Микроскоп

Радужную картину на Неделе науки, которая проходит в Сколково и Москве с 7 по 12 декабря, нарисовали представители Минобрнауки и ФАНО. И объем финансирования сектора фундаментальной науки увеличивается, и молодежь активно идет в науку. «По паритету покупательной способности, — отметила замминистра Минобразования Людмила Огородова, — бюджетное финансирование в РФ занимает сегодня пятое место в мире», «возраст исследователей до 40 лет вырос в России за последний год с 36 до 41%, это существенный результат». Главная задача, которую нужно решать, это «участие внебюджетного финансирования в исследованиях и разработках». Сегодня оно по отраслям составляет 0,8% (в развитых странах мира 6−17%), цель — достичь цифры 1,77%.

Михаил Котюков, глава Федерального агентства научных организаций окрестил проходящий форум ученых Нобелевской неделей. Он, кажется, не сомневается, что «у людей нет более мощной силы, чем наука». И ФАНО эту силу крепит. «Даже сегодня в непростых условиях бюджета мы находим возможность развивать и поддерживать материально-техническую базу, — сообщил Котюков. — Ведущие научные коллективы получают средства на закупку современного оборудования. Может быть, не очень высокими темпами, но тем не менее, обеспечивается рост заработной платы научных сотрудников. Мы продолжаем программу по строительству жилья и развитию инфраструктуры. Вместе с Академией наук мы вырабатываем сейчас механизм совершенствования управления научными исследованиями. Расширяются права научных коллективов, в том числе, по выборам директоров, по формированию тематик исследований. Нам удается, как мне представляется, сохранить преемственность, когда опытные заслуженные ученые передают свои знания молодежи». Особой заслугой ведомства его руководитель считает сохранение бюджета на 2016 год в прошлогодних цифрах, без сокращения, как это предполагалось.

В общем, всё хорошо, прекрасная маркиза. Однако то, что чиновничье руководство и, в частности, структура ФАНО не только лишняя, но и вредная, выражаясь по-научному, было в пропозиции пленарного заседания «Зачем нужна наука в России» и форсайт-сессии «Будущее исследований и будущее науки» (9.11.2015).

«Ученые не любят бюрократов, а бюрократы считают, что ученые должны быть всегда подгоняемы. Это противоречие разрешается только одним способом — самоуправлением ученых и максимальным доверием к ученым», — заявил президент РАН Владимир Фортов. Очевидно, что это намек на постоянные противоречия РАН и ФАНО, тормозящие решение тех задач, которые сегодня стоят перед российской наукой. Глава РАН дипломатично предложил подумать, «как сделать так, чтобы работа Академии наук и ФАНО была бы гармонична», давала возможность работать «на одну цель, меньше времени тратя на бюрократические препоны и выяснение того, где кончается компетенция одной стороны и другой». По мнению Фортова, если возникает вопрос, нужна ли наука в России, «это свидетельство того, что мы все чем-то больны, поскольку Россия всегда была флагманом научных исследований и уровень ученых, социальное положение ученых, восприятие их в обществе были чрезвычайно высокими».

«Кто приходит в руководство научных организаций? На первом месте финансист и эффективный менеджер, ученых нет», — заявил на форсайт-сессии заместитель главы РАН Владимир Иванов. Возникает механизм, описанный Марксом, «деньги — товар — деньги». Это привело к установлению принципа выделения средств — «неси, кто может, а там посмотрим» и «не важно, чем вы занимаетесь, вопрос, когда вернете деньги». Этот принцип работает против фундаментальной науки, убежден ученый.

За избавление ученых от диктата управленцев ратует заместитель генерального директора ОАО «РБК» Евгений Кузнецов: «Наука все больше переходит к тому, чтобы обеспечить следующие простые принципы — обеспечить максимальную свободу конкретному ученому в его деятельности и получение за это денег, то есть устранение посредника. Ученый сам перед собой отвечает за получение грантов, денег за свои исследования и отвечает за них публикацией статей, получением патентов и т.д.»

С позицией «свободного плавания ученых» не согласен директор по науке кластера ядерных технологий Фонда «Сколково» Александр Фертман. «Любая дополнительная структура, будь то ФАНО или что-то еще, вызывает у людей раздражение, — отметил он. — Надо ли трансформировать старые системы или строить новые — вопрос, не имеющий очевидного ответа… Многое зависит от того, что делаем мы сами. Но если мы действуем не скоординированно, а каждый за себя, то будущее кого-то одного из нас будет позитивным, но точно не для всех вместе».

Трендом современной организации науки гендиректор Российского квантового центра (РКЦ) Руслан Юнусов считает не бюрократические структуры, а «некий проектный подход к решению задачи», который важен потому, что «есть начало и конец ее решения, и, если задача решена, нужно переформатировать институты, не пытаясь ориентировать этот процесс на бесконечность». Плюс к этому, по мнению главы РКЦ, хорошо работают «внешние органы управления в виде консультационных международных советов, что дает серьезную научную экспертизу и привлечение международного опыта». Такие принципы позволяют организовать формат независимого исследовательского центра, способного, как считает Юнусов, эффективно заниматься научными разработками.

Осталось не ясно, как же лучше организовать науку в эпоху глобализации и растущих вызовов. Есть даже любопытный термин — «постакадемическая наука». На вопрос ИА REGNUM, что это значит, не конец ли это науки академической, представитель РАН Владимир Иванов ответил, что это подход к науке как к социальному институту. «Если подходить с этой точки зрения, тогда наука — это социальная сфера, как больница, детский сад и т.д., то есть нечто затратное. Хотя весь прогрессивный мир убежден, что это ведущая производительная сила». Сам ученый уверен, что «фундаментальна наука никогда не закончится». А вот если мы пойдем по пути отказа от фундаментальной науки, то «превратимся в Верхнюю Вольту с ракетами».