Западные санкции начинают бить Россию там, где ей больнее всего: по экспорту энергоресурсов. В течение последних нескольких недель Европейский союз, крупнейший покупатель российской нефти, разрабатывал план запрета импорта этого энергоносителя, который должен вступить в силу к концу этого года, хотя процесс и замедлился из-за возражений премьер-министра Венгрии Виктора Орбана.

Российская нефть
Российская нефть
Иван Шилов © ИА REGNUM

Однако для того, чтобы энергетические санкции сработали, они должны быть тщательно продуманы таким образом, чтобы навредить России больше, чем Западу. Их главной целью должно быть не сокращение объемов нефти и газа, вывозимых из России, что еще больше поднимет мировые цены на энергоносители и будет чревато внутриполитическими последствиями, а сокращение притока американской и европейской валют в Россию. Для достижения успеха ЕС должен сосредоточить коллективные усилия на более амбициозном подходе: партнерстве с США и другими союзниками для установления глобального режима ограничения цен на российскую нефть и сокращения доходов Кремля. И поддержан этот режим должен быть санкционно, пишут Эдвард Фишман и Крис Миллер в статье, вышедшей 17 мая в Foreign Affairs.

Предыдущие санкции против Москвы ограничили инвестиции и технологии, предназначенные для российского энергетического сектора. Их целью были нефтеперерабатывающие заводы страны и строительство инфраструктуры для сжиженного природного газа. Канада, Великобритания и США также запретили импорт российских энергоносителей, но такой шаг имел лишь ограниченное воздействие, поскольку все три страны не являются крупными потребителями российских нефти и газа. До недавнего времени крупнейший покупатель российской энергии — ЕС — не только отказывался вводить санкции в отношении экспорта энергоносителей, но и разрабатывал свои финансовые санкции таким образом, чтобы недвусмысленно разрешить поставки российского топлива.

Вагон — цистерна для нефтепродуктов
Вагон — цистерна для нефтепродуктов
Ural-66

Но сейчас российско-европейские энергетические отношения разваливаются. Помимо обсуждения поэтапного прекращения импорта российской нефти, ЕС также объявил о планах полностью прекратить импорт российского природного газа в ближайшие годы. ЕС покупает чуть больше половины всего российского экспорта сырой нефти и нефтепродуктов, таких как бензин, дизельное топливо и авиакеросин. Между тем налоги с этого экспорта в настоящее время обеспечивает около четверти бюджета России. Таким образом, усилия ЕС по прекращению закупок российской нефти представляют собой драматический и долгожданный сдвиг в глобальной реакции на спецоперацию РФ по денацификации Украины.

Но планы ЕС также сопряжены и со сложностями для Вашингтона. До сих пор Соединенные Штаты отказывались вводить самые жесткие санкции в отношении российских энергоносителей, в том числе такие вторичные санкции, которые применялись против Ирана для ограничения продажи нефти третьим странам. Это нежелание объясняется уважением администрации Байдена к ЕС в вопросах, влияющих на энергетическую безопасность Евросоюза, и опасениями, что сокращение мировых поставок нефти приведет к резкому росту цен на бензин и, следовательно, инфляции. Но теперь, когда многие страны ЕС дают понять, что они серьезно настроены на прекращение импорта энергоносителей из России, Соединенным Штатам и их союзникам нужна скоординированная стратегия. Вместе они должны придумать, как сократить доходы России от энергоносителей, не нанеся чрезмерного ущерба мировой экономике.

Сокращение российской выручки

Если Вашингтон и его союзники намерены эффективно ввести санкции против российских энергоносителей, им придется столкнуться с трудной дилеммой. Российские налоговые поступления от нефти зависят не только от количества проданных баррелей, но и от их цены. У США и ЕС есть множество инструментов для ограничения объемов продаваемой Россией нефти, но цена устанавливается на мировых рынках. Из-за риска, который санкции представляют для потенциальных покупателей, российские компании теперь должны продавать свою нефть со скидкой более $30 за баррель по сравнению с текущими мировыми ценами. Но поскольку за последние 12 месяцев цена на нефть существенно выросла, Россия зарабатывает на барреле примерно столько же, сколько и год назад.

Иными словами, санкции оказывают сложное и противоречивое воздействие на второго в мире экспортера нефти. Чем больше им удастся отключить российские поставки, тем выше будет расти мировая цена на нефть. Это особенно верно, когда на мировом рынке немного альтернативных источников, из которых можно сразу начать поставки для замены утраченных российских объемов, а текущая ситуация именно такова.

Нефтепровод «Дружба»
Нефтепровод «Дружба»
Водник

Эмбарго ЕС усугубит эту динамику, существенно сократив количество российской нефти, поступающей на мировые рынки. Большая часть экспортируемой из России нефти отправляется за границу морским транспортом, поэтому теоретически ее можно продать где угодно. На практике, однако, поскольку около половины российского экспорта сырой нефти и нефтепродуктов идет в Европу, большая часть морских перевозок приходится на европейских трейдеров, грузоотправителей и страховщиков. Санкции ЕС угрожают запретить Москве использовать часть этой инфраструктуры, ограничивая возможности России поставлять нефть другим потенциальным покупателям.

