Прогнозы о том, что Соединенные Штаты рано или поздно уступят Китаю место экономического гегемона, получили очередное подтверждение. Как сообщил арабский телеканал Al Mayadeen, по паритету покупательской способности (ППС) Китай обогнал США. В списке десяти крупнейших экономик мира Китай расположился на первом месте (30,07 трлн долларов). США закрепились на втором месте — 25,04 трлн долларов.

Россия и Китай
Россия и Китай
Иван Шилов © ИА REGNUM

Между тем, по прогнозам Всемирного банка, в 2023 году экономика Китая вырастет на 4,5%, а в 2024 году рост приблизится к 5%. В 2022 году показатели были заметно хуже — 2,7%, что связывают как с последствиями пандемии коронавируса и засухами, так и с кризисом в сегменте недвижимости. Однако по мере преодоления этих проблем, в частности, с отказом от чрезмерно строгой политики нулевой терпимости к коронавирусу, китайская экономика, как ожидается, снова покажет интенсивный рост.

Аналитики агентства Bloomberg, впрочем, не исключают того, что после отказа Китая от коронавирусных ограничений в I квартале 2023 года его экономику ждет небольшая дестабилизация в связи с ростом заболеваемости COVID-19. Но даже с учетом этих тенденций эксперты, опрошенные Bloomberg, прогнозируют, что в 2023 году китайский ВВП вырастет на 4,9%.

Как отмечают экономисты, многое, конечно, будет зависеть от того, как восстанавливаются экономики Запада — основного торгового партнера Поднебесной. Ухудшение ситуации в США и Европейском союзе закономерным образом обернется падением спроса на экспортные продукты Китая.

Порт Тайчжоу. Китай
Порт Тайчжоу. Китай
© Cfoto/Global Look Press

Как отмечал ведущий научный сотрудник экономического факультета МГУ Андрей Колганов, именно дешевый китайский экспорт был тем фактором, который позволил Западу добиться существенного снижения издержек. И если ситуация с потоком китайских товаров осложнится, это может подкосить внутреннюю конъюнктуру в развитых странах.

Заинтересованность в импорте китайской продукции не мешает американцам видеть в КНР одну из главных угроз. Так, в свое время торговый представитель США Кэтрин Тай охарактеризовала Китай как ведущего «мирового правонарушителя» в торговле — из-за тех методов, которые использует Поднебесная. Пекину поставили в вину создание избыточных мощностей в ряде отраслей промышленности и наращивание потенциала в новых производственных сферах. Америка, со своей стороны, обещает противодействовать такой «вредной торговой практике».

Как следствие, многие экономисты сомневаются в том, что объем ВВП Китая сможет превысить американский. По крайней мере до 2036 года. В частности, в этом убеждены аналитики британского Центра экономических и деловых исследований (CEBR). Свою позицию они обосновывают растущей торговой напряженностью КНР с западными партнерами.

Еще скептичнее смотрят на ситуацию в Японском центре экономических исследований. Там убеждены, что в ближайшие десятилетия номинальный валовой внутренний продукт Китая едва ли превысит ВВП США, так как экономический рост КНР будет буксовать из-за сокращения его населения. Японские экономисты прогнозируют, что в 2030 году темпы роста ВВП КНР упадут ниже 3%, а ещё через пять лет опустятся до 2,2%. Поднебесная будет неторопливо догонять США, но в 2035 году ВВП Китая достигнет только 87% от американского, и ни о каком «обгоне» американской экономики в Пекине могут даже не мечтать.

Кроме того, и с показателем паритета покупательной способности дела обстоят не очень гладко. Об этом ИА REGNUM рассказал директор центра конъюнктурных исследований ВШЭ Георгий Остапкович.

«Я очень пессимистично отношусь к подсчету ВВП по паритету покупательной способности, — признался экономист. — Это всё равно что мерить по «индексу биг-мака» или по «индексу салата оливье».

Супермаркет в Китае
Супермаркет в Китае
© Cfoto/Global Look Press

«Есть объем продукции товаров и услуг, — пояснил Остапкович. —  Он имеет свою стоимость. Эта стоимость отражается в номинальном ВВП. И Всемирный банк, и МВФ в основном считают только в номинале. А то, что делается по ППС, — это интересная конструкция, но всё-таки она предназначена для бедных стран, которые хотят вырваться вперед. В свое время Нигерия сделала «большой скачок», когда подсчитала свой ВВП по ППС. То же самое было и с Мексикой. У нас Индия чуть ли не третья страна по ППС — страна, в которой уровень бедности едва ли не под 20%. Где миллионы людей не имеют доступа к воде!»

