Каспийское море и Прикаспийский регион становятся все более важной частью российской и международной повестки. После начала реализации китайской стратегической инициативы нового Шелкового пути, известной также как «Пояс и путь», и особенно после введения антироссийских санкций, включающих ограничения для российского торгового флота, резко выросло значение Каспия для евроазиатских транзитных потоков.

Каспийское море
Каспийское море
NASA

Регион является точкой пересечения торговых маршрутов Восток — Запад и Север — Юг, и по мере экономического роста Азии, прежде всего Китая и Индии, его геополитическое значение будет только возрастать.

КНР заинтересована в сухопутных маршрутах для своего растущего товарооборота со странами ЕС, который уже в 2023 г. может превысить 1 трлн долл. Морские перевозки через Малаккский пролив и Суэцкий канал дольше железнодорожных, дороже из-за растущих цен на энергоносители и становятся все менее безопасными по причине накаляющихся отношений Китая с США. Сухопутный транзит через Россию постепенно сокращается: транспортное сообщение с Евросоюзом через Белоруссию практически заблокировано, морские коммуникации между Россией и ЕС управляются Западом в ручном режиме и в любой момент могут быть окончательно перерезаны, отношения России и Китая со странами Прибалтики не позволяют использовать для транзита их порты.

В этих условиях растет роль уже несколько лет действующего маршрута через Казахстан, Азербайджан и Турцию с перевалкой грузов на Каспийском море. Геополитическая роль этих стран как ключевых транзитеров международного транспортного коридора Восток — Запад объективно возрастает, как и значение единственной морской преграды на маршруте — Каспия.

Морской порт Астрахань
Морской порт Астрахань
Alexxx1979

Казахстан, Азербайджан и Турция вполне осознают свое растущее значение: встреча министров иностранных дел и транспорта этих стран в Баку лишь подчеркивает то внимание, которое они уделяют своему транзитному статусу. Азербайджан находится под плотным покровительством члена НАТО и переживающей острый экономический кризис Турции. Фронда Анкары в отношении США, ЕС и НАТО заставляет президента Реджепа Эрдогана проявлять все больше инициативы на восточном направлении, включая известную инициативу формализации так называемого тюркского мира, включающего и Казахстан.

Встреча министров иностранных дел и транспорта в Баку имеет явно выраженную цель закрепить роль «тройки» — Казахстан, Азербайджан и Турция — на Каспии за счет ослабления транзитных позиций России.

Наиболее слабым звеном в стратегических проектах вытеснить Россию из Каспийского региона является Казахстан. Мятеж, хоть и подавленный в январе 2022 года при помощи РФ и ее союзников по ОДКБ, показал слабость государственного устройства республики. Последующие высказывания президента Касыма Токаева, сделанные, в том числе когда он гостил в Санкт-Петербурге, участвуя в экономическом форуме, заставили усомниться и даже отрицать союзнический характер российско-казахстанских отношений. Антироссийская направленность высказываний г-на Токаева была призвана показать лояльность его формальным оппонентам — казахским националистам. С другой стороны, Касым Токаев выразил свою приверженность коллективному Западу, ведущему опосредованную войну с Россией.

В рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), членом которого является Казахстан, его представители заявили о необходимости свободного доступа к портам. По их мнению, без этого целесообразность самого существования ЕАЭС сомнительна. Внимание официальных представителей республики к вопросам логистики, их последовательно наступательная позиция, выдвижение все новых требований к вопросам экономического сотрудничества отражает лишь несколько большую откровенность по сравнению со старым курсом Нурсултана Назарбаева на получение Казахстаном доступа в Мировой океан. Еще несколько лет назад, будучи президентом, елбасы выдвинул идею о строительстве каспийско-черноморского канала через российский Северный Кавказ. По его предложению, канал должен был обладать международным статусом; в таком случае Россия лишилась бы суверенитета над частью собственной территории. Кроме того, строительство такого канала с неизбежным каскадом технически сложных и уязвимых плотин, необходимых для свободного прохождения крупнотоннажных судов, отрезало бы от России не только Южный, но и значительную часть Северного Кавказа.

Актауский морской торговый порт. Казахстан
Актауский морской торговый порт. Казахстан
Ashina

Превращение Казахстана в «великую морскую державу» неосуществимо через использование российских портов даже в условиях вялой политики России в ЕАЭС, — поэтому транскаспийский маршрут становится для полностью континентальной республики основным, особенно в условиях дальнейшего углубления противоречий в российско-казахстанских отношениях.

Антироссийские санкции осложняют китайский транзит через Россию и дают серьезные преимущества маршруту Казахстан — Азербайджан — Турция через Каспий. В Нур-Султане напрасно надеются на возможность использовать этот фактор, чтобы стать стратегически незаменимой, геополитической частью коридора Восток — Запад. Пекин, известный своей жесткостью в экономических отношениях, уже в значительной степени освоил экономическое пространство постсоветской Средней Азии, включая Казахстан, и вряд ли предоставит ему возможность влиять на свои отношения как с Россией, так и с Западом.

Активизация международных политических усилий в Прикаспийском регионе означает понимание его возрастающего геополитического значения. Умиротворить противоречивость амбиций и интересов вовлеченных государств может только Россия как наиболее могущественное и авторитетное государство, имеющее прямой выход к Каспию. Последние действия РФ, включая многочисленные визиты в Иран высокопоставленных чиновников, недавние поездки посла Ирана в Чеченскую Республику и Дагестан, предстоящий 29 июня в Туркмении каспийский саммит на уровне глав государств, многие другие факты говорят о становлении региона как ключевого звена в евразийской системе безопасности.