Хотя существует некоторая неопределенность в отношении последствий, прогнозы предполагают, что российский экспорт сократится примерно на $2 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в день, если ЕС прекратит все закупки. Российские правительственные чиновники дали аналогичные прогнозы, предвидя 17-процентное снижение добычи нефти в России в этом году. Учитывая, что до спецоперации Россия экспортировала немногим менее восьми миллионов баррелей нефти и нефтепродуктов в день, это серьезный удар и существенное сокращение мировых поставок нефти. Однако для Кремля такое снижение является значительным, но далеко не катастрофическим, поскольку сокращение добычи неизбежно приведет к росту цен на нефть.

Чтобы санкции на энергоносители оказали реальное давление на государственный бюджет России, они должны носить более глубокий характер. В апреле, по данным Министерства финансов России, страна зарабатывала около полумиллиарда долларов в день на налогах на нефть, что составляет примерно четверть доходов Российского государства. 17-процентное снижение этой цифры было бы болезненным, но терпимым. Более того, поскольку цены на нефть указаны в долларах, если российское правительство позволит курсу рубля немного снизиться, это может уменьшить влияние снижения налогов на нефть на государственный бюджет, поскольку на каждый доллар нефтяных доходов можно будет купить больше рублей. Другими словами, хотя эмбарго ЕС было бы болезненным для России, его можно было бы пережить. Вот почему западным странам нужна новая глобальная система, благодаря которой можно систематически снижать цену на российскую нефть без потери ее объемов.

ОПЕК наоборот

Если добиться снижения цены на российскую нефть и при этом по-прежнему позволять Москве продавать значительные ее объемы за границу, можно сократить доходы российского правительства без повышения мировых цен на нефть. Снижение цен напрямую ударит по Москве, быстро сократив приток твердой валюты в казну Кремля. И если эту систему выстроить правильно, ограничение цены также послужило бы стимулом для всех, включая Китай, Индию и даже саму Россию, к тому, чтобы соблюдать созданные условия.

Чтобы понять, как это сделать, важно учитывать огромное влияние США, ЕС и других союзников на нефтяной сектор России. В настоящее время на Евросоюз приходится примерно половина продаж нефти и нефтепродуктов России. За пределами Европы стоит указать на Японию и Южную Корею, страны, каждая из которых поддержала санкции против России и поэтому должна согласиться на меры, ограничивающие доходы Кремля.

Арктический танкер-газовоз «Кристоф де Маржери», флагманский корабль в рамках проекта «Ямал СПГ»
Арктический танкер-газовоз «Кристоф де Маржери», флагманский корабль в рамках проекта «Ямал СПГ»
kremlin.ru

Залог успешного ограничения цен на российскую нефть состоит в том, чтобы эти страны-союзники объединились и диктовали свои условия. Моделью здесь может выступить ОПЕК наоборот: вместо того, чтобы контролировать предложение для установления цен, союзники могут использовать свой контроль над спросом, чтобы сделать то же самое. Сила ОПЕК коренится в том, что ее члены добывают около 40% мировой нефти. На Европу, Японию, Южную Корею и других членов санкционной коалиции приходится еще большая доля продаж российской нефти — примерно 60–70%. Кроме того, члены организации играют важную вспомогательную роль в экспорте нефти из России морскими перевозками, от портов до судоходства и морского страхования. Благодаря этим связям у них повляются дополнительные рычаги воздействия, помимо их покупательной способности.

Эти государства могли бы сформировать клуб покупателей, публично объявивший о предельной цене на российскую нефть. Возможны споры о том, какую цену считать правильной: она должна быть достаточно высокой, чтобы Россия продолжала продавать. Нефтетрейдер Пьер Андюран предложил $50 за баррель, тогда как финансист и эксперт по энергетике Крейг Кеннеди предложил всего $20. Пока цена немного выше предельных издержек добычи, у России есть все основания продолжать поставки. В предыдущие периоды низких цен, такие как 2014 и 2020 годы, Россия продолжала экспортировать в целом постоянные объемы нефти. Хотя теоретически Россия может остановить экспорт, ее хранилища уже в основном заполнены. Единственная альтернатива Кремля продавать по дешёвке — закрыть производство и наблюдать, как его наиболее важная отрасль резко замерзает, а налоговые поступления падают.

Согласятся ли другие покупатели на ограничение цены? Помимо санкционной коалиции, крупнейшим покупателем российской нефти является Китай, который обычно потребляет около 15% российского экспорта, в основном по трубопроводам. Так сложилось, что Индия не была крупным покупателем российской нефти, но в последние месяцы она увеличила свои закупки более чем вдвое, чтобы воспользоваться льготными ценами. Россия также продает нефть многим другим странам, таким как Ливан и Тунис, но они являются мелкими покупателями и могут приобретать необходимую им нефть из альтернативных источников.