Что касается Китая, то Остапкович обратил внимание на несколько факторов, которые могут серьезно подпортить Китаю его экономическое будущее. Самый главный из них — демографический.

«В Китае галопирующими темпами снижается численность занятых. У них наблюдается старение населения. Пожилого населения очень много, но сокращается численность людей в производительном и инновационном возрасте. Это из-за принятой ранее концепции «одна семья — один ребенок». У них самый низкий коэффициент рождаемости на женщину — 1,3-1,4. Эта проблема будет здорово давить на китайскую экономику, — полагает Остапкович. — Не будет хватать трудовых рук. Плюс идет явное падение темпов роста. Они сейчас выходят где-то на 3%. Такого не было 40 лет, чтобы Китай показывал такие низкие показатели».

Еще одна проблема — стремительное сокращение дешевой рабочей силы, благодаря которой Поднебесная в свое время смогла привлечь к себе западного инвестора. Как отмечает Остапкович, представление о китайском рабочем, готовом работать за копейки, к настоящему времени стало мифом.

«Китай по уровню доходов населения резко поднялся наверх. И там уже далеко не дешевая рабочая сила. А раз она дорожает, то инвестор уходит», — подытожил экономист.

С Остапковичем согласился директор Института стран Азии и Африки МГУ имени Ломоносова Алексей Маслов. По его оценке, китайская рабочая сила сильно подорожала.

Рабочие упаковывают таблетки парацетамола в мастерской Northeast Pharm в Шэньяне. Китай
Рабочие упаковывают таблетки парацетамола в мастерской Northeast Pharm в Шэньяне. Китай
© Yang Qing/Global Look Press

«Средняя заработная плата в Китае в 2022 году составила 1300 долларов, — пояснил Маслов ИА REGNUM. — А это больше, чем в России. А если брать в расчет крупные китайские города (Шанхай, Пекин и так далее), то там стоимость рабочей силы доходит до 1700-1800 долларов. Такую ситуацию сложно назвать конкурентным преимуществом Китая, из-за этого многие рынки перемещаются в Индию, в Малайзию, в Бразилию. И Китай пытается выйти из этого положения, стимулируя высокотехнологичное производство. Когда нужно не много и дешево, а немного, качественно и дорого».

В целом же Маслов отметил, что даже в 2022 году, который был очень неудачен для Китая, его экономика продолжила расти за счет нескольких факторов, в частности, расширения потребления. Как следствие, увеличилось и производство. Поэтому в абсолютных цифрах ВВП в Китае опять заметно вырос. В КНР добавленная стоимость сырьевой промышленности увеличилась более чем на 4%. Плюс вторичный сектор вырос почти на 3,8%, а сфера услуг — на 2,3%.

«За счет того, что в Китае есть средний класс, который вкладывает деньги, КНР начинает опережать США по паритету покупательной способности. Есть еще ВВП на душу населения. Но в Китае очень большая разница по доходам (и региональная, и отраслевая), то есть именно этими цифрами КНР пока гордиться не может», — призвал не забывать эксперт.

По его мнению, в 2023 году отрыв Китая от США по паритету покупательной способности будет расти. Однако есть факторы, которые могут сработать и на его сокращение.

«Это может случиться, но не из-за того, что Китай замедлится, а за счет того, что ускорятся США», — сказал Маслов.

Что касается ухудшения отношений Китая с рядом западных государств, то, по мнению востоковеда, это не ударит по благосостоянию самих китайских граждан.

Владимир Путин и Си Цзиньпин
Владимир Путин и Си Цзиньпин
Официальное интернет-представительство президента России

«КНР придерживается своего стандартного подхода, что в политике может быть холодно, но в экономике должно быть горячо. Мы видим, что за прошлый год торговля КНР с США и ЕС возросла. Самый большой рост со странами АСЕАН. То есть в мире четко различают экономический меркантилизм, который требует увеличивать торговлю и политические отношения, которые могут ухудшаться или улучшаться. И поэтому для китайского потребителя больших изменений не будет, — прогнозирует Маслов. — Не окажет на него большого влияния и российский разворот на Восток».

Однако здесь, по его словам, есть несколько любопытных факторов.

Во-первых, не исключено, что целый ряд товаров, которые Запад не пускает на западные рынки, может приходить на российский. Хороший пример этого — китайский автопром, который очень хотел прорваться на западные рынки, но не предложил им ничего, что могло бы составить конкуренцию, и поэтому теперь идет на российский. Во-вторых, как уточнил Маслов, Китай пока не является крупным инвестором в Россию. «И если он будет готов зайти в РФ и создать совместные предприятия в передовых областях, тогда это всё изменит», — подытожил эксперт-китаист.