весьма показательны. Три культа — погромщика Петлюры, фашистского прихвостня Бандеры и предателя Мазепы — вот всё, что остается при осуществлении безумной затеи изъятия из украинской истории всего русского и советского.

< Впервые опубликовано ИА REGNUM 12.02.2018 >

Читайте ранее в этом сюжете: Миф о Мазепе, или Предательство как национальная идея —«Украинство...» XXII

Читайте развитие сюжета: Исторические корни Донецкой Народной Республики —«Украинство...» Глава XXIV