Чтобы привлечь эти другие государства на свою сторону, Соединенные Штаты, Европа и союзники из Восточной Азии могли бы добиться того, что все придерживались введенных правил, используя санкции, чтобы не дать Москве продавать нефть дороже установленного лимита. Они могли бы начать с введения санкций полной блокировки в отношении жизненно важных узлов в сфере продажи российской нефти, в том числе российского государственного нефтяного гиганта «Роснефти», Газпромбанка, основного банка, обслуживающего энергетический сектор России, а также Совкомфлота, крупнейшей судоходной компании России. В то же время Соединенные Штаты и другие страны могли бы предоставить исключения для поставок нефти, соответствующих ценовому потолку. Благодаря такому режиму сделки с этими организациями стали бы чрезмерно рискованными для международных банков и компаний, за исключением случаев, когда такая транзакция соблюдает ценовой предел. Опасность нарушения санкций заставит фирмы, участвующие в таких сделках, настаивать на четкой документации, демонстрирующей, что нефтяные грузы соответствуют требованиям.

Глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель
Глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель
Министерство иностранных дел Российской Федерации

Кроме того, союзные государства могут столкнуться с угрозой вторичных санкций против нероссийских компаний, занимающихся запрещенной продажей нефти. Например, если китайская или индийская фирма купит партию российской нефти по цене выше предельной, западные государства могут пригрозить санкциями судоходной компании, которая транспортирует нефть, страховой компании, которая страхует груз, любому портовому оператору, который предоставляет услуги танкеру, и банкам, обрабатывающим сопутствующие платежи. Те же правительства могут также объявить незаконным оказание любой из этих услуг компаниями США и ЕС, что очень затруднит продолжение такой продажи. Связанный с этим риск заставит Россию продавать с еще большими скидками, чем в настоящее время, что, по сути, приведет к установлению ценового предела.

Соединенные Штаты использовали аналогичный режим для сдерживания экспорта нефти из Ирана, сократив продажи нефти Тегерану более чем на 60% и заблокировав десятки миллиардов долларов дохода на счетах условного депонирования. Ограничение цен на российскую нефть было бы более сложным, поскольку Россия является более крупным поставщиком нефти и имеет более сложные международные торговые и финансовые связи. Тем не менее соблюдение не будет зависеть исключительно от угрозы санкций.

Крайне важно, что будет также положительный стимул для соблюдения: покупатели российской нефти получат существенную выгоду, потому что соблюдение ценового предела снизит стоимость их собственного импорта. Оспаривание ограничения было бы сопряжено с финансовыми рисками и не принесло бы никакой экономической выгоды — это было бы благотворительностью для Кремля. В условиях самого жесткого мирового энергетического рынка за последние годы мало оснований полагать, что российские потребители нефти будут настроены на благотворительность.

В настоящее время вне санкционной коалиции находятся лишь три крупных импортера российской нефти: Китай, Индия и Турция. Китай может продолжать импортировать российскую нефть по трубопроводу, который практически не поддается санкциям. Однако на этот трубопровод приходится лишь небольшая часть экспорта российской нефти. Поскольку трубопровод работает на полную мощность, если бы Китай захотел значительно увеличить импорт российской нефти, ему пришлось бы делать это морским транспортом, на долю которого уже приходится более половины китайского импорта российской нефти.

Нефтяной танкер
Нефтяной танкер

Более того, поскольку средняя цена на российскую нефть падает, Китай, скорее всего, будет вести переговоры по более жесткой сделке на трубопроводную нефть, что еще больше сократит прибыль Москвы. Индия и Турция, с другой стороны, импортируют большую часть своей нефти из России по морским путям, на которые распространяются западные санкции. Обе страны также экономически уязвимы к высоким ценам на нефть и получат большую выгоду от более низких цен. Хотя маловероятно, что кто-то из них будет публично приветствовать ограничение цен, обе, вероятно, будут его соблюдать.

Ценовой потолок был бы важным нововведением в использовании финансовых санкций. Учитывая проблемы, связанные с введением санкций в отношении экспорта энергоносителей из России, традиционное эмбарго, применяемое во всем мире, реализовать было бы трудно, и даже если бы оно было возможно, цены на энергоносители взлетели бы до небес. Соединенным Штатам и их союзникам было бы правильнее сосредоточиться на сокращении доходов России при сохранении достаточного потока российской нефти, чтобы избежать резкого скачка цен. Создание ОПЕК наоборот и введение ценового предела для поставок нефти из России, подкрепленного западными санкциями, принесло бы пользу потребителям во всем мире и сфокусировало бы давление на нефтедолларах, текущих в казну Кремля.

Читайте развитие сюжета: В Белом доме заявили об идее Запада ввести потолок цен на нефть